Корпорация Santa - Денис Деев
— Мы выполнили норму! Мы перевыполнили норму! Но руки... руки просят дела! — заскулил он. — Может, я переберу скрепки по размеру?
Макс понял, что нужно перехватывать инициативу, пока этот стахановец не наныл им инвентаризацию всего завода.
— Отставить работу, — скомандовал он. — Мы поступим как настоящие топ-менеджеры. Мы отметим наш скромный успех нескромным ужином!
Он обвел команду широким жестом.
— Я угощаю. Идем в «Желтую зону». Все вместе. Я думаю, мы вполне можем протащить нашего ветерана труда в столовую для Специалистов. Устроим небольшой корпоратив...
— НЕТ!!!
Крик был настолько синхронным, что с потолка посыпалась штукатурка. Стелла и Гриндар побледнели одновременно, как по команде.
89-й не закричал. Он просто издал сдавленный писк, присел на корточки и трясущимися руками начал сворачивать из обрывка бумаги новый спасательный кулек.
— Ты с ума сошел, Ж-313? — прошипела Стелла. Ее глаза сузились. — Это грубейшее нарушение субординации! Пока он «зеленый», вход в Желтую зону для него — это смертный приговор. И для нас тоже, за пособничество.
— Ладно-ладно, не кипятись, — Макс примирительно поднял руки. — Понял. Кастовая система нерушима. Но мы же можем хотя бы выбить ему двойную пайку в его «зеленой» столовке? Как премию за вредность производства?
Стелла задумалась на секунду, просчитывая варианты.
— Да. Это в рамках полномочий Старшего Мотиватора. Двойная порция хвои и, так и быть, кусок сахара.
Она полезла за пояс. Но не за талоном на питание.
— И еще вот это. Протокол «Малое Поощрение» никто не отменял.
Она медленно размотала свой карамельный кнут. Наконечник слегка дымился, источая приторно-сладкий аромат.
— Ко мне, — скомандовала она.
Гриндар и 89-й, забыв про страх и субординацию, потянулись к ней, как зомби на запах свежих мозгов.
Сначала 89-й, с благоговейным трепетом, лизнул кончик кнута. По его морщинистому лицу расплылась блаженная улыбка младенца.
— О-о-о... счастье труда… достойная награда, — простонал он.
Затем к «святыне» приложился Гриндар. Он чмокнул кнут смачно, по-хозяйски, закатив глаза.
— М-м-м... Корица... — промурлыкал толстяк, облизываясь. — Жжет, но как сладко!
Стелла победно посмотрела на Макса.
— Ну вот скажи мне, теоретик, — усмехнулась она. — Нужен им твой мифический «пряник»? Эй, персонал! Вы бы что выбрали — пряник или кнут?
89-й открыл глаза. В них плескалось искреннее непонимание.
— А что такое... прян-ник? — спросил он робко. — Это новый вид наказания? Им бьют больнее?
— Кнут! — безапелляционно заявил Гриндар, вытирая сладкие губы рукавом. — Конечно же, кнут! С корицей! Пряник съел и забыл, а вкус кнута дисциплинирует на всю смену!
Макс тяжело вздохнул. Крыть было нечем. Против стокгольмского синдрома, возведенного в культ, логика была бессильна.
— Пойдемте уже, — махнул он рукой. — У меня сейчас от вашего энтузиазма диабет начнется.
Они двинулись к выходу. Стелла сматывала плеть, довольная педагогическим эффектом. Гриндар семенил рядом с ней, преданно заглядывая в глаза.
— Госпожа Стелла, — вдруг спросил толстяк, — а почему вы ему... — он кивнул на Макса, — ...кнут не дали? Он же тоже работал. Это несправедливо!
Макс напрягся.
— У меня аллергия, — быстро бросил он, не оборачиваясь. — Я же говорил. На корицу. Отек Квинке, смерть, гроб, гроб, кладбище. Тебе оно надо?
— Странно, — задумчиво протянул Гриндар, почесывая нос. — Но ведь на складе есть разные модели. Бывают же кнуты с ментолом. Для аллергиков.
Макс споткнулся, но удержал равновесие. Он резко остановился и посмотрел на Специалиста взглядом, которым обычно увольняют без выходного пособия.
— Закрыли тему, Гриндар. У меня аллергия на ментол тоже. И на глупые вопросы. Особенно натощак. Идем!
Глава 6
Обед в столовой для Специалистов прошел в атмосфере сдержанного торжества и гастрономического удивления.
Макс лениво потягивал напиток из граненого стакана. Жидкость была густой, фиолетовой и на вкус напоминала смесь клюквы и еловых иголок. Она имела легкое послевкусие отбеливателя.
— Недурно, — заключил он, разглядывая осадок. — Терпко. Что это?
— Морс из Бешеной Морошки, — пояснила Стелла, аккуратно нарезая ножом брикет прессованной оленины. — Собирается на Северных Пустошах. Ягода очень агрессивная, при сборе кусается, поэтому у нее такой... насыщенный вкус адреналина.
— Адреналиновый фреш, — кивнул Макс. — Креативно. Но скажите, Стелла, а что-то покрепче в этой богадельне наливают? Виски, например? Односолодовый, лет двенадцати выдержки?
Гриндар, который до этого с урчанием уничтожал рагу, поднял голову. Его усы были в вишневом соусе.
— Виски? — переспросил он, моргая. — Это как киски, только... жидкие?
Макс поперхнулся морсом.
— Гриндар, ты сейчас балансируешь на грани фола, — покачал он головой. — Нет, мой гениальный друг. Виски — это не жидкие кошки. Это нектар богов, который превращает плохой отчет в хороший план, а занудного начальника — в лучшего друга.
Стелла отложила приборы. Звон ножа о тарелку прозвучал как удар судейского молотка.
— Этиловый спирт дестабилизирует вестибулярный аппарат и снижает коэффициент ручного труда на сорок процентов, — отчеканила она официозную мантру. — Алкоголь и трудовая дисциплина — понятия антагонистичные. В SantaCorp разрешены только стимуляторы производительности.
— Вкусно, но скучно, — резюмировал Макс, отодвигая пустой стакан.
Он откинулся на спинку стула, чувствуя приятную тяжесть в желудке. День выдался сумасшедшим, но продуктивным. Он снова был на коне. Он снова был в игре.
— Так, хлеба мы поели, теперь зрелищ. Что там у нас в культурной программе? Кино? Театр теней? Может, бои эльфов в бассейнах с шариками?
— Визуальные развлечения доступны только персоналу Красного Уровня, — ответила Стелла, промокая губы салфеткой. — У нас есть доступ к стриминговому сервису «Санта-ТВ». Круглосуточная трансляция счастливых детей, получающих подарки. Очень мотивирует перед сном.
— А нам? — возмутился Макс.
— А Зеленым и Желтым визуализация противопоказана. Это расслабляет зрительный нерв, который должен быть сфокусирован на деталях производства. Вам положен только аудио-контент: гимны и обучающие подкасты.
Макс открыл рот, чтобы прочитать лекцию о том, что без эффективного отдыха нет эффективной работы, и что сотруднику нужно переключать мозги, иначе он полыхнет, как дешевый предохранитель. Но потом посмотрел на Гриндара, который клевал носом в тарелку, и передумал.
Он устал. Он был сыт. И, самое главное, он был чертовски доволен собой.
— Ладно, — он встал из-за стола. — Сегодня — отбой.
