Альфы и дирижабли - Мелани Карсак

Харпер и посмотрела куда-то вдаль. Впервые я увидела, что её энтузиазм по поводу работы внезапно угас.

Я усмехнулась.

— Но, полагаю, я могу дать тебе отдохнуть несколько часов, а потом начнётся ночная смена.

— Ладно.

— Может, спать нам и нельзя, зато выпить — вполне можно. После такой ужасной новости первый тост — за мной, — предложила я, легонько хлопнув её по спине.

Однако мой желудок напомнил мне, что сначала нужно прийти в себя, а потом уже думать о том, чтобы что-то в себя запихнуть. Я достала из кармана бумажный пакетик с засахаренным имбирём и съела ещё один кусочек.

Что ж, одно можно сказать наверняка: я была решительно настроена довести это дело до конца. Меня никогда в жизни так не тошнило.

Глава 6: Мясо и картошка

К моему огромному облегчению, дирижабль прибыл в порт как раз в тот момент, когда действие засахаренного имбиря подошло к концу. Я позволила агенту Харпер заселить нас в гостиницу при Холируд-хаусе, где мой желудок мог получить передышку перед началом ночи.

Гостиница была старым зданием в тюдоровском стиле на Королевской Миле, неподалеку от башен дирижаблей. В целом, место было тихим и чистым. Горничная проводила нас наверх в два смежных номера. Я выбрала тот, что выходил окнами на улицу — всегда полезно иметь пути к отступлению.

— Я приметила паб неподалеку. Что-то там про лошадь. Встретимся там через два часа? — спросила я агента Харпер, когда та скрылась у себя.

— Договорились. В «Теневом дозоре» нас ждут, как только будем готовы.

Я кивнула, но ничего не ответила. Управлению вечно нужно, чтобы мы где-то отмечались или строчили отчеты. Шотландский филиал наверняка хотел знать, что именно мы затеяли. Агент Грейсток всегда позволял нам с Куинном действовать на свое усмотрение. Мы делали работу, в конечном счете, это было единственным, что имело значение. Агент Хантер был на должности всего пару месяцев; он педант в вопросах формальностей и процедур, но, если не считать длинных рапортов (которые и так были частью службы), он мне не мешал.

Я вошла в номер. В узкой комнате, помимо аккуратно заправленной кровати, стояли туалетный столик, стул, платяной шкаф и умывальник. Я тут же погасила лампу. На улице почти стемнело, и не стоило давать повод любопытным заглядывать в мои окна. Я проверила шкаф — осторожность никогда не вредит — и выглянула наружу.

Эдинбург, как и Лондон, был оживленным узлом. Повсюду сновали лошади, кареты, автомобили, велосипеды и паровые байки. Но то, что происходило на земле, мало меня волновало. Настоящая проблема была в небе.

Желудок тут же напомнил, что возвращение в облака — это последнее, чего он желает.

Я рухнула на кровать. Достав карманные часы, я глянула на время. Почти семь. Я закрыла глаза. Снова вспомнился агент Хантер и его мимолетная, искренняя улыбка. Я потянулась к лицу и сняла повязку, закрывающую мой лунный глаз. Кончики пальцев коснулись шрама. Когда-то я была симпатичной. А теперь? Я вздохнула и прогнала мрачные мысли. Неважно, как мило улыбался Хантер. Я была подчиненной по работе и охотницей на оборотней с изуродованным лицом. С таким раскладом мне будет трудно привлечь даже кого-то вроде пастора Фрэнка.

«Заткнись, Клемени. Где-то там точно есть кто-то и для тебя».

Даже у Львиного Сердца кто-то был. Я подавила укол ревности, всплывавший при мысли о Бриони Пакстон. Черт, если я не могу заинтересовать даже сверхъестественное существо, есть ли вообще надежда? Я заставила себя больше об этом не думать. Мне нужно было поспать. Ночь предстояла долгая.

Я провалилась в сон ровно настолько, чтобы мой желудок пришел в норму. Проснулась я от голода и жажды. Весь мой рацион за день состоял из имбиря. Мне нужна была настоящая еда. И много. Мечтая о шотландском пироге и пинте пива, я умылась и вышла. Помедлив у двери агента Харпер, я услышала доносящийся изнутри громкий храп.

Я усмехнулась. Агент Харпер, очень миловидная девушка — миниатюрная, рыжеволосая и зеленоглазая, — храпела как заправский лесоруб. Судя по звукам, ей не помешало бы еще немного отдохнуть. Решив вернуться через пару часов, я оставила её в гостинице и зашагала по оживленной улице к пабу «Белая лошадь».

Когда я вошла, несколько человек окинули меня и мой красный плащ косыми взглядами, но никто ничего не сказал. Я облюбовала место в конце барной стойки, откуда удобно было приглядывать за дверью.

— Чего желаете, мисс? — спросил бармен с густым шотландским акцентом.

Я обернулась и оказалась лицом к лицу с кареглазым шатеном — настоящим красавцем. От его волевого подбородка до массивных бицепсов — он был зрелищем, на котором стоило задержать взгляд.

— Вашего лучшего стаута и шотландский пирог.

Бармен кивнул. «Сию минуту», — ответил он, свистнул другому помощнику, сделал какой-то жест рукой и повернулся к кранам.

— Что это было? — спросила я.

— Вы о чем? — отозвался он, наполняя бокал.

— Вот это, — я повторила движение, которое он сделал руками.

Он усмехнулся и поставил передо мной пинту. Темная жидкость была увенчана мягкой пенкой карамельного цвета. Идеально.

— Ну, вы почти угадали. Но в вашем исполнении это означало заказ дополнительной порции картофеля.

— Дополнительной картошки?

Бармен кивнул:

— Йоханнес глухой. У нас своя система передачи заказов на кухню.

— Оу. Ну, может, я как раз и хотела побольше картошки.

Он рассмеялся.

— Я Рональд, — представился он, склонив голову.

— Клемени.

— Не припомню, чтобы видел вас здесь раньше, Клемени.

— Эта фраза звучит избито. Хотите попробовать другую?

Рональд расхохотался:

— Справедливо. Нечасто к нам заглядывают Красные Плащи. Из Лондона?

— Так-то лучше. Да, оттуда.

— И чем именно вы, ребята, занимаетесь? Вы вроде как констебли?

— Вроде того.

— Тяжелая работа?

— Временами, — я постучала пальцем по щеке под повязкой.

— Обычные трудовые будни? Что стряслось — не поделили дорогу с медведем?

— Вообще-то, с волком.

— Ну конечно, — он подмигнул мне. — Один момент. — Он подошел к маленькому окошку, выходящему на кухню, махнул кому-то и снова сделал знак руками. Затем вернулся.

Я вопросительно приподняла бровь.

Он широко улыбнулся:

— Любой, кто бросает вызов волку ради блага королевства, определенно заслуживает порцию картофеля. За счет заведения. — С этими словами он отправился обслуживать другого клиента.

Мой желудок, который весь день вытворял тошнотворные кульбиты, снова перевернулся. Но на этот раз — от странного, восторженного предчувствия. Еще два часа назад я навсегда похоронила надежду на любовь. А мускулистый шотландский бармен — вполне подходящий вариант, спасибо большое.

Потягивая стаут, я вдруг почувствовала знакомое покалывание в ладонях. Осмотрев зал, я заметила высокого мужчину