Мой пленный генерал - Лия Шах
— Вы не так поняли, мы с генералом правда не женимся.
Улыбки сошли с лиц звонящих, и все они внимательно посмотрели на Лаена. Я тоже посмотрела, но тот отвел взгляд за горизонт, будто он не при делах. Тогда Вика спросила:
— Ты что, не сказал ей?
Лаен вздохнул, забрал у меня свой коммуникатор вместе с рукой и нажал кнопку сброса вызова. Большая ладонь прижимала мою к куску пластика, и это прикосновение обжигало. Я отдернула руку, и генерал не стал удерживать. Он спокойно убрал коммуникатор в карман и заклеил себе рот по старой схеме.
Будто ничего не произошло.
— Ничего не хочешь мне сказать? — спросила тихо.
Мужчина вздохнул еще раз, снова отвязался, отклеил ленту и, наклонившись почти вплотную, тихо произнес:
— Даже если бы и захотел, не похоже, что ты готова слушать.
С самого начала ему и слова вставить не давали. Единственное, что он мне сказал до этого дня, было то самое «а где бабушка?». Дольше всего мы были вместе на этих съемках, но и тут я сразу связала и заткнула его. Справедливости ради нужно признать, что генерал полностью прав. Вот только признавать это очень не хотелось.
Выдыхаемый им воздух с легким зудом проносился по моей коже, и эта близость очень беспокоила. Не выдержав, я уперлась ладонью в его широкую грудь и оттолкнула. Он явно поддался, отшатнувшись, и это послушание заставило зуд усилиться. Дистанция была восстановлена, но беспокойство все равно никуда не ушло. Оно осело где-то на дне и было готово всколыхнуться в любой момент от любого действия.
— Ты… сиди на месте, — приказала, разжав зубы.
Генерал внимательно посмотрел на мое то ли злое, то ли смущенное лицо, вздохнул в очередной раз и ответил:
— После съемок поговорим.
Заклеив рот заново, он сделал вид, что все осталось по-прежнему и беспокоиться не о чем, а мне вдруг стало как-то тесно в этом здании. И как я раньше не замечала, что его аура заполняет все пространство? Или я просто не обращала на это внимание?
Настало время знакомиться с третьим женихом, но вместо Сафины он заговорил сам. Полненький, чуть лысеющий мужчина смотрел на нас с Лаеном парой маленьких маслянистых глазок, его заплывшие жиром щеки возбужденно тряслись, а от потной ладони на стеклянном столе остался отчетливый влажный след.
Он подался вперед и доверительно нам сообщил:
— У нас так много общего. Я тоже люблю игры со связыванием. Если мы объединимся, что вы двое об этом думаете?
Я ошеломленно моргнула и по привычке перевела растерянный взгляд на генерала. Он тоже посмотрел на меня, но на этот раз его глаза были темными и спокойными, что давало какое-то смутное чувство… безопасности с оттенком неясного волнения.
Не говоря ни слова, Лаен уверенно развязал все нити, отклеил ленту и аккуратно свернул их и сложил на край стола, чтобы не потерялись. Он встал, подошел к жениху номер три и без единого слова вытащил его за шиворот из студии. Лаена не было минуты две, а когда он вернулся, то мужчины с ним уже не было.
С невозмутимым видом сев на то же место, генерал наклонился ко мне почти вплотную и протянул руку. Я заволновалась, подумав, что он собирается ко мне прикоснуться, но рука генерала пошла дальше и остановилась только, схватив чашку молока с подтаявшим зефиром. Еще более невозмутимо вернувшись на свое место, Лаен сделал глоток, остался доволен и непринужденно сказал:
— У третьего жениха срочные дела появились. Я помог ему поймать такси до больницы, так что он сегодня уже не вернется, наверное.
— Ну надо же, как совпало, — тихо отметила, не сумев скрыть радости в голосе.
От третьего жениха меня едва не стошнило, так что аппетит окончательно пропал. Поэтому я была крайне щедра и подвинула вазочку с печеньем к голодному генералу нищей империи. Пусть кушает и помнит мою доброту. Заслужил.
Печенье очень обрадовало генерала, который так старательно с утра устраивал мне диверсии, что даже не успел пообедать. Он ел с таким аппетитом, что я невольно забыла неприятного третьего жениха и тоже почувствовала легкий голод. Сглотнув, я решила не отставать и тоже взяла одну печеньку. Генерал посмотрел на меня, заулыбался, придвинулся поближе и щедро протянул свой стакан с молоком, чтобы я тоже попила. Отказываться не стала, так что молоко быстро закончилось. Печеньки тоже.
Главная ведущая тем временем пыталась спасти передачу. Наговорив в камеру текст, который ей шептал в наушник режиссер, она объяснила уход двух женихов непредвиденными обстоятельствами, пожелала им всего хорошего, после чего сказала:
— А теперь давайте познакомимся со второй тройкой женихов!
Честно говоря, мне и первой тройки хватило, чтобы понять, кого они пригласили на эту передачу. Отказываться было неудобно, поэтому пришлось улыбнуться скрепя сердце, но тут произошло непредвиденное. Позвонили еще раз, но теперь уже мне.
Светлый мозг активировался, и на появившемся экране отразилось полное паники лицо помощника мэра. Весь в пыли и с небольшим порезом на щеке, он закричал:
— Лидия, у нас ЧП! Мы разбирали проход к стокам, и мистер Честити попал под завал!
— Координаты скинь! — крикнула я, вскочив на ноги и готовясь броситься на выручку.
— Уже! Ждем! — крикнул он в ответ и завершил вызов.
Осталась лишь одна проблема. Иностранная. Генерал посмотрел на мое бледное лицо, на котором читалась растерянность. Он видел, что я не знаю, что с ним делать. Встав с места, он решительно сказал:
— Пошли вместе. Тоже помогу.
Не то чтобы мне нужна была его помощь, но оставлять пленника без присмотра не было хорошим решением, а отправлять назад некогда. Я кивнула и поблагодарила.
Не оглядываясь, мы вместе выбежали из зала.
Глава 7. Ты мне нравишься
На нашем пути были многочисленные съемочные площадки, так что в какой-то момент я поняла, что не помню дорогу. Поймав проходящего мимо стаффа, уточнила направление и побежала дальше.
На пороге здания мне вновь пришлось остановиться. Где именно мэр начинал раскопки я знала, и его помощник тоже скинул координаты на светлый мозг, вот только…
— В чем дело? — нахмурился генерал, заглянув в мои широко открытые глаза.
— Не знаю, как добираться будем, — ответила растерянно. — Я ж без корвета.
Лаен вскинул брови и недоверчиво уточнил:
— Ты здесь богиня, но тебе даже транспорта не дали?
Я опустила глаза и грустно кивнула. Транспорт — это меньшее из всего.
