Летящие в ночи - Джонатан Джэнз
– Все сводится к одному и тому же, – перебил я. – Буду вести себя как паинька – останусь с сестрой. Нарушу ваши правила – потеряю все.
Губы Глэдис сжались, но она не стала спорить.
Андерсон, казалось, оценивал меня.
– Мы не можем сказать тебе, какая помощь нам понадобится, потому что, честно говоря, сами не знаем. Могу лишь сказать, что мы хотим предотвратить дальнейшую гибель людей.
Я кивнул.
– Тогда убирайтесь к черту из Мирной Долины.
Андерсон взглянул на Хаддада, и тот сказал:
– Это не сработает. После нападения на «Санни Вудс» случилось еще несколько… происшествий.
Я приподнял бровь.
– Происшествий?
– Два случая, когда люди попали в засаду Ночных ужасов, – пояснил Фред.
Глэдис кивнула.
– База в Мирной Долине предназначена для сдерживания.
– Вы думаете, что сможете справиться с этими тварями?
– Мы не собираемся охотиться на них, – сказал Хаддад. – Просто создаем периметр вокруг парка, чтобы они не могли покинуть его.
– А как вы удержите Ночных ужасов?
Хаддад посмотрел на Андерсона, который ответил:
– Это будет непросто. Но, по крайней мере, мы сможем отслеживать их перемещения. Изучать их привычки, мотивы.
– Я могу сказать, что ими движет, – сказал я. – Просто посмотрите на количество трупов.
В комнате воцарилась угрюмая тишина.
В конце концов Андерсон спросил:
– Мы договорились?
Я взглянул на Аниту.
– Ты уверена, что мы тебе нужны?
Она смотрела на меня несколько секунд, в ее глазах читался намек на добродушие.
– Только если вы с сестрой будете помогать с альпаками.
У меня сжалось горло. Я хотел поблагодарить Аниту, но в тот момент был не в состоянии говорить.
Наконец я посмотрел на Андерсона.
– Я бы попросил вас заверить, что вы не откажетесь от своих слов, но это было бы бессмысленно, да?
Андерсон лишь выжидающе смотрел на меня.
– Ладно, – сказал я. – Договорились.
* * *
Аниту попросили остаться в офисе с остальными. Пока мы с Хаддадом возвращались к лифту, я едва осмеливался говорить, уверенный, что это все уловка или обман во имя каких-то неведомых мне целей.
И только в лифте я наконец решился спросить:
– То существо. Которое вы велели оставить в пикапе.
Хаддад молча нажал на кнопку четвертого этажа, где находились палата Пич и моя. Но я продолжил:
– Они собираются его препарировать, не так ли? Изучать его. Как ученые в кино.
Хаддад уставился прямо перед собой.
– Вы им все рассказали?
– Почти, – ответил он.
Лифт начал подниматься.
– Вы ведь тоже это видели. Того гиганта.
Он провел пальцем по зеркальной стене лифта.
– Я видел… что-то.
Я бы надавил на полковника, если бы не почувствовал, что даже это признание далось ему с трудом. И вообще, я сам не понял толком, что видел, так что и убеждать себя, что это было взаправду, не хотел. Мне и так много о чем кошмары снились.
Когда мы поднялись на четвертый этаж, я вышел, но вместо того, чтобы последовать за мной, Хаддад придержал дверь рукой.
– Береги себя, Уилл.
– Вы верите, что я не сбегу?
– Да куда ты денешься без своей сестры, – сказал он, слегка улыбаясь.
Он отпустил дверь. Я уже собирался сказать ему, как ценю все, что он для нас сделал, но дверь закрылась раньше, чем я успел.
Оставалось надеяться, что у меня еще будет шанс поблагодарить полковника.
Чувствуя себя как во сне, я направился в комнату Пич. Мне не терпелось рассказать ей новости, не терпелось обнять ее, посмеяться вместе с ней и поворчать из-за того, что она не почистила зубы.
Но когда я открыл дверь и заглянул внутрь, ее кровать была пуста.
Все мое тело онемело. Кроме сердца, которое гулко забилось в груди. Я шагнул внутрь на ватных ногах и оглядел комнату. Дверь в ванную осталась открытой, но внутри было темно. Кресло в углу пустовало. Я повертел головой по сторонам, уверенный, что Ночной ужас утащил сестру через окно.
Но нет, все окна были плотно закрыты. Но все равно Пич я нигде не нашел.
Я вышел в коридор. Пустынно. Сделал шаг вправо, понял, что ближайший медпункт находится в другом направлении, и помчался туда со всех ног.
Медпункт тоже пустовал. Казалось, вся больница разом вымерла. Я вновь почувствовал себя в страшном сне, гадая, кто именно похитил мою сестру – Дети или Ночные ужасы? – и как мне теперь ее спасти.
Сжав кулаки, я поспешил к своей палате, в которую уже давным-давно не заходил, надеясь найти там свою одежду и обувь.
Но тут же забыл про это. На кровати, скрестив ноги, сидела Пич. Она что-то жевала, разговаривая с Мией.
– Я принесла ей конфеты, – улыбнулась Мия. – Ты же не против?
– Еще бы он был против! – крикнула Пич.
Я рассмеялся сквозь слезы, присаживаясь к ним. Пич и Мия испытывали те же эмоции, что и я. Я крепко обнял сестру, и Пич сразу сказала, что любит меня. Мия обняла нас обоих. Мы просидели так довольно долго, и впервые за год мне удалось совсем забыть про всех этих монстров.
Примечания
1
Leave the tender moment alone. – Здесь и далее – прим. пер.
2
Barley (англ.) – «ячмень».
