Жестокая игра. Истинная под прицелом - Майя Фар
А вот когда я возмутилась, что все мы так или иначе являемся пешками богини и её братьев, она умудрилась обидеться.
— Разве я заставляла тебя делать что-то? — спросила она, и в этот момент она приняла облик моей бабушки.
Продуманная богиня уже знала, что именно с этим обликом мне и комфортнее всего, и реакции мои становятся более яркими.
Я задумалась, и поняла, что нет, так и ответила.
— Тогда почему ты так говоришь? Я же специально не подсказывала тебе, для того чтобы у тебя была свобода выбора.
И снова богиня говорила про выбор. Это так просто и одновременно так сложно — сделать выбор. Мы ещё о многом говорили, и не всё осталось в моей памяти, как и сны, которые продолжали мне сниться.
Вот кажется, ты сейчас проснёшься и сделаешь всё так, как решил во сне, но просыпаясь, что-то происходит, и ты не можешь вспомнить, почему то, что казалось тебе простым там, во сне, вдруг снова стало неимоверно сложным наяву.
А ещё я иногда спорила с богиней, ведь когда ты лежишь в хрустальном гробу, только и остаётся, что вести теологические споры с богами.
Снова возвращаясь к свободе выбора, я спросила:
— Но ведь то, что мы, три игрока, должны сойтись в финальной битве, — разве это не есть воля богов?
— Вы можете не сходиться, — после короткой паузы вдруг сказала богиня.
— Правда? — удивилась я.
— Боги не лгут.
«Но и не говорят всей правды,» — подумала я о формулировке, ведь можно было сказать «боги всегда говорят правду», но богиня сказала «боги не лгут».
— Но что тогда будет?
— Мир станет принадлежать тому богу, игрок которого продолжит игру.
И в голосе богини я услышала какую-то человеческую боль. Как будто она точно знает, что поражение возможно, или что выигрыш не равен победе. Как будто она мать, которая точно знает, что отправляет своё дитя на погибель.
Но также знает, что она ничего не может изменить. Потому что это не её решение.
— Выбор без выбора, — сказала я.
Богиня промолчала.
Каждый раз, когда я думала о том, что должно произойти, у меня начинала кружиться голова. И это было странно чувствовать физическое недомогание, не ощущая физического тела.
Но, видимо, круговорот мыслей кружил мою голову даже в астральном мире.
Размышляла я о том, что, да, есть внешние обстоятельства, но есть внутренний выбор. И мы делаем этот выбор, ориентируясь не только на наши желания, но и на то, где и в каких обстоятельствах мы сейчас находимся.
И, наверное, богиня права. Если мой выбор будет выйти из игры, а, скажем, Валтор из этой игры не выйдет, то игра продолжится по его правилам.
Но я не знаю, каковы его правила. Может быть, всё не так и плохо?
Но как только я об этом подумала… Я вспомнила молчаливых драконов, пришедших с Валтором. Вспомнила распятого друида.
И пришло осознание, что хорошо не будет.
— Что ты решила? — спросила меня богиня.
— Играем, — ответила я ей.
И меня омыло какой-то чистой и тёплой волной, как будто вправду бабушка погладила по голове.
«Вот и сделан выбор».
И тогда богиня сказала только одно слово:
— Пора.
И я открыла глаза.
Глава 41
Айрин
Когда я открыла глаза, никакого хрустального гроба не было. Я находилась в лесу на берегу моего любимого озера. Первое, что я ощутила, придя в себя, была радость.
Лес, этот странный волшебный подросток радовался моему возвращению.
Он буквально прыгал от восторга, кидаясь шишками, которыми играли маленькие зверьки, похожие на белочек. Очень симпатичные. Они в большом количестве прыгали вокруг меня.
— Откуда такая прелесть? — спросила я.
И меня в ответ омыла такая радостная волна, что я поняла, что лес их создал специально для меня.
Подглядел в моих воспоминаниях, как я кормила белочек в парке, и сделал так, как смог.
Это были очень красивые, пушистые комочки. Вот только зубы у них были с половину моего пальца. И вряд ли они питались только орешками.
«Но в Мёртвых землях иначе не выжить».
На меня они не нападали, и это уже было хорошо.
Я прислушалась к себе, внутри меня была сила, она давала уверенность в том, что всё получится.
Я взглянула на свои руки.
«Мои руки ничем не хуже, чем были руки Айрин», — подумала я.
Айрин… Я привыкла к этому имени, но меня зовут Анна.
«Пусть они теперь называют меня так».
Я подошла к озеру, в воде отразилась я, но не та я, к которой я привыкла в своей прошлой жизни, новая я была моложе, красивее, не потому что мне поправили черты лица, нет, лицо совершенно точно было моим. Просто какие-то детали. Например, кожа моя светилась, глаза сияли, потому что в них мелькали искры силы, и уверенность сквозила в каждом движении.
«Ничего себе я апгрейдилась,» — подумала я с удовольствием.
Совсем немного я провела в лесу, наслаждаясь коротким спокойствием и радостью. А потом богиня показала мне, что все собрались там, где было поселение Даргона, и я ещё могу успеть к началу битвы, которая состоится на закате.
И как бы мне ни хотелось остаться у озера, надо было идти, потому что мой помощник без меня не справится.
Он силён. Но без меня Теон имеет только половину силы. Теперь я это знала точно.
Я действительно его истинная, в отличие от Айрин, которая использовала обманные артефакты, которые давал ей Валтор, а на самом деле она никогда не была истинной, потому что истинность — это не влечение тела, это родство душ.
Так случается. И пусть мы из разных миров, но оказалось, что наши души были рождены, чтобы однажды встретиться.
А гнилые артефакты Валтора действовали именно на тело, при мысли об этом, вспомнила и про то, что вместо меня сожгли несчастную служанку, и это только укрепило меня в том, что нельзя позволить Валтору взять вверх.
— Мне пора, — сказала я лесу.
И он расстроился, что я совсем мало побыла, но я пообещала вернуться, хотя на самом деле гарантий дать не могла ни я, ни богиня, но моё обещание будут для меня дополнительными стимулом, ведь детей обманывать нельзя, как и взрослых, особенно тех, кто тебя любит.
И через два шага я оказалась рядом с
