Этот безумный пролог никогда не закончится. Том 2 - Notego
– Как сказать… Все контракты, которые я заключала до сих пор, были несправедливыми. Так что даже не знаю, в каком убытке я останусь на этот раз.
Я протянула ему пустую чашку. Он легким движением наклонил чайник, висевший над огнем, и наполнил ее. От чашки пошел сильный жар.
Хотя Деона лишили статуса, он по-прежнему оставался высокопоставленным аристократом. Но вряд ли забота о других входила в дворцовый этикет. А он заботился обо мне совершенно искренне. Если я дрожала – укрывал меня одеялом, если кашляла – предлагал воды. С какого-то момента такие простые действия перестали требовать от нас слов.
– Если искать во всех контрактах выгоду, окажется, что убытки несет другая сторона. К тому же это касается не только тебя. Я ведь тоже тебя люблю.
Я рассмеялась. Если бы нас услышал незнакомец, он принял бы эти слова за сладкое признание в любви.
– Вы любите меня?
Неожиданный вопрос заставил и его рассмеяться.
– Я же должен, – признался он, выдохнув облачко белого пара.
Любовь.
Слова, которые погибшая Лиони больше всего хотела услышать, сорвались с губ Деона лишь после того, как мы покинули Север. Каким было бы ее лицо, услышь она их?
Я почувствовала, что вокруг стало немного теплее. Возможно, причиной этого была более мягкая погода, поскольку мы двигались на юг.
* * *
В столице, до которой мы добрались за несколько дней, было тихо.
Карета остановилась прямо перед императорским дворцом, на самой оживленной улице, но и там было странно безмолвно для столь густонаселенного района. Ни одного случайного прохожего, совершенно пустая улица. Из-за окутавшей ее тишины был слышен звон посуды в повозке.
Мы добрались до места, где останавливались кареты.
– Добро пожаловать, – поклонился конюх, поглаживая лошадь по гриве.
Деон спрыгнул с коня. Яркий солнечный свет, уникальная особенность столицы, делал его прекрасные черные волосы еще роскошнее. Я-то думала, что на Севере, где нет ничего, кроме белого снега, они смотрятся лучше, но, на удивление, и в теплой столице они выглядели восхитительно.
– Я пришел за каретой, которую должны были подготовить для меня заранее.
Его звучный голос был отчетливо слышен даже среди фырканья и топота лошадей. Деон достал из-за пазухи именную табличку и протянул ее конюху.
Я тоже вышла из кареты. От долгого сидения внутри затекло все тело.
– Эту карету для нас подготовили?
– Да. Дальше можете ехать в ней.
Деон, молча оглядев карету, нахмурился.
– Сзади сидят дамы. Они и дальше поедут в карете из моего замка.
Конюх смутился:
– По столице могут ездить только заранее одобренные кареты. Вам придется пересесть в эту.
– Для нас подготовили только одну?
– Да, именно так.
Деон молча взобрался обратно на коня и взял поводья.
– Вы не сядете в карету? – спросил Итан.
Деон ответил:
– Я поеду верхом.
Так эта карета ему не по душе! До сих пор он старался держать лицо, но я-то обо всем догадалась.
Роскошную карету впереди венчала золотая статуя льва.
Внешне она выглядела весьма прилично, но ни на дверях, ни на передней части не было никаких узоров, которые бы показывали, что внутри находится кто-то из императорской семьи или из высокопоставленной знати. На такой карете мог бы ездить новоявленный аристократ или богатый простолюдин.
Кроме того, в упряжке не хватало одной лошади, а те, которых впрягли, не были породистыми скакунами из императорского дворца, узнаваемыми с первого взгляда. Стоящие перед нами лошади оказались даже хуже, чем те, на которых ездили солдаты.
Как и ожидалось, Витер, увидев карету, сморщился.
Торжественной церемонии в честь восстановления статуса не будет. Так зачем императорской семье готовить достойную карету? На Деона уже смотрели с пренебрежением, и будущее выглядело мрачным.
Графиня Аринн была беременна, но я-то – нет. Я подошла к Деону. Солнце над головой слепило глаза. Я медленно зажмурилась, а когда снова открыла глаза, Деон уже смотрел на меня сверху вниз.
– Могу я поехать с вами?
– Зачем? Лучше садись в удобную карету.
– Просто так.
– Ты не устала?
Я отрицательно мотнула головой. Не говоря ни слова, он спрыгнул на землю, взмахнув длинным плащом, подхватил меня и легко усадил на коня. А затем сам уселся сзади. Конь протяжно фыркнул.
Так вот она какая, столица.
Самый богатый город в этом мире. Здания, имеющие длинную историю, внешне казались старыми, но выглядели аккуратно. На каждом окне стояли вазоны с цветами. Яркие цветы и красные крыши так и притягивали взгляд.
Улицы по-прежнему оставались безлюдными. Лишь время от времени встречались старики и дети, которые проходили мимо, поглядывая на нашу длинную процессию.
– Как тут тихо.
Мы точно двигались где-то в центре города, но вокруг было все так же пустынно.
Стояла такая тишина, что слышно было, как плещется вода в фонтане. Все калитки, двери и окна были заперты.
– Наверняка все отправились смотреть парад в соседний район.
– Сегодня?
Почему именно сегодня? Меня охватили дурные предчувствия.
– Как думаете, почему? – фыркнул Витер. – Это означает, что нам не дозволено даже это. Слышал, план вдруг поменялся за три дня до нашего прибытия. Обычно этот праздник проводится в разгар лета… Из-за него горожане не смогут увидеть даже нашу процессию, идущую к храму.
Я украдкой взглянула на Деона. Как я и думала, на его лице не читалось совсем ничего. Он не проявлял ни радости, ни разочарования. А ведь это его родина!
– Прости, что твое первое впечатление о столице не самое удачное, – сказал Деон, должно быть, заметив мой взгляд, блуждавший по сторонам.
– Вам жаль, что образ вашей родины, по которой вы так скучали, запятнан?
Может, Деону не по душе, что портят образ родного города, который он невероятно любит? Ничего удивительного, ведь ему предстоит править здесь.
Деон натянул поводья. Конь пошел медленнее.
– Как сказать… Не то чтобы у меня самого были какие-то хорошие воспоминания об этом месте.
Первоначально он должен был ступить на эту землю уже после того, как со всем разберется и одержит победу. Тогда он вернулся бы на родину с почетом и славой… и горожане встретили бы его процессию радостными криками. Должно быть, он тоже ощущал, что город, куда он вернулся спустя так много времени, встретил его безразлично.
Из-за того, что приготовления велись в спешке, процессия оказалась нестройной и одинокой.
– Вы непременно должны стать императором. Не забывайте о сегодняшнем унижении, – тихо прошептала я и вдруг услышала, как Деон позади меня хмыкнул:
– Впервые вижу, чтобы ты беспокоилась о моем благополучии.
– Не то чтобы я беспокоилась. Вы ведь все равно станете императором.
