Конец Игры - Бекс Дево
Вообще-то, это мои маленькие щеночки должны были носить ошейники, но на этот раз я решила закрыть на это глаза. Я не была несправедливым партнером: если мой мужчина хотел смотреть на меня так... Кто я такая, чтобы его останавливать?
— Мы берем это, — с улыбкой сказала я. — И браслеты, вместе с подходящей цепочкой-поводком, пожалуйста.
— У нас есть серьги, которые подходят к ожерел...
— Она возьмет и их, — перебил Чарли, заливаясь краской, когда мы обе повернулись к нему; кончики его ушей полыхали. — Что? Ты заслуживаешь всё это.
— Ладно, папочка, черт возьми. Заставь его кошелек похудеть.
— Ты невыносима, — тихо пробормотал он, хотя довольная улыбка выдавала его признательность за эти слова.
— Я всё это пробью для вас, — сказала девушка-консультант, потянувшись, чтобы забрать у меня ожерелье.
Я сделала шаг назад.
— Вообще-то, я бы хотела уйти прямо в нем, если можно.
— Конечно, мисс, — она кивнула, защелкав по клавиатуре. — Я положу коробочку в пакет, чтобы она была у вас для хранения.
— Идеально.
— Хочешь, я помогу тебе с этим? — спросил Чарли, вставая позади меня; его теплые пальцы скользнули по моей шее.
— Пожалуйста.
Он помог застегнуть ожерелье на моем горле, а я распушила волосы, вытащив их из-под цепочки, и повернулась, чтобы он мог оценить эффект во всей красе.
— Как тебе?
Его взгляд метнулся от сверкающих бриллиантов, покоящихся между моими ключицами, к моим глазам.
— Абсолютно потрясающе, малышка.
— Спасибо, папочка. Слушай, почему бы нам не...
— Итак, мисс, я всё пробила. Как вы желаете оплатить сегодня?
Телефон Чарли зазвонил, и он выудил его из кармана, нахмурившись.
— Это Джесси, — произнес он одними губами. — Я отвечу.
Я кивнула, отмахнувшись от альфы, когда он приложил телефон к уху и вышел из магазина в коридор, чтобы ответить на звонок.
— Я оплачу дебетовой картой, какова итоговая сумма?
— Двенадцать тысяч триста долларов и пятнадцать центов.
Между нами повисла пауза. Продавщица безмятежно улыбалась мне, словно это не было самой безумной вещью, которую она когда-либо говорила кому-либо в истории этой блядской планеты, а я пыталась не начать задыхаться от гипервентиляции.
— Ха, очень смешно. Извините, у меня сегодня трудный день, мне показалось, вы сказали двенадцать ТЫСЯЧ долларов.
— И триста долларов пятнадцать центов, — прочирикала она. — Вы услышали меня совершенно верно. Именно поэтому мы обычно советуем не застегивать ожерелье до его оплаты... их невозможно снять.
— Что?
— Да, это особый дизайн. После того как они застегнуты, их нельзя снять, чтобы продемонстрировать ваш уровень преданности и верности.
Я моргнула; мои пальцы дрожали, когда рука метнулась в сумочку за телефоном, чтобы написать Глитчу.
Тараble: Я потратила больше, чем думала
Тараble: надела какое-то безумное ожерелье для богачей, которое не снимается.
Glitched_Attraction69: сколько, госпожа ?
Тараble: $12,300.15.
Glitched_Attraction69: лол, я надеялся на большее, котенок.
Тараble: это не смешно, они у тебя есть или нет?
Glitched_Attraction69: дай мне номер магазина.
Мне потребовалось несколько попыток трясущимися пальцами, но после четвертого исправления мне наконец удалось отправить ему правильный номер телефона.
Glitched_Attraction69: дай мне пять минут, котенок.
Я заколебалась, тяжело сглотнув, прежде чем напечатать следующие слова. Половину времени это было больше денег, чем я зарабатывала за целый, блядь, год. Другую половину... ну, это же Глитч.
В конце концов, за это он мне и платил.
Тараble: даю тебе две .
Glitched_Attraction69: да, госпожа .
— Всё еще оплата дебетовой картой? — спросила продавщица, выжидающе глядя на меня зелеными глазами.
— Эм... я... нет...? Я думаю... эм...
Зазвонил телефон, и я чуть не разрыдалась от облегчения.
— Прошу прощения, мисс, один момент... — она потянулась, чтобы снять трубку; идеально наманикюренный палец принял вызов. — Да, она здесь. Да, сэр... Разумеется, сэр... Я готова, — она некоторое время быстро печатала на компьютере, тихонько посмеиваясь над чем-то, что говорил ей — как я могла лишь предположить — Глитч на другом конце провода.
Мне даже захотелось спросить у нее, не звучит ли он как старик — любопытство по поводу человека, который был готов потратить стоимость подержанной машины на какую-то ювелирку, достигло невыносимого уровня.
Но затем она повесила трубку и повернулась, чтобы протянуть мне через прилавок маленький бирюзовый пакетик, набитый папиросной бумагой, как раз когда ко мне вернулся Чарли.
— Джесси надеется, что кто-нибудь завезет ему горячей еды — он сначала звонил тебе, но ты не ответила. Я сказал ему, что ты покупаешь ему что-то сексуальное, — со смешком сказал альфа. — Кажется, он немного зашивается. Стрим идет очень хорошо.
— Всё готово, мисс, хорошего вам дня.
Я в благоговении забрала пакет, схватила Чарли за руку и потащила его вон из магазина, бросив торопливое «спасибо».
— Тогда давай привезем ему что-нибудь поесть.
— Воу! Так торопишься привезти ему пиццы?
— Нет, просто... блядь, это было так дорого, Чарли...
— Сколько? — с любопытством спросил он. — Типа пятьсот?
— Боже, я даже не хочу тебе говорить, — сказала я, покачав головой.
Я направлялась к фудкорту, но резко остановилась, когда моих ушей достигла знакомая трель.
Даже мини-срыв из-за неснимаемого ожерелья, стоившего в десять раз больше, чем путевка «всё включено» в Мексику, не заставил бы меня пойти дальше, если я слышала музыку из пинбольного автомата «Удивительный Человек-паук» мая 1980 года.
— О, матерь божья... — я потащила Чарли в аркадный зал, во второй раз за день давая волю своему внутреннему «Я», когда отыскала автомат, чтобы ласково похлопать по нему. — Я буквально выросла на одном из таких. Мне приходилось проводить субботы в прачечной с мамой, и когда между стирками у нас оставались лишние четвертаки, она разрешала мне поиграть, чтобы я не мешала ей читать очередной бульварный роман, который она прикупила на этой неделе. Сто лет таких не видела.
— Если я правильно понимаю, ты хочешь поиграть?
— Думаешь, Джесси сможет нас подождать? Минут пять, не больше.
— Да, он подождет, малышка, — сказал Чарли, целуя меня в висок. — Пойду возьму тебе жетонов.
— Целую гору, — строго сказала я. — Тебе ведь нужно отыгрываться, так?
— Думаю, жетоны для пинбола на двенадцать тысяч долларов — это уже перебор, они бы наверняка продали мне саму эту чертову штуку за такие деньги.
Я скривилась.
— Нет уж, спасибо. Я хочу, чтобы все могли наслаждаться этим автоматом. А не только я. Было бы грустно увозить его оттуда, где на нем, наверное, всё время играют.
Чарли долго смотрел на меня нежным взглядом.
— Я сейчас вернусь, госпожа.
— Не заставляй меня ждать, если не хочешь быть наказанным, щеночек.
