Ревизор: возвращение в СССР 60 - Серж Винтеркей

раз недавно на нем побывал, и качество проделанной работы мне очень по душе пришлось. Таких строителей не стыдно звать к себе на квартиру поработать.

– А ты же вроде их на дачу к себе планировал пристроить. Скоро, наверное, уже и дачу строить начнешь?

– Все верно, как потеплеет, так и начну. Но, во-первых, дачу они достаточно быстро мне построят. А во-вторых, там этих вьетнамских строителей столько, что они, как закончат со строительством музея, смогут много где ремонтами заняться по всей Москве.

Проводили Васю с киевлянами. Потом и Костя Брагин с Женькой, Ларченка подхватив, пошли домой дочку укладывать. Наши дети, едва они вышли, тут же отрубились.

Уложили их спать и остались в гостиной втроем с Валентиной Никаноровной. Поблагодарил ее вначале за то, что она так хорошо Васю рекламировала перед гостями. А потом спросил:

– Ну и как вы оцениваете Юрия Ивановича и Елену Дмитриевну?

– Знаешь, Паша, думаю, что Васе стоит прежде всего на Юрия ориентироваться. И именно с ним хорошие отношение налаживать. Елена Дмитриевна – женщина не очень самостоятельная, с моей точки зрения, но мужа, сразу видно, сильно уважает. Так что как скажет Юрий Иванович, так она и будет делать.

– Спасибо, Валентина Никаноровна, и за ваш совет тоже. Я обязательно его Васе передам.

Ну, а затем Валентину Никаноровну домой отправили. И вот мы уже с Галией вдвоем остались.

Вроде как и все было хорошо. И посидели, и пообщались. И Васе, уверен, помогли в том, чтобы его будущие родственники начали гораздо более серьезно к нему относиться.

Но был один минус из-за этой посиделки. На самбо не сходил. В пятницу самбо не было из-за праздника. А сегодня сам не смог посетить. Жалко, конечно.

А в пятницу уже и улетать. Так что снова я мимо самбо пролетаю, в прямом и фигуральном смысле. Но не отказывать же было Васе в помощи, правильно?

Во вторник с утра сразу поехал на завод по поводу письма рекомендательного в Италию.

Плохо, что вчера ошалел после бессонной ночи. Забыл к ним заехать, как договаривались. Тяжело быть Корейко в Советском Союзе. Столько всякой возни с ценностями, что про важные дела забываешь в результате.

Ну ладно. С другой стороны, теперь хоть спихнул с себя в хранилище все это золото. И жить станет гораздо спокойнее.

На заводе все уже было готово.

Письмо забирал лично у директора. Передавая его мне, он еще раз со значением сказал, что вообще-то так не принято. Но раз товарищ Захаров поддерживает, то он это письмо мне и дает. Я еще раз его заверил, что речь о модернизации я веду всерьез. Всю необходимую информацию он в обмен для этого получит. В том числе и содействие в закупках оборудования, когда до дела дойдет.

Успокоенный директор снова меня прямо до лестницы проводил.

Затем завез в «Гавану» судки, которые вчера у них брал.

Приехал домой, Валентина Никаноровна мне говорит:

– Павел, вам Сатчан ваш звонил из МГУ. Просил связаться с ним.

Набрал Сатчана. Тот мне сразу:

– Паша, и что ты вчера самбо прогулял?

– Не трави душу, дружище! – сказал я. – Сам тоже переживаю по этому поводу. Тут просто к Васе ненадолго родители невесты из Киева приезжали, вот он и попросился ко мне их привести, чтобы пофорсить в моем ремонте перед ними. Ну как тут отказать?

– Ну что же, ради помощи другу можно и самбо прогулять, это верно. – согласился Сатчан. – Ладно, я вообще чего тебе звоню? Ты готов сегодня лекцию прочитать для любителей истории на «Полете»?

– Дружище, я историю так люблю, что хоть каждый день готов эти лекции читать. Главное, что мне очень приятно, что энтузиасты этого дела каждый раз так охотно собираются.

– Ну так ты хорошо лекции читаешь. Поэтому энтузиастов и много приходит. Ну давай тогда сегодня, в обычное время.

Положил трубку. Значит, сегодня Захаров очередное совещание устраивает… Удачно вышло, что мне по всем модернизационным проектам уже пообщаться с кураторами получилось.

Впрочем, я примерно так все и рассчитал по времени. А если бы кто не успел, то тут уж извините. Кто слишком долго возится, тот уже перед Захаровым в бледном виде предстал бы.

В кои-то веки мне не надо делать никакого доклада на «Полете». Буду просто одним из участников совещания. Разве что, конечно, буду поддерживать всех, кто будет выступать по проектам модернизации, отмечая то, что с их проектами я знаком. Что касается «Института проблем долголетия», то сомневаюсь, что мне нужно информацию по нему на «Полете» озвучивать. Думаю, тут надо отдельно снова с Захаровым встречаться по этому вопросу. Не та тема, по которой нужно именно в составе нашей группировки общаться. Из нас всех только Захаров и может ее дальше продвигать.

Но это как он скажет. Захочет ее поднять – заготовки я с собой на всякий случай прихвачу. Выступлю по ним. Не захочет – значит, все правильно я понимаю, и будем в формате один на один дальше по этой теме работать.

Но это не значит, что поскольку с Межуевым мы еще работать не начали, а для совещания на «Полете» у меня уже все готово, что я сегодня буду бездельничать. Снова же скоро надолго уезжаю за рубеж. Три статьи за март у меня уже должно выйти в «Труде». Одна перешла с февраля, не успели ее напечатать в