Убить злодейку. Том 1 - Савольсэн
– Что за фокусы? – прорычал он.
– Не сопротивляйтесь, позвольте мне помочь вам, леди Мизериан, – произнес Ясон.
Заговорив одновременно, мужчины уставились друг на друга. Оба выглядели удивленными. Единственное, что они вызвали во мне в очередной раз, – чувство раздражения. Да пусть хоть поединок устроят, лишь бы оставили меня в покое.
– Энакин, подойди ко мне.
Спустя мгновение из тени, словно возникнув из ниоткуда, вышел мой рыцарь. Алекто видел его на церемонии посвящения, а Ясон в провинции Рэндол. Хотя они уже были знакомы, но оба смотрели на него с опаской, словно встревоженные звери, когда кто-то чужой зашел на их территорию. Меня их противостояние не заботило. Поскорее бы вернуться домой.
– Вы звали меня, госпожа?
– Возьми меня на руки, Энакин. Не буду больше утомлять вас своим присутствием. Так что, ваше высочество, я позволю себе удалиться.
Наследный принц хотел что-то сказать, но я не дала ему такой возможности. В конце концов, лучшая защита – это нападение. Как обычно, Энакин легко поднял меня и, молча поклонившись двум мужчинам, которые, казалось, были вне себя от ярости, развернулся и ушел.
Я прижалась к груди рыцаря, пока мы покидали дворец. Слуги провожали нас взглядами, и замешательство на их лицах быстро сменилось осуждением. Пусть они и считали, что я недостойна быть невестой Алекто, но видеть меня с другим мужчиной им было неприятно. Вот уж не угодишь. Ладно, по крайней мере, скоро этот фарс завершится, и я разорву помолвку с наследным принцем.
– Если однажды ты тоже начнешь меня ненавидеть, скажи мне. Я постараюсь понять.
Быть объектом ненависти – неприятно, но перед Энакином мне хотелось сохранить достоинство и не показывать свою слабость. Рыцарь, как обычно, не смотрел на мое лицо, а просто шел вперед. Когда вдали показалась карета, он спокойно ответил:
– Вы забыли? Я поклялся вам в верности и повиновении. Никакие искушения не смогут заставить меня сбиться с пути и помешать преклониться перед вами.
Он аккуратно усадил меня в карету и тут же опустился на одно колено, как в день своего посвящения в рыцари. На его шее мерцало украшение с камнем фиолетового цвета.
– Если хотите, я дам еще одну клятву. Даже если настанет день, когда вы возненавидите себя… Я все равно не оставлю вас и последую за своей госпожой.
У меня никогда не было ничего своего. Ни вещей, ни людей. Никого и ничего, с чем я могла бы ощутить покой. Не было того, чем я могла бы по-настоящему владеть, потому приходилось беречь то немногое, что имелось. Но теперь я поняла. Возможно, другие люди осудили бы меня за эти мысли, но… Мне нужен тот, с кем я могла бы быть настоящей. Тот, кому я могу показать свою искаженную сущность, не боясь разоблачения.
Мне всегда казалось, что влюбиться – это нечто обыденное. В первый раз я влюбилась, когда мальчик помахал мне из окна спортивного зала. Во второй раз любовь явилась мне, когда мы шли с парнем вместе под цветущей вишней. В третий она опустилась незаметно, как мелкий дождь, а в четвертый – после пережитых вместе трудных времен. Я была убеждена, что внезапное драматическое влечение бывает только в фильмах и сериалах. Но сейчас, видя свое отражение в светло-карих глазах Энакина и осознавая, что он принадлежит мне целиком и полностью, я почувствовала, как мой мир перевернулся. Это чувство напоминало электрический разряд, что внезапно пронзил тело от кончиков пальцев до самого горла. Сердце предательски забилось. Мне было страшно, что он услышит, однако часть меня хотела, чтобы Энакин все понял. Как же очарователен он был… Я сходила с ума от любви к нему.
Даже пребывая в вихре эмоций, я постаралась улыбнуться. Не знаю, получилось ли, но Энакин улыбнулся мне в ответ. После паузы я смогла выдавить:
– Неужели ты потерял рассудок?
Как ты можешь? Почему ты такой преданный?
– Вы разочарованы?
Я всегда думала, что влюбиться – это нечто обыкновенное. И жила так до этого момента.
– Нет… Мне очень… Мне очень нравится.
Ты обрушился на меня подобно метеориту, который миллионы лет назад сотворил Землю. Ты делаешь меня… Особенной.
* * *
На протяжении всего урока Елена не находила себе места. Я сообщила ей о намерении императрицы представить ее высшему свету на дебютантском бале рода Каджар. Ее волнение было вполне объяснимо, ведь бал должен состояться сразу после Дня благодарения, в начале осени. Иными словами, до мероприятия оставалось меньше двух недель. Можно было только представить, какой это стресс для столь робкой девушки.
– На сегодня хватит.
– Простите?
Было заметно, что Елена и расстроена, и рада одновременно. С ее лица исчезло напряжение, но она все еще пыталась понять причину моего решения завершить занятие. Судя по часам, мадам должна была вот-вот прийти, поэтому я и решила закончить урок пораньше.
Елена собиралась быстро встать и уйти, но я удержала ее, заставив присесть.
– Что… Что-то еще?
– У нас осталось одно дело.
– Кроме уроков есть что-то еще?
Не успела девушка договорить, как в комнату вошла мадам. Она даже не взглянула на Елену, а сразу направилась ко мне, чтобы, как всегда, приветствовать светским поцелуем.
– Чудесный день, леди Мизериан. Ваша ослепительная красота, как всегда, вдохновляет меня. Я пошила чудесное повседневное платье, которое прекрасно вам подойдет.
– Отправьте его в фамильное поместье. Но сегодня я позвала вас не с целью выбрать платья для себя, а чтобы сшить его для нее, – я указала на Елену.
Мадам внимательно посмотрела на девушку. С улыбкой на лице, но холодным тоном она сказала:
– Простите, моя леди, но я шью наряды исключительно для знати. Как бы ни была прекрасна девушка, это невозможно.
– Не вы ли в день моей церемонии совершеннолетия отдали мое платье, чтобы эта девушка надела его?
– Та ситуация – исключение. Как могла простая портниха ослушаться императорского приказа?
– В таком случае вы тем более обязаны сшить для нее платье, ведь по приказу ее императорского величества эта леди скоро дебютирует в светском обществе.
Мадам прищурилась, словно оценивая, правду ли я говорю. Елена, до этого молча слушавшая наш разговор, вдруг запаниковала и замахала руками.
– Нет-нет! Совсем не обязательно шить специально для меня платье! Да и это, должно быть, очень дорого.
– Ваше беспокойство ни к чему. Императорская семья не станет требовать с вас платы за платье.
– М-может быть, я просто пойду в город и куплю себе что-нибудь…
– Леди
