приземлился, а Амаль спустилась на землю.
- Хинтара! - окликнул ее демоненок. - Ты заснула? Слезай! Прибыли!
- Что? Ой! Сейчас.
Хинтара перекинула ноги на одну сторону и скатилась по крылу, развалившись на мягкой пушистой траве. Зверь довольно мурлыкнул и сменил ипостась. На Сой’ле был все тот же черный камзол, расшитый серебряной нитью, черные брюки и сапоги до колен. В этом наряде он расхаживал весь день.
- Почему твои вещи не порвались?
- Это специальная форма для оборота, - принц протянул ей руку. - Вставай. Скоро стемнеет.
- Вот объясни, - Хинтара нехотя поднялась на ноги. - Дракон - это оборотень или нет?
- Извечная дилемма. С одной стороны, можно сказать, что оборотень, - в доказательство слов Сой’ле у него за спиной появились крылья. Точь-в-точь, как у его дракона, только меньше в разы. - Мое тело меняется. Зрачки, чешуя и прочие прелести. С другой… У зверя есть мысли, чувства. Если вкратце, то это как будто кто-то живет у тебя в голове. Хочешь ты съесть пирог со сладкой начинкой, а он не в духе, и приходится есть мясо. Дракона можно отсечь, и он найдет себе нового хозяина. Так поступили с Ладой Ол’кейне. Эта женщина устроила взрыв во дворце, где погибла моя мать. Ладу заточили в темницу, а дракона отсекли. Грубо говоря, разделили их сознание. Оба живы. А оборотень не может лишиться зверя. Он и есть зверь. Ну что, ребенок. Показывай дорогу.
- Чего тут показывать. Три дома, две таверны.
Амаль взгрустнула. Вероятно, воспоминания о жизни в деревне захлестнули ее с головой. Сой’ле быстро уловил смену настроения и взял демоненка на руки:
- Не переживай. Пока я рядом, никто не посмеет тебя обидеть.
Крылья принц почему-то не убрал, а вдобавок и зрачки сменил на драконьи. Черный дым коконом окутал его и Амаль.
- Решил всем показать, что ты демон?
- Конечно. Пусть знают, что дерзить мне не стоит, как и бросаться с вилами. Не то сожгу всю деревню.
В таком виде, с дымом и крыльями, Сой’ле казался еще старше. Хинтара не удержалась:
- У вас в семье все рано взрослеют? Ты прости, но на восемнадцать ты не тянешь. Хотя, думаю, для мужчины это скорее комплимент.
Краем глаза она заметила, что за ними наблюдают. В окне ветхой избушки мелькнули две физиономии, но выйти на улицу никто не решился.
- Нет. Мои братья и сестра выглядят на свои годы. Меня с пеленок отец воспитывал как наследника престола. В возрасте Амаль я умел ездить верхом, фехтовать, стрелять из лука, знал все языки, которые в ходу на континенте… У меня было не самое легкое детство. Король не имеет права что-то не уметь или чего-то не знать. Только королем я не стал.
- А ты бы хотел?
- Когда-то хотел. Сейчас не хочу. Моя сестра - владычица света. Я должен править мраком. Как в той легенде о сотворении мира.Дракон черный. Дракон белый. Огненный и ледяной. Брат и сестра. Он породил мрак, она породила свет.Они существуют, да? Драконьи боги. Или мы это придумали?
- Существуют. Кин’эйр и Бэль’эра. Но они редко к нам снисходят. Они строят другие миры.
- Какие они? - подала голос Амаль, прижимаясь к Сой’ле так, будто он мог защитить ее от всех невзгод.
Хинтара содрогнулась от воспоминаний. Ее бы кто на ручки взял. Бэль как-то обещала превратить ее в ослицу, и слова богини навсегда отпечатались
