Развод по-драконьи, или Хозяйка магического салона - Ксения Никонова
— Вашу ладонь, мадам, — велела я и коснулась подставленной руки.
Первым делом нужно настроиться на чужую энергетику.
— Вы хотели узнать о перспективах одного предприятия, — начала я, закрывая глаза. — Можно подробности?
— Да, мадам де Гроот. Дело в том, что мне предложили стать попечителем школы для детей из бедных семей. В прошлом у меня был не слишком ээээ… хороший опыт работы с подобным заведением. Я хотела бы заранее убедиться, что мои средства пойдут на благо, а не в карманы беспринципных мерзавцев.
— Похвальное желание.
Я положила свободную ладонь на хрустальный шар. Прозрачная глубина тут же заполнилась туманом.
— Смотрите.
Сосредоточилась, позволив видению вырваться на волю. В шаре одна за другой поплыли картинки. Светлые классы, заполненные чисто одетыми детьми. Счастливые радостные лица. Стопки книг и тетрадей. Хор. Спортивный зал. Все, что показывал шар, было наполнено теплом и удовлетворением.
Баронесса смотрела во все глаза, и я заметила, что уголки ее глаз увлажнились.
— Ваше предприятие будет очень успешным, — начала я, но не договорила.
В шаре появилась новая картинка тот же класс, те же парты. Мадам Штаубе идет к выходу из школы и ведет за руку худенького мальчика лет шести. Детская ладошка доверчиво сжимает женские пальцы.
Я невольно приказала картинке приблизиться и увидела лицо моей гостьи крупно. На нем было выражение невероятного счастья.
В голове яркой вспышкой сверкнуло озарение. Я быстро спросила, не успев подумать, что могу невольно обидеть вопросом:
— Эмилия, у вас нет своих детей?
Она ответила почти спокойно:
— Судьба не была ко мне милостива…
Я быстро схватила мешочек с магическими минералами и приказала:
— Тяните один камень.
Увидела, что баронесса колеблется, и слегка надавила голосом:
— Тяните же, смелее.
Женская ладонь нырнула в мешочек, почти сразу вытащила камешек, показала на открытой ладони.
— Лунный камень, — выдохнула я с облегчением. — Лучший оберег для матери и ребенка.
Посмотрела на уснувший хрусталь и произнесла, стараясь четко облачить видение в слова:
— Мадам, через десять дней вам предложат поехать в эту школу. Не отказывайтесь. Купите детям подарки и гостинцы. Положите их на стол в классе для самых маленьких. Среди гостинцев оставьте и этот камень. Тот мальчик, что заберет его себе, предназначен вам судьбой. Он станет для вас самым любящим и любимым сыном.
Лицо баронессы просияло.
— О, благодарю вас, мадам! — По щекам женщины потекли слезы. — Вы не представляете, что вы сейчас напророчили. Если вы правы, я непременно расскажу всем своим знакомым о вашем удивительном даре!
Мне казалось, что первый сеанс длился почти вечность. Но, когда за баронессой закрылась дверь, а я с облегчением выдохнула и убрала честно заработанные деньги, выяснилось, что прошло не так уж и много времени. До второй клиентки оставался еще почти час.
Я потратила его с пользой для души и тела. Выпила чаю, отполовинила шоколадную плитку. И даже полистала тетушкину книгу для успокоения нервов.
Поэтому ко времени второго сеанса была спокойна, как легендарный сфинкс.
Новую клиентку встречал Найджел. Обаятельный, как десяток мурчащих котиков, и неотразимый, как летящий арбалетный болт.
Юная особа — дочь богатейшего купца нашего королевства, после общения с моим телохранителем вошла в комнату для гаданий робкая, смущенная и румяная от ушей до пяточек.
Доротея поставила на столик чашечку кофе и подвинула печенье. Девушка выглядела такой миленькой и невинной, что экономка едва удержалась, чтобы не погладить ее, как ребенка, по голове.
Я дождалась, когда она выйдет, и протянула руку над шаром:
— Что вас ко мне привело…?
— Люсия, — правильно поняла мое замешательство клиентка. — Люсия Кеппель.
— Вас что-то беспокоит, Люсия?
Девушка потупила глаза, кивнула и прикусила губу. Румянец на ее щеках стал еще ярче.
— Понимаете, мадам де Гроот, у меня вопрос очень личного характера. Я бы не хотела, чтобы кто-то…
— Можете даже не сомневаться, — поспешила произнести я, — отсюда не выйдет ни одна тайна. Дар прорицания не прощает таких вольностей. Да вы, должно быть, слышали истории, когда маги теряли свои способности.
Люсия вновь кивнула.
Я выдохнула с облегчением:
— Тогда смело рассказывайте.
В моих словах не было ни капли лжи. Дар прорицания был сродни дару целительства — надежно запечатывал уста, не позволяя выдавать заветные тайны клиентов.
— Дело в том, — девушка шумно вздохнула и принялась теребить кружевной воротничок дорогой блузы. — Я два месяца назад познакомилось с чудесным молодым мужчиной. Он спас меня. А потом, — она зарделась еще сильнее, хотя казалось, что уже некуда. — И как-то так вышло, что мы начали встречаться. Только…
Повисла пауза.
— Вас что-то настораживает в нем? — подсказала я.
Девушка подняла на меня благодарный взгляд и кивнула.
— У меня, конечно, совсем нет опыта, но он слишком…
— Холодный? Практичный? Отстраненный? — предположила я.
— Наоборот, идеальный.
Это определение меня удивило. Еще больше удивили следующие слова.
— Люди такими не бывают. У всех есть недостатки. Милые и не очень. Но они есть. А у Габриэля я не нахожу ни одной дурной черты. Меня это настораживает. Понимаете?
— Вы думаете, что он играет роль? Старается казаться не тем, кто есть на самом деле?
— Да, — Люсия робко улыбнулась. — Поэтому я хочу заранее знать, с чем мне придется столкнуться в будущем. Чтобы это не стало ударом.
— Я поняла. И я поражена вашей предусмотрительностью, мадемуазель Кеппель.
— Что поделать, — девушка развела руками, — я дочь своего отца. Не будь он предусмотрительным, не смог бы создать торговую империю.
— Мне нужна ваша ладонь.
Я протянула левую руку, правую положила на шар. Люсия послушно исполнила мою просьбу. Едва она коснулась моей кожи, пришло осознание, что смотреть нужно не будущее ее жениха, а ее собственное.
На этом я и сосредоточилась.
* * *
Шар подернулся туманом. Из мутных глубин выплыло изображение газетной передовицы. В самом центре виднелся кричащий заголовок, набранный крупными буквами: «Известный брачный аферист и двоеженец Карл Леросье привел к краху торговую империю Георга Кеппель».
Газета сдвинулась чуть выше, являя взору фото изумительного молодого красавчика.
Я не успела ничего сказать, как Люсия вскрикнула и отпрянула, разрывая контакт. Шар потух. Видение исчезло.
Я думала мне придется успокаивать девушку, вытирать слезы, слушать рыдания. Но она лишь плотнее сжала губы, задержала дыхание и произнесла через долгие пару минут:
— Спасибо, мадам де Гроот. Я узнала все, что хотела.
Рука ее чуть дрогнула. На стол лег тяжелый кошель. Звякнули монеты.
Люсия подхватилась с места и бросилась к выходу, не дожидаясь моих слов.
Я, повинуясь наитию, вновь положила руку на шар, только для того, чтобы
