Дорога охотника 2 - Ян Ли
Пришельцы, не местные. Стоят спиной к посёлку, смотрят в сторону леса. Ждут кого-то — или охраняют периметр. Значит, не засада на меня конкретно. Просто оцепление. Но это не делало их менее опасными: если увидят — поднимут тревогу, и тогда за мной погонится вся дружина. Обойти? Справа — горящий дом, слишком светло. Слева — открытое пространство, просматриваемое на сто шагов. Остаётся…
— Стой! — Голос сзади, резкий, командный.
Я обернулся. Дружинник. Ещё один, которого я не заметил, — он вышел из-за соседнего дома, должно быть, обходил территорию. Молодой, лет двадцать пять, с мечом наголо и настороженным взглядом.
— Ты кто такой?
Варианты промелькнули в голове: соврать, что местный; попробовать договориться; напасть первым.
— Охотник, — сказал я. — Из леса. Попал сюда случайно.
— Охотник? — Он прищурился, разглядывая меня. — Не похож на местного.
— Я и не местный. Говорю же — попал случайно.
— А почему весь в крови? — Его взгляд скользнул по моей рубахе, пропитанной засохшей кровью от раны.
— Потому что меня тут чуть не убили. Эти… сектанты, или как их там.
Пауза. Он явно не знал, что со мной делать. Я не выглядел как враг, но и не выглядел как друг. Подозрительный тип посреди ночного боя — такого положено задержать и допросить.
— Руки покажи, — скомандовал он.
Я поднял руки — медленно, демонстративно. Меч держал открыто, не пряча.
— Оружие брось.
Хреново. Без оружия я — мясо. Особенно без способностей.
— Послушай, — начал я, — я не враг. Меня эти местные в плен взяли, хотели в жертву принести какому-то своему богу. Я сбежал. Мне просто нужно…
…Кристалл. Энира с кристаллом — её сигнатура удалялась. Быстро, всё дальше от посёлка. Уплывала на лодке, уходила прочь. И вместе с ней уходило подавление. Я почувствовал это — как волна тепла, как возвращение чего-то утраченного. Улыбнулся — и это была нихера не добрая улыбка.
— По хорошему предлагаю, — сказал сержанту. — Дайте мне уйти.
— Или что? — Не впечатлился тот, вскинув клинок.
Никогда не любил дипломатию, и она мне взаимностью не отвечала.
Сержант открывал рот для какой-то команды — медленно, как в патоке. Двое других поднимали оружие — ещё медленнее. Я видел траекторию каждого движения, каждую возможность. Капля пота, стекающая по виску молодого дружинника. Блик пламени на лезвии сержантского меча. Пылинки, застывшие в воздухе.
Первый удар — рукоятью меча в висок молодому, тому, кто меня остановил. Он ещё не успел понять, что происходит, когда отключился — глаза закатились, тело обмякло. Второй удар — локтем в горло ближайшему дружиннику. Хрящ хрустнул под ударом, он захрипел, согнулся, выронив меч. Третий — ногой в колено сержанту, с разворота, вкладывая всю силу. Сержант устоял — крепкий оказался, чувствовалась школа. Отшатнулся, но не упал. Попытался достать меня мечом — резкий, отработанный выпад, который пропорол бы мне живот, если бы я был обычным человеком. Я не был. Ушёл в сторону, пропуская клинок в сантиметре от рёбер. Контратака — удар кулаком в челюсть. Сержант дёрнулся, но устоял и на этот раз. Живучий сукин сын.
— Какого хера⁈ — прохрипел он, отступая.
Из-за домов показались ещё двое — привлечённые шумом. И — что хуже — я чувствовал охотничьим инстинктом, как со стороны озера приближается ещё несколько. Культисты? Дружинники? Без разницы — и те, и другие были врагами. Не стал ждать, пока окружат. Развернулся и побежал, но не к лесу — там, в темноте, уже мелькали факелы оцепления. К причалу, к реке, петляя между домами, используя хаос боя как прикрытие.
Смутно знакомый житель поселка выскочил из-за угла — прямо на меня, с топором в руках, с безумными глазами фанатика. Не успел даже замахнуться — я врезался в него плечом, опрокинул, перепрыгнул через падающее тело.
— Держи его! — Крик сзади, женский голос. — Он не должен уйти!
Энира? Нет, другая — какая-то культистка, которую я видел мельком. Неважно.
Ещё один культист — слева, с копьём. Этот был серьёзнее: принял стойку, перекрывая проход. Не было времени на красивый бой. Метнул нож — тот самый, складной, что забрал у охранника. Бросок вышел корявый, не смертельный — но культист рефлекторно отшатнулся, пропустил удар мечом по рёбрам. Заорал, осел на землю. Не добил — не было времени. Рванул дальше, к воде, к спасению. За спиной — крики, топот погони. Сержант орал что-то про «держать ублюдка», остальные подхватывали. Но я был быстрее — молниеносные рефлексы плюс пятнадцать ловкости делали меня офигенно быстрым в спринте. Особенно с такой мотивацией.
Ещё один культист — нет, воин, в кольчуге — попытался перехватить. Ушёл под его удар, врезал локтём под рёбра, вмяв металл в податливое тело, отшвырнул в сторону. Не останавливаясь, не замедляясь, проскочил мимо горящего дома, перепрыгнул через поваленный забор. Справа — озеро, чёрное, неподвижное, жуткое даже сейчас. Слева — лес, спасительный лес. Впереди — река, та самая река, по которой я приплыл. И плот был на месте, привязанный к кривой иве, полузатопленный, но целый. Местным, видимо, было не до него — свои дела, свои заботы. Никто не подумал, что пленник может сбежать именно этим путём. Срезал верёвку мечом — ножа-то больше не было. Оттолкнулся от берега. Плот закачался, принимая мой вес, но не перевернулся. Схватил шест — он тоже был на месте, лежал поперёк брёвен — и начал грести, выводя плот на течение.
— Стой! — Крик с берега. Сержант выскочил из темноты, за ним — ещё двое. Один хромал — тот, которому я врезал по колену. — Стрелки! Где стрелки, мать вашу⁈
Стрелки. Это было плохо. Против арбалета молниеносные рефлексы не помогут — слишком быстро летит болт, не увернуться.
— Там! На реке! — Новый голос, со стороны причала. — Он уходит!
Факелы
