Маугли 5 - Павел Казаков

Глиста отбиты руки. Это даже лёгкой травмой не назовёшь, но доли секунды заминки я использую, чтобы подскочить и войти в клинч. Я обхватываю Глиста за шею и пытаюсь повалить, тот мгновенно ориентируется, понимает, что глефа бесполезна, отбрасывает её и начинает обрабатывать мои бока кулаками. Это было бы безобидное мероприятие, но то ли у него там всегда шипы были, то ли он их успел выпустить, и первые же удары по бокам причиняют боль. Глист знает конструкцию доспеха лучше меня и лупит шипами в самые слабые места.

Мои же попытки свалить Глиста ни к чему не приводят. Тот стоит как влитой. То ли тело у него намного сильнее моего, то ли доспех помогает. Но это и не очень важно. Важно что, если я ничего не сделаю в течение нескольких секунд, мои ребра к папе Йоде сломаются и проткнут лёгкие. Или их проткнут шипы на кулаках этого бешеного вентилятора. Как же Очистку-то применить, если я тут в отбивную превращаюсь и о неподвижности можно только мечтать.

О! Неожиданная мысль приходит ко мне в голову, и я сразу пытаюсь её воплотить. Вместо того чтобы отпустить Глиста и отскочить от его бешеных кулаков, я сильнее прижимаюсь к нему забралом к забралу и давлю что есть силы. Мне для применения Очистки нужно, чтобы мишень была неподвижна. Но ничего неподвижного на самом не существует. Неподвижная мишень для моей Очистки — это мишень, которая не меняет положение относительно моих глаз. Значит мне всего лишь нужна неподвижность относительно меня. И я её только что успешно создал — наши головы прижаты друг к другу, как приваренные. От моего движение Глист растерялся и попробовал меня оттолкнуть, но это лишь пошло мне на пользу, так как прекратились дёргающие удары.

Очистка!

Мы оба валимся на землю.

Я тут же наваливаюсь на конвульсивно дёргающегося Глиста, обнимаю его за шею, прижимаюсь головой к голове и снова использую Очистку. Его тело окончательно обмякает, а я краем сознания ощущаю, что тот, кто носил имя Алый Глист, полностью исчез отсюда. Понятия не имею, где он оказался, но, надеюсь, там ему будет плохо.

Осматриваюсь. Мастер Дик и Влас умудрились повалить игрока с одноручным мечом на землю и просто держали его, навалившись сверху. Могли бы свернуть шею, но не делали этого.

— Джанг, наобнимался? — прокричал Влас. — Иди убивай этого!

Я, кряхтя, поднялся и непрерывно морщась от боли в рёбрах похромал к своим бойцам.

— Подержите ему голову неподвижно, — приказал я.

Очистка!

Ещё один имперец нас покинул, оставив мёртвое тело.

— Этот ещё жив, но вот-вот сдохнет, — показал Влас на безрукого.

Очистка в третий раз сделала своё дело, и мы снова остались рядом с трупами игроков.

И что теперь делать?

Глава 4

— Мы в пещере. Нас хотели убить. Значит, они были уверены, что никаких сигналов о помощи мы не пошлём. А всё, что мы могли бы записать через камеры наших доспехов, они собирались уничтожить.

Мастер Дик рассуждал и одновременно вытаскивал из доспехов тела наших неудавшихся убийц. Я валялся у стены и пытался подогнать Рега с регенерацией, а тот лишь эмоционально посылал меня подальше. Мол, работаю и так в поте лица, не мешай. Алый Глист, конечно, тварь ещё та. Он знал, как и где бить своими шипастыми кулаками. Бока моего костюма, оказывается, были армированы гибким материалом, который прекрасно защищал от режущих ударов, но плохо помогал при ударе кулаком. Какая-то динамическая защита там была, но… справлялась плохо.

Влас сидел на камне и вертел в руках одноручный меч, двуручник лежал рядом. Похоже, наш ультимативный фехтовальщик выбирал, что ему больше подходит, но, зная его жадность до хорошего оружия, могу сказать, что он будет нас всеми силами убеждать, почему нужны оба меча.

— А этот блокатор способностей? Они его сюда принесли?

— И спрятали в стену? — усмехнулся мастер Дик. — Нет, конечно. Почти на всех игровых локациях такие установлены. Стоит датчикам зафиксировать любое проявление способностей, как эти генераторы включаются.

— Мастер Дик, а ты не находишь, что эта информация достаточно важна, чтобы сообщить её заранее? — мрачно поинтересовался я.

— Согласен, важна. Но мы же не планировали здесь с игроками встречаться. Я упустил это из виду, и мы в итоге огребли. Вообще про это забыл. Не знаю, что сказать.

— Скажи, что сделаешь выводы. Также обещай тщательнее готовиться к операциям и не забывай делиться важной информацией.

— Хорошо, так и сделаю. Буду готовиться и делиться. Обещаю. Ты прав.

Продолжать виноватить уже всё понявшего мастера Дика не было никакого желания. Вообще шевелиться не было никакого желания. И уж совсем не было желания идти вглубь пещеры, откуда вышел этот ублюдок Глист с отрубленной детской головой.

Но есть «надо» и есть «хочу». К сожалению, эти два мотивационных импульса иногда направлены в противоположные стороны.

Я встал, попрыгал и, поморщившись, сказал Власу:

— Пойдём смотреть, что там дальше. Подай мне, пожалуйста, глефу, а то наклоняться больно.

— Подождите, я тоже пойду, — поднял голову мастер Дик.

— Они там все записывающие устройства разломали. Ты думаешь, там что-то уцелело?

— Не думаю, но всё равно схожу с вами, — мастер Дик встал и, подойдя к Власу, поднял двуручник, тем самым лишив того мук выбора. — Пошли.

Я шёл, стараясь просветить Восприятием как можно дальше. За поворотом, из-за которого вышел Алый Глист, был длинный коридор и ещё один поворот, пещера уходила вглубь горы. Пока нас окружали только голые стены и не очень ровный каменный пол. В скрытых нишах Восприятие показывало какое-то оборудование, я сказал об этом мастеру Дику, но тот лишь махнул рукой. Мол, потом разберёмся.

Коридор заканчивался вертикальной стеной с мощными двустворчатыми воротами. Металлические двери были украшены выпуклыми изображениями разнообразных монстров и искалеченных ими людей. Это не была битва между гуманоидами и чудовищами, нет, — беспомощных людей рвали на части лапами, перегрызли в зубастых пастях, резали лезвиями на лапах гигантских насекомых. Эдакий гимн извращённому бессмысленному насилию. Ворота вызвали очень неприятные ощущения, тем более мы догадывались, что нас ждёт за ними.

Открылись ворота тяжело и со скрипом. Зайдя внутрь, мы оказались в огромном круглом зале с потолком на высоте не меньше десяти метров и шириной метров пятьдесят. Четыре светящиеся колонны образовывали большой квадрат в центре. В противоположной от нас стене были ещё