Изгнанная жена генерала драконов - Эйрена Космос
Ох, лучше бы он молчал.
Ронгар оборачивается и смотрит на меня.
— Что? — нервничаю я.
Взгляд, которым пронзает меня муж, пробирает до костей.
Генерал приближается вплотную. Нервно сглотнув, я поднимаю на него глаза. Ох, и наводит он на меня жути.
— Ты идёшь со мной, — цедит Ронгар и, отойдя на несколько шагов, вновь обращается в дракона.
Это в каком смысле «Ты идёшь со мной»? Но додумать мне не дают. Зверь, поднявшись в небо, хватает меня лапами.
Куда-а?
Город всё отдаляется, пока не превращается в одну маленькую точку. Куда меня несёт этот пещерный ящер? А как же Давина? Я ведь не могу её бросить. А жители? Я должна найти лекарство от «цветочной гнили».
Я цепляюсь за шероховатую чешую дракона, стараясь не выпасть из его лап. Страх сжимает меня в тисках, заставляя задыхаться. Высота невыносимая, земля кажется такой далекой и недоступной. И самое странное, что я не чувствую ни холода, ни ветра. Такое возможно?
Сердце колотится в груди, едва не пробивая грудную клетку. Но не любоваться окружающей красотой я не могу.
Острые пики гор, покрытые снежными шапками, вздымаются к небу. Между горами растягиваются глубокие ущелья, заполненные лесом, с бесконечными зелёными волнами деревьев. Реки, словно ленты, извиваются между горами, отражая солнечный свет.
«Ур-р… Она наша! Она та, кого мы и не надеялись встретить», — раздаётся в голове рычащий низкий голос.
Что это было? Я же не схожу с ума?
Внезапно дракон пикирует, и из моего горла вырывается крик. Зажмурившись, я почти прощаюсь с жизнью. Чувствую, как лапы разжимаются, и я падаю…
Глава 33
Падаю я прямо в горячие руки Ронгара. Испуганно посмотрев по сторонам, я мёртвой хваткой цепляюсь за плечи этого сумасшедшего. Мы стоим на узком выступе высоченной горы. Что дракон задумал?
— Что, решил эффектно меня убить? — Я смотрю на генерала.
— Ты точно сумасшедшая. — Ронгар качает головой.
Не выпуская из рук, дракон уносит меня в…
Пещера? Это, должно быть, шутка такая? Или не шутка?
Ронгар направляется к узкому входу пещеры. Привыкнув к полумраку, я с любопытством рассматриваю, что находится внутри. Воздух здесь сырой, пахнет камнем и землёй.
Удивлённо хлопаю глазами, когда в дальнем углу замечаю большой матрас, лежащий на сколоченных брусьях. Справа от кровати стоит комод, а у противоположной стены — стол с одним стулом.
Это ведь непростая пещера. Это убежище?
— Нравится?
Горячее дыхание Ронгара обжигает шею.
— Где мы? — Я отпрыгиваю от дракона. — И зачем ты меня сюда приволок?
— Привыкай. Здесь ты проведёшь несколько дней, — бросает мне ящер.
Что он сказал? Несколько дней? С какого это перепуга?
— Минуточку! Ты похитил меня, для того чтобы запереть в пещере? — ловлю я шок.
Уму непостижимо! Да что дракон себе позволяет?
— Дорогая, ты заразилась той дрянью, понимаешь? — Ронгар недобро щурится, наступая на меня. — И пока я не смогу убедиться, что ты поборола болезнь, отсюда ни ногой.
Вдох-выдох! Вдох-выдох!
Не получается!
— Твои поступки не кажутся тебе нелогичными, муж? Сначала хотел довести до безумия, затем к своему Верховному вёз, чтобы выпотрошить, а сейчас решил в спасители заделаться?
Вижу, что мои слова злят дракона. Ну и ладно. Пусть знает, что я не позволю над собой издеваться. И тоже кое-что умею.
— Женщина, просто помолчи! — устало говорит генерал.
Только сейчас замечаю залёгшие круги под глазами и бледный цвет лица. Ронгар выглядит так, будто провёл несколько дней без сна. Хотя должно ли это меня волновать?
— Иди сюда, — бросает мне дракон.
Но я упрямо стою на месте, сверля Ронгара колючим взглядом.
— Как же сложно, — рычит дракон и приближается вплотную.
Только хочу отступить, как сильная рука опускается на талию, не позволяя отойти.
— Что ты делаешь? — спрашиваю я у Ронгара.
Зрачки генерала вытягиваются, а воздух рядом сгущается. Хочу закричать, когда вижу на ладони мужа небольшой огненный шар.
— Не бойся. Он не причинит тебе вреда, — произносит дракон и запускает в меня этот шар.
— Что ты сделал? — шепчу я, на мгновение забывая дышать.
— Хочу знать, как быстро будет распространяться болезнь, — задумчиво отвечает генерал.
Он ведь не увидит, что во мне тоже есть магия? Не чувствует мою силу, как Ренар? А если всё же узнает, то что мне делать? Мне и так непонятно, что генерал сделает с Давиной.
Ох уж этот непонятный мир.
— И что же ты видишь? — интересуюсь я, замерев, как мышка.
Секунды кажутся вечностью. Ронгар молчит, а моё сердце начинает биться сильнее. Взгляд мужа становится задумчивым. Ох, неужели…
— Странно, ты не заразилась. «Цветочная гниль» моментально поражает простых людей. Только те, кто обладает магией, устойчивы к этой болезни. Или те, в ком течёт драконья кровь.
Взгляд генерала заостряется, затем Ронгар медленно наклоняется ко мне и носом втягивает в себя воздух.
— Эймилин…
Что Эймилин? Что он учуял? Почему так смотрит на меня?
— Что? — едва слышно произношу я.
— Ты ничего не хочешь мне сказать? — Дракон заглядывает в самую душу.
Что именно он хочет узнать? То, что во мне есть магия, или то, что я попаданка? Открываю и закрываю рот, будто рыба, выброшенная на лёд. Я в панике!
В животе громко урчит. Вот же…
Однако Ронгар реагирует мгновенно.
— Ты голодна?
— Да, — киваю я. — Так что отведи меня домой. Там поем.
От хищной улыбки дракона по спине бегут мурашки. Уж не задумал ли он чего?
— Ты ведь любишь дичь?
Мне послышалось? Он сказал «дичь»?
— Не знаю.
Я хотела сказать: «Не пробовала», вовремя спохватилась. Был бы ещё один плюсик в копилку подозрений.
— Располагайся, я скоро. — Генерал подмигивает мне и выходит из пещеры.
Я что, в бреду? Точно! Я подхватила «Цветочную гниль» и вижу всякое. Игривый дракон. Тьфу, и привидится же такое.
Однако чем больше я разглядываю пещеру, тем сильнее убеждаюсь, что это не сон. И теперь меня разрывает от неизвестности. Что увидел Ронгар? И чем мне это грозит?
Подойдя к матрасу, который так и манит к себе, приседаю на корточки и рассматриваю его, прежде чем лечь. Вдруг там живность какая-то водится?
Волнуюсь я напрасно. С матрасом всё в порядке. Решаю на минуточку прилечь и не замечаю, как проваливаюсь в сон.
«Чужая! Чужая!» — раздаются повсюду голоса.
Я иду по площади, которая полностью забита людьми. Однако при моём появлении толпа расступается, а в спину мне летит: «чужая!»
Страх охватывает моё тело, заставляя срываться
