Погружение в ад. - Александр Науменко
— Побойся Бога! Кричала я ему в истериках, когда он изредка возвращался домой. — Не прошло и полгода, как нашей девочки не стало, а ты уже…
Я начала сходить вниз, и эта была лишь первая из ступеней. Потом он объявил мне, что решил уйти от меня, так как больше не может жить так. Как так? Я для нашего счастья сделала всё, а он… У меня просто не хватает слов. Правильно говорят, что люди неблагодарные свиньи.
— Она беременно, — в один из вечеров признался супруг, имея в виду свою шлюху.
— Что!
Мне хотелось вцепиться ему в лицо, выдрать глаза, вырвать волосы… Но ничего этого я не сделала. Просто опустилась на пол, рыдая, обняв себя за плечи. Но, увы, жалость к себе я уже давно не вызывала у мужа. Он просто не реагировал на мои уловки. Человек, который отвернулся от меня, променяв на грязную потаскуху. И эта дрянь ждала ублюдка! Ублюдка, которому радовался супруг.
— Тогда убирайся прочь! — кричала я, захлёбываясь в собственной злобе. — Оставь меня одну, с моим горем! Наедине с оставшейся болью от потери любимой дочери!
Истерика не сработала. Он действительно оставил меня одну, в пустом доме, где отовсюду слышались голоса. Но один из голосов особенно выделялся. Он принадлежал ей, кого я сжила со свету.
Воспоминания терзали, причиняя мучительную боль, но я старалась заглушить всё это алкоголем и таблетками. Иногда срабатывало, а иногда и нет.
«Теперь твой черёд, сука, — говорила она мне по ночам, врываясь в кошмарные сны, царапая мой разум острыми коготочками. — Время пришло». Настало время расплаты.
Последним же, завершающим штрихом стала моя болезнь. У меня так же, как и у неё, была обнаружена онкология. Пришлось отнять грудь. Господи, как же я страдала. А самое главное, я была полностью одна. Почему-то от меня все отвернулись. Но ведь, Бл*дь, никто из них не знал, что я сделала с ней, с той, кого больше нет.
— Прости, дорогая, но сегодня я никак не могу, — отвечали однообразно подруги, не желая общения.
— Как-нибудь мы обязательно встретимся. Может быть на следующей недели.
Чёртовы коровы, глупые фальшивки, проклятые идиотки. Пускай тогда они катятся подальше, как и все остальные. Никто мне не нужен. Я смогу справиться и сама. Сил ещё предостаточно.
«Не ври хотя бы самой себе, — продолжала терзать мою душу она. — Ты больше никому не нужна, от этого и бесишься. Твой мир разрушен, и впереди лишь одиночество, да жалкое существование».
— Заткнись! — верещала я, стуча кулаками по постели, швыряясь в стену различными предметами.
«Но и этого у тебя вскоре не будет. Ты потеряла абсолютно всё. В том числе и человеческий облик».
— Хватит! Заткнись! Иди к чёрту! Ты давно сдохла, и тебя здесь быть не может!
Несмотря на то, что врачи делали всё возможное, болезнь продолжала прогрессировать. Ничего не помогало. Будто меня кто-то проклял. Из красавицы я превратилась в нечто странное, жуткое, если не сказать больше. В зеркало смотреться не хотелось, поэтому часть их побила, а оставшиеся выкинула из дома. Просто не желала видеть то, чем я стала.
Выходы в свет остались в прошлом, а друзья и знакомые пропали, растворившись, не желая общения. Плевать. Все равно они просто никто, жалкие ничтожества. Существа, что скрывают свою пустоту за масками сочувствия, заботы и прочего дерьма.
Я часами бродила по пустому особняку, бормоча что-то себе под нос. От меня дурно пахло, так как про ванную позабыла. Дорогая одежда свисала, точно с вешалки. Шикарные приёмы, поездки в другие страны, походы по бутикам, всё осталось в другой жизни, в моей памяти. Впереди оказалась лишь серость одиноких будней.
И теперь, когда я пишу эти строки, я уже знаю, что умру. Рак продолжает пожирать моё измученное тело, распространяясь по организму. Мне осталось не так уж и долго. Возможно несколько месяцев. Жаль, конечно, что всё так произошло. Именно она пустила мою жизнь под откос. Если бы я не родила… Впрочем, что уж теперь поделаешь.
Да и старуха… Она объявила мне, когда я обратилась к ней за помощью, что эта расплата за то, что я сделала. Какой бред? Ведь делала всё бабка, но отчего-то страдаю я.
— Откат, — именно так сказала она.
Но ведь люди делают зло постоянно, но их же не настигает кара? Господи, какая несправедливость. Чёртова дрянь! Эта старуха перевела последствия на меня, и я превратилась в жертву. Она, и этот рождённый ублюдок были во всём виновны.
Пожалуй, на этом и закончу, так как сил более не осталось. Не хочу дожидаться конца. Решу всё сегодня… Уже сейчас.
Рядом со мной полная бутылка виски и горсть таблеток, моего спасения. А ещё она, чей голос слышу постоянно. Он не отпускает ни днем ни ночью, продолжая терзать мне душу. Но нынче всё прекратиться, так как я ставлю последнюю точку. Она победила… Эта дрянь все-таки добилась своего.
Я ухожу сегодня вечером, навсегда… А ты… А ты, сука, гори в аду за то, что сделала со мной!
Лярва.
Лярва.
Тот вечер мы провели на кухне, за чаем. Брата я не видел долгое время, лет десять, а может и того дольше. Они на прошлой неделе прилетели из Норильска, окончательно перебравшись на юг, так как у них возникли некие проблемы. Но Краснодар своим домом не выбрали, а двинулись ближе к морю, к свежему воздуху.
— Что-то мне твой вид не нравится, — сказал я брату, глядя на его осунувшееся лицо.
Под глазами залегли синяки, а кожа стала какой-то дряблой, словно искусственной.
— Я в полной заднице, — вздохнул Аркадий.
Старший брат поглядел на меня пристально, но затем отвернулся, уставившись в тёмное окно, где по стеклу стекали капли начавшегося дождя. Он закурил, пыхнув дымом в сторону с какой-то яростью, но одновременно и обречённостью. В другой комнате слышался работающий телевизор, детский голосок...
Полина, моя жена, тяжело больна.
Я не подгонял его, ожидая продолжения. Незачем в такой
