Триада - Ульяна Муратова
Спать ложилась с этими мыслями, оттого и уснуть не могла долго. Вдруг почувствовала что-то странное, но стояла привычная ночная тишина. Я поднялась, толкнула Шуру. Та открыла глаза и тоже села.
— Ты чего? — сонно спросила она.
— Что-то происходит… Ты не чувствуешь? — прошептала я.
Шура огляделась.
— Нет. Спи давай.
Она легла обратно, и я вместе с ней, но сердце билось часто-часто. Снаружи треснула ветка. Я снова села и напряжённо вгляделась в светлый проём беседки. Ночь сегодня была не особенно лунная, но небо светилось звёздами. Вдруг на чистом фоне возник силуэт, и я завизжала.
Шура подкинулась с места, вскочила на ноги и тут же плеснула огнём в темноту. В ответ нас накрыло светлой магической сетью и прижало к полу.
— Господи! — вскрикнула Алёна.
— Ять твою бать, — сдавленно выругалась Шура и попыталась приподняться.
— Лучше не сопротивляйтесь! — раздался властный мужской голос.
— Господь милостивый, не дай нам погибнуть… — тихо взмолилась Алёнушка.
— Кто вы такие? Где янгви́зор? — властно взревели в ответ.
— Что такое янгви́зор? Мы ничего не брали, — жалобно пискнула я.
— Ты чего, понимаешь их, что ли? — удивилась Шура.
— Да, а ты нет?
— Нет. Рычат что-то на своём. Рахи крахи какие-то…
Мужчины снаружи замерли, теперь я видела два силуэта. Они стояли у единственного выхода из беседки, но нападать не спешили. Свет от магической сети ослеплял — черты их лиц было не разглядеть. Кто они?
Я сначала задохнулась от страха, но когда поняла, что никто не нападает, осмелилась попросить:
— Извините, пожалуйста, но вы нас напугали. Будьте добры, снимите сеть. Мы никакой янгвизор не брали, тут стоял сундук сломанный с разными вещами, мы пользовались ими, только чтобы выжить, — я нервно кашлянула. — Мы тут случайно оказались.
— Кто вы такие и откуда? — спросил низкий голос.
— Мы… э… — я сначала замялась, а потом подумала, что врать не получится. Они сразу нас раскусят. — Мы вышли из портала тут недалеко. Должны были попасть во дворец Эрина́ра Торма́нса, но промахнулись.
— Дворец Альмендрийского Демона на другом континенте. Шибко сильно вы промахнулись, — ответил первый голос.
От обиды я даже губу прикусила. Другой континент? Паршиво-то как! Ладно… хорошо хоть мир тот же!
— А сами откуда? — спросил второй.
— Из Тихерры. Так наш мир называл Шарито́н Торвиа́ль, — ответила я. — Снимите, пожалуйста, сеть, она же дышать толком не даёт!
Колдовские путы растаяли в воздухе. Над нами повис магический шар, освещающий скудное убранство беседки. Хорошо, что спали мы одетые.
Два брюнета с характерной ближневосточной внешностью — молодой и зрелый — смотрели на нас удивлённо. Особенно — на Алёнушку. По Шуре едва мазнули взглядом, меня рассмотрели чуть пристальнее и теперь во все глаза уставились на нашу блондинку. Она от такого внимания покрылась красными пятнами и натянула одеяло до самого носа.
— Тихерра? Первый раз слышу. Тингай знаю, Севалу знаю, Лиасс знаю. А Тихерру — нет, — сощурился старший.
— А чего разные какие? — с интересом прищурился молодой.
— А какие должны быть? — испуганно спросила я.
— Ну, из одного мира, одинаковые, — протянул он в ответ, продолжая изучать Алёну.
— То-то варвары с тобой шибко одинаковые, — пробасил его напарник.
Его окладистая борода доходила до середины груди. Она уравновешивала отсутствие волос на верхней части головы, а брови служили чёткой границей между лысиной и кучерявостью. Так сказать, несли почётный волосяной караул.
Оба они были одеты в чёрные одежды и лёгкие кожаные доспехи, в руках держали оружие. Бородатый — удлинённый серп, а молодой — саблю.
— Чего Жёлудь сказал? — пихнула меня Шура.
Я вытаращилась на бородатого в надежде, что он не знает, что такое жёлудь. К счастью, он не знал.
— Они ищут какой-то янгвизор и спрашивают, откуда мы.
— Так скажи, что мы невесты. Может, это наша спасательная экспедиция? — встрепенулась Шура.
— Точно! Извините, господа, тут такая ситуация. Мы шли на отбор невест к Эринару Тормансу, но очутились здесь, в пустыне. Пожалуйста, вы могли бы нас как-нибудь в место назначения доставить? Если вас не затруднит, — я постаралась мило улыбнуться.
С женским обаянием у меня дела обстояли средненько, скажем прямо, но я не отчаивалась.
— На другой континент? Это по морю надо идти, — охотно пояснил молодой.
— А порталом? — с надеждой спросила я, хотя по морю, наверное, вернее будет.
Что-то порталы у них какие-то ненадёжные…
— Дык кто ж такой вам откроет? Ван Усалам, что ли? — пробасил бородач, и оба ухмыльнулись. — Вы лучше скажите, давно вы тут?
— Двадцать дней, — ответила я.
— Девятнадцать, если они о том, сколько дней назад мы тут оказались. Я считала, — встряла Шура.
— Я тоже считала, двадцать, — уверенно возразила я.
— Ну так сегодня уже двадцать первый тогда, — подала голос Алёнушка.
— Да нет, двадцатый. Я считаю, что первая ночь к первому дню относится. Сегодня двадцатая ночь, — возразила я.
— Девятнадцатая! — отрезала Шура. — Так им и передай!
— А мы сами понимаем, — хмыкнул молодой.
— Да, а почему? — сглотнула я.
— Ну, дык маги потому что, — пояснил бородатый. — Ты самая сильная, оттого и понимаешь нашу речь. Подружки твои послабее будут, видимо, силёнок не хватает.
— А как это связано? Речь и магия? — я аж подалась вперёд от любопытства.
Надо же, я — самая сильная? Но почему тогда моя магия никак не проявилась?!
— Ну, так слово несёт в себе силу. Ты не слова понимаешь, а силу эту считываешь. Но мы можем и обучить языку, только погодя. Надо сначала разобраться, куда делся янгвизор. Говорите, не видели его?
— Нет. А как он выглядит?
— Ну, мужик такой, седой, одноглазый, — принялся описывать молодой.
— Так мы людей никаких не видели. В башню столько раз ходили, стучались… Там внутри шум, но всё закрыто.
Мужчины переглянулись.
— Караван тут останавливался месяц назад, так-то Кихи́н Мадоро́р в отдалении, поэтому не удивительно, что за двадцать дней они тут никого не встретили, — принялся рассуждать молодой.
— Что они говорят? — не выдержала Шура.
— Говорят, что янгвизор — это мужик. Они
