Сисьадмин - Роман Гриб
— Как скажете, милорд.
— Ладно. — я встал. — Пойду пока дом с хозяйством осмотрю. Да с кухаркой познакомлюсь поближе.
— Я провожу.
— Не надо. Сам найду. Ты иди отдыхай. Или работай. Короче, делай что хочешь. Завтра с утра будем разбираться. После общегородской молитвы.
— Слушаюсь, милорд.
— Ступай, Тардык.
Управляющий вышел. Гусь запрыгнул на подоконник и посмотрел в окно.
— Ты чего? — спросил я.
— Думаю. — ответил он. — Справишься?
— С чем?
— С городом. С людьми. С тем, что ты теперь барон.
— Не знаю. Но попробую.
— Это правильно.
Он спрыгнул с подоконника и пошёл к выходу.
— Ты куда?
— Авву искать. Вдруг она дрон сломает, пока мастерит. А мне потом вместо него летать.
— Ты не умеешь летать. Ты гусь. Домашний, не дикий.
— Я дракон. — огрызнулся он. — И вообще, я могу. Просто не хочу.
— Ага. — усмехнулся я. — Лети уже.
Он что-то буркнул и вышел.
Я вышел из кабинета, запер его на ключ, комплект коих мне выдал Тардык, но вместо кухни решил пойти в спальню.Спальня расположилась на втором этаже. Простая кровать, шкаф, стол. Постельное бельё перед моим приходом поменяли, молодцы. Сами догадались, что я не буду спать в том, в чём спал мол предшественник. Никаких украшений. Я скинул доспехи, положил щит на стул, рядом поставил глефу. В комнате было тихо. Только ветер за окном шуршал листвой.
Я лёг. Потолок был белый, без трещин. Хороший дом. Дорогой. Для этого мира. Почти дворец.
— Ну что, Даня? — сказал я в темноту. — Мы теперь бароны.
— Я щит. — ответил он. — Щиты не бывают баронами.
— А поэты?
— Поэты бывают. Я поэт. Значит, я барон. А ты мой оруженосец.
— Ага. Оруженосец с глефой, который забил паладина ногой.
— Ну… технически, это я его забил. Без меня ты бы не смог.
— Ты лишь создал арену. А убил я.
— Вместе. — примирительно сказал Даня. — Мы команда. Команда боевых баронов.
Я усмехнулся.
— Ладно. Команда. Сегодня у нас важная ночь.
— Почему?
— Слизень. Через восемь часов, перед рассветом, у нас должно завершиться слияние.
— А, этот. — Даня помолчал. — А что будет?
— Не знаю. Может, новые способности. Может, хер знает что.
— Боишься?
— Немного.
— Это нормально. Бояться — не стыдно.
— А ты боялся? Ну, когда в Бездну попал?
— Я? — он задумался. — Я вообще не понял, что случилось. Сначала был мир, потом его не стало. А потом появился ты. И щит. И этот… Гусь. И та девка с сиськами. И ты меня спросил, кто я. И я вспомнил, что я — Даня. И стихи. И всё.
— Жёстко.
— Бывало и хуже. Вон, в тридцать седьмом…
— У-у-у-у… Началось…
— Ладно, не буду. Спи, барон. Завтра у тебя тяжёлый день.
— Да я не в том смысле. Продолжай.
— А уже не хочу. Спокойной ночи, Саня. — с этими слова Даня зевнул и скрылся в глубинах черноты моего щита, хотя до ночи было ещё далеко. Но смеркаться уже начинало.
Я закрыл глаза. За окном шумел ветер. Где-то внизу хлопнула дверь.
Завтра будет новый день. Уборка урожая, крестьяне, налоги, шахты. И полная интеграция со слизнем.
Пиздец.
Но почему-то не страшно.
Наверное, потому что я уже не один.
А пока надо сходить пожрать. А то ещё примут раскаты урчания моего желудка за какого-нибудь монстра и опять охоту на меня объявят.
Глава 32
После всего произошедшего, отдохнув немного, я понял одну простую вещь — я хочу жрать. Не то чтобы прям умираю с голоду, но после всего, что случилось сегодня, организм требовал заправки. А кухарка, судя по всему, уже спала. Ну и хрен с ней. Какой-нибудь наверняка. Сам найду.
Кухня расположилась на первом этаже, в конце длинного тёмного коридора. В принципе, я в темноте видел неплохо, да и луна в окна подсвечивала. Так что лампу искать не стал. Нашёл дверь, толкнул — открыто.
Внутри было… Ну, как на средневековой кухне. Большая печь, которая уже догорала, стол, на котором валялась какая-то посуда, горшки, миски. Пахло дымом, хлебом и чем-то кислым. Я начал шуровать по полкам в поисках чего-нибудь съедобного. Хлеб нашёл. Сыр нашёл. Колбасу нашёл. И в какой-то момент рука зацепилась за что-то, что стояло на краю. Какой-то горшок полетел на пол. Я даже не успел сообразить, что это было, как грохот разнёсся по всему дому.
— Блядь! — вырвалось у меня. Слишком громко, учитывая, что я пытался быть тихим.
Из темноты кто-то вылетел. Или что-то. Я почувствовал, как в меня врезалось что-то тяжёлое, железное. Звякнуло, отскочило. Я даже не пошевелился. Сила, она и в темноте сила. А вот нападавший от собственного же удара отлетел назад.
— Вор! Вор на кухне! — заорал чей-то голос. Мужик, вроде. По крайней мере, голос басистый.
— Да не вор я! — попытался я вразумить нападающего, но в этот момент в меня прилетело ещё чем-то. Доска какая-то. Сломалась об меня. Ну, по крайней мере, не ухват.
— Да стой ты, я барон ваш! — рявкнул я, но было поздно. В темноте что-то зашуршало, и в меня запустили горшком. Тело увернулось само. Хм. Хватило тех небольших тренировок с Эльминирэль? Раньше у меня таких рефлексов не было. Или были, но я о них не знал?
— Я кому сказал! — рявкнул я уже громче. — Вы что, своих не узнаёте?
Наступила тишина. В темноте кто-то тяжело дышал.
— Милорд? — раздался голос мужика. Того самого, которого Тардык мне представил, как «дворник-конюх-посыльный-и-всё-в-одном-лице». Теперь я его узнал.
— Он самый. А теперь дайте мне нормально пожрать, пока мы тут весь дом не разнесли.
— А чё вы в темноте-то шаритесь? — спросила кухарка. Голос у неё был такой… Обиженный, что ли.
— А чё мне, лампу искать? Если я и так вижу.
В ответ — молчание. Потом зашуршали, зачиркали кресалом. Загорелся маленький масляный светильник. Кухарка — женщина лет пятидесяти, крепкая, в исподнем, с лицом, которое явно видало виды — смотрела на меня с выражением, в котором смешались испуг, уважение и, кажется, обида.
— Так вы ж еду попросить
