Кто вы, профессор Верещагин 1 - Татьяна Матуш
До монастыря мы не дошли, да и до ремесленного училища тоже. Там фундамент старый, крепкий, можно было попробовать пробить шурф на какую-нибудь клумбу… рискованно, но и в половину не так, как продолжать сидеть на попе ровно и ничего не делать. Спасение утопающих — дело рук самих утопающих.
Вот только все четыре хода, которые вели вроде бы в нужном направлении, оказались плотно засыпаны. Никакого злого умысла — земля была уже слежавшаяся, каменной твердости. Но на всякий пожарный случай трогать ее не стали.
Покрутившись по отноркам, поняли, что заперты тут, как крысы, которым хитрый крестьянин ход заткнул сапогом.
— По полбутера?
— Пожалуй…
Расположились в сухой «келье», где обнаружились даже остатки иконостаса. Креститься на них не стали. Погасили свет, затихли. Не спалось. Холодно было, а в темноте, парадоксальным образом, показалось еще холоднее.
— Слушай, Тоха, а, как думаешь, как это подземное озеро выглядело? Ну, тогда, раньше?
Я фыркнул:
— Кто у нас инженер? Я всего-навсего скромный историк. Могу показать, где оно было на планах и назвать архивные документы, в которых данное сооружение описывалось. Крайне скупо. Как большое кирпичное помещение с массивными сводами и водоотводными каналами. Резервуар прямоугольной формы.
— Озеро в подземном резервуаре могло быть обустроено с помощью водяного механизма, — отозвался Алехин. — Система водосборников, водяных мельниц. Каналов для переноса воды. Например, могло быть устройство типа заслонки или клапана, которое позволяло «сливать» воду из верхнего озера в резервуар. Что-то похожее на деревянные или металлические шлюзы. А сама вода поступала в резервуар по наклонным трубам или деревянным акведукам, возможно… даже наверняка с системой из шкивов или рычагов для регулировки потока.
— Больше ста лет прошло, — пожатие плечами пропало втуне, — кирпичные стены уже вполне могут быть разрушены, водосборники и каналы забиты грязью и илом. Некоторые конструкции, возможно, обрушились. Механизм и со временем сломался, а резервуар затопило. Особенно, если конструкции, которые предотвращали утечку, накрылись. Могли сохраниться отдельные фрагменты устройства — например, сломанные шлюзы, остатки трубопроводов или механических частей… Но мы их даже не опознаем, если увидим, они, наверняка, устряпаны отложениями по самое некуда.
Алехин не ответил. Похоже, уснул.
Вот ведь счастливая натура. Никакие мрачные предчувствия не мешают здоровому отдыху. Есть время спать — выспится, хоть камни с неба!
А мне было не тревожно, нет… Чего тревожится — либо выберемся, либо нет. Все, что зависит от нас, мы сделаем. Этого может не хватить, но тут, как говорится, выше головы не прыгнешь.
А смерть дело самое обычное. И в глаза безносой мы с Алехиным смотрели уже не раз, и даже не два. Подумаешь — помирать. Не жениться же. По крайней мере, это будет быстро, а, значит, и переживать не о чем.
…Наверное, я все же задремал. Ничем иным то, что случилось дальше, объяснить не могу. Внезапно посреди промозглого холода словно повеяло теплым, приятным ветром. Я сообразил, что непроглядная темнота не так уж и непроглядна. Очертания кельи, где мы нашли временный приют, ее неровный арочный вход и стена за ним просматривались отчетливо.
А еще — свет не был ровным. Он метался, выхватывая то одно, то другое. На секунду выхватил лицо безмятежно спящего Алехина. Словно кто-то держал в руке большой фонарь, и этот фонарь раскачивался в такт шагам.
Вот только самих шагов я не слышал…
Замерев, как суслик, и, стараясь даже не дышать, не то, что не шевелиться, я потрясенно наблюдал, как мимо кельи прошли люди. Закутанные в глухие черные плащи с капюшонами а-ля монахи-бенедиктинцы или заговорщики против трона. Тот, кто шел впереди, нес зажженный керосиновый фонарь. Однако, кем бы ни были эти ребята, они точно не призраки и не вампиры, тени отбрасывали как миленькие.
Эти тени скользили по стене вслед за своими обладателями совершенно бесшумно — шагов я по-прежнему не слышал и это внушало оторопь.
Машинально посчитал: шесть человек. Заорать, остановить, попросить помощи отчего-то в голову не пришло. Наверное, здравый смысл помешал, точнее, его остатки: ночь, подземелья, странная команда в черном с закрытыми лицами и живым огнем. Как-то не похожи они были на добрых самаритян, которым не хватает еще одного хорошего поступка, чтобы получить плюс сто к карме.
Я немного подумал. Совсем чуть-чуть, времени на размышления не было. Стараясь не производить ни малейшего звука, встал. Перешагнул через Алехина — ему без разницы, он уже не растет. И двинулся по проходу вслед за шестеркой.
Куда-то же они идут?
* * *
Фэнтези или реальность?
Легенда о подземном озере имеет вполне себе реальную основу и есть места где эту легенду можно потрогать руками и сделать сэлфи на ее фоне (там темновато но с хорошей вспышкой получится).
1. Древние подземные водохранилища и цистерны.
Это самое прямое соответствие. Во многих замках, крепостях и монастырях, особенно построенных на возвышенностях или в засушливых регионах, были гигантские подземные резервуары для сбора и хранения дождевой воды.
Константинополь (Стамбул): Самый знаменитый пример — Цистерна
Базилика (Yerebatan Sarnıcı). Это огромное подземное водохранилище, построенное византийцами в VI веке. Оно наполнялось водой по акведукам и имело систему контроля уровня. «Слить» его в современном понимании было нельзя, но воду можно было использовать и регулировать ее поступление.
Пещерные монастыри Крыма и Каппадокии: В многих пещерных монастырях (например, Челтер-Мармара или Успенский монастырь в Крыму) были естественные пещеры и искусственные цистерны, где собиралась вода. Монахи могли обустраивать системы водосбора со склонов. Мысль о том, что они могут «перекрыть воду», могла родиться у наблюдателей.
Монастыри Метеоры, Греция: Построенные на неприступных скалах, они имели сложнейшие системы сбора дождевой воды в подземные цистерны, так как другого источника воды у них просто не было.
2. Карстовые озера и поноры.
Это геологическая основа легенды. В районах с карстовым рельефом (растворение известняка водой) часто существуют подземные озера и реки. Характерная их черта — поноры (естественные отверстия в породе, поглощающие воду).
Как это работает: Представьте себе подземную пещеру-резервуар. В нее ведет естественная «труба» (понор), через которую озеро может наполняться из какого-то подземного источника или во время паводка. Если монахи нашли способ на время закупорить этот понор (например, огромной пробкой из дерева и смолы), то они могли бы остановить наполнение озера и начать использовать воду из него. А потом, убрав «пробку», дать озеру наполниться снова.
Где это встречается: Такие явления типичны для Кавказа, Крыма, Балкан, Альп — то есть как раз в регионах с
