Знахарь I - Павел Шимуро
Ладно. Работаем с тем, что есть.
Я повернулся к мужчине.
— Как тебя зовут?
— Бран, — он стоял у стены, скрестив руки на груди. Не присел, не подошёл ближе — держал дистанцию.
— Бран. Расскажи мне, как это произошло. С самого начала.
Он помолчал. Выражение лица не изменилось, но я видел, как напряглись желваки.
— Алли ходила к ручью — южная тропа, где мох густой. Она туда всегда ходит — козе нашей худо, не жрёт ничего, а мох ручьевой помогает. Пошла с утра до рассвета.
— Одна?
— Одна. Кому с ней идти-то? Недалеко — за частокол и по тропке, до ручья полверсты. Она сто раз ходила.
— Дальше.
— Вернулась… — Бран замолчал. Глянул на жену, потом на сына, потом снова на меня. — Не в себе. Шаталась, за стены цеплялась. Я думал, может, ногу подвернула или ослабла — она худо кушала последние дни. Подбежал, а она мне в лицо и говорит… — он запнулся.
— Что говорит?
— «Деревья, Бран. Они шевелятся. Лес сходит с ума.» — Он произнёс это ровно, монотонно, как будто заученную фразу. — А потом попросила воды, выпила полковша и легла. Думал отлежится, а она с тех пор и не встала. Дышит, но не слышит, не видит. Тело трясёт, пот ручьём.
Лес сходит с ума. Деревья шевелятся.
Бред? Галлюцинация от яда? Или она действительно что-то видела?
Я отложил это в сторону — сейчас не до загадок мироздания.
— Укус ты видел?
— Какой укус? — Бран нахмурился.
— На шее, за ухом. Горт заметил.
Мужчина перевёл взгляд на сына. Мальчишка сжался.
— Я… я мамке волосы убирал, чтобы тряпку на лоб положить, и увидел две дырочки. Я тятьке сказал, а он сказал — ерунда, от веточки оцарапалась.
Бран разжал скрещенные руки и потёр лоб ладонью. Вид у него был такой, будто он только что осознал что-то очень неприятное.
— Думал ничего серьёзного…
— Это не царапина, — я покачал головой. — Её что-то укусило двумя клыками или жалами, параллельно. Яд уже в крови. Тёмные полосы на шее видишь? Это он распространяется по сосудам.
Тишина. Горт замер у стены, прижав руки к груди. Бран стоял, не двигаясь, и я видел, как на его шее вздулась жила.
— Она… этого?
Я знал, что ответить, каким тоном и какими словами.
— Без антидота — да. Трое суток, может, чуть больше. Яд медленный, но стабильный. Организм борется, — я кивнул на испарину на лбу женщины, — но в одиночку не справится.
Бран сглотнул. Кадык дёрнулся.
— Ты… можешь?
— Могу попробовать, но мне нужно знать, что её укусило — без этого антидот не собрать.
— Откуда ж мне знать⁈ — он повысил голос, и тут же осёкся, покосившись на жену. Продолжил тише, сквозь стиснутые зубы: — Я её не видел, она мне ничего не сказала. Только про деревья эти, будь они не ладны!
Мне нужно было задать ещё один вопрос — тот, который вертелся на языке с момента, как мальчишка начал колотить в дверь.
— Бран. Она слегла сутки назад, почему ты послал ко мне мальца только сейчас?
Он замолчал.
В комнате повисла тишина. Лучина потрескивала в руке Горта. Женщина на кровати дышала тихо, поверхностно, с лёгким хрипом на выдохе.
— Я… — Бран стоял, опустив глаза, потом выпрямился и посмотрел на меня прямо. — Не доверяю я тебе, ты чужой. Белый, пришлый, невесть откуда взявшийся. Про тебя болтают разное. Кто говорит — лекарь. Кто говорит — мор ходячий.
Я молча ждал.
— Думал, пройдёт само. Или Варган вернётся, посоветует. Или… — Он замолчал снова. Тяжело, как будто слова физически застревали в горле.
— Или к Элис? — подсказал я.
Его лицо дёрнулось, будто от пощёчины.
— К Элис⁈ — он хмыкнул горько и зло. — Она Тарека чуть не угробила. Думаешь, я свою жёнушку ей доверю? Нет уж. Лучше помрёт…
Он осёкся. Осознал, что сказал, и побледнел.
— Я не…
— Я понял, — поднял руку, останавливая его. — Понял. Хватит.
Снова повернулся к женщине. Приподнял её руку — мышечный тонус снижен, пальцы холодные. Тремор мелкий, но постоянный. Озноб сотрясал тело волнами, раз в тридцать-сорок секунд.
Классическая картина нарастающей интоксикации. Яд медленный, но неуклонный. Он не убивает мгновенно, а отключает организм постепенно — сначала сознание, после чего моторика, а в конце уже и до сердца добирается.
Если ничего не сделать, то через трое суток она перестанет дышать.
«Рецепт антидота для текущего случая».
Система помедлила. Потом развернула табличку.
[РЕЦЕПТ АНТИДОТА (ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЙ)]
[Компонент 1: Порошок Серебряной Лозы — Нейтрализатор (ИМЕЕТСЯ)]
[Компонент 2: Эссенция Кровяного Мха — Стабилизатор (ИМЕЕТСЯ)]
[Компонент 3: Пыльца Солнечника — Седатив/Проводник (ИМЕЕТСЯ)]
[Компонент 4: Биоматериал носителя яда — Ключевой компонент (ОТСУТСТВУЕТ)]
[ПРИМЕЧАНИЕ: Без Компонента 4 антидот неэффективен. Биоматериал необходим для создания антитела к специфическому токсину]
[ПРИМЕЧАНИЕ: Идентификация существа невозможна по имеющимся данным]
Три из четырёх ингредиентов у меня есть, но вот четвёртый компонент — часть тела той дряни, которая вцепилась ей в шею…
Без него всё остальное — бесполезная жижа.
Я отпустил руку женщины и откинулся на табуретке. Позвоночник отозвался тупой болью. Глаза горели от недосыпа. Перед мысленным взором крутились десятки вариантов, и ни один не годился.
Неизвестный зверь. Неизвестный яд. Неизвестная анатомия. Как, чёрт подери, собрать антидот, если даже не знаю, от чего его собирать?
Нужно хотя бы понять, что за тварь.
— Бран, — я повернулся к мужчине. — Бывало ли такое раньше? Чтобы кого-то кусало подобное? Двумя проколами, мелкими, на шее?
Он покачал головой.
— Не слыхал. Тут пауки есть большие, с кулак, но те кусают по-другому — рана рваная, гноится. И комары бывают — от тех шишки вскакивают. А чтоб вот так, двумя дырками…
— А Варган?
— Варган, может, и знает, но его нет — на охоте, до завтра вернётся, может послезавтра.
Послезавтра. У женщины трое суток. Ждать охотника — глупо терять время.
Я встал с табуретки и прошёлся по комнате — два шага вперёд, два назад. Мозг работал на остатках ресурса, перебирая варианты.
Вариант первый: ждать Варгана. Он опытный охотник, может знать, что за зверь. Но если он вернётся через двое суток, женщине останется максимум день. Слишком рискованно.
Вариант второй: пойти к ручью
