Инженер. Система против монстров 9 - Сергей Шиленко
— Ага, ясно. Сейчас они сдуты, потому что давление отсутствует, электропитание не подаётся.
— Материал лежит на объекте внутри, — заметил Прометей.
Я приблизил изображение. Ткань ангаров обвисла бесформенными куполами, сморщенная, серая, с редкими чёрными разводами. Возможно, от грязи или копоти. Дрон сместился влево, к ближайшему сдутому ангару. Из-под неровно лежащих складок проступал силуэт. Что-то твёрдое, с правильными геометрическими линиями. Потом «Стрекоза» снова поднялась выше. Я различил очертания фюзеляжа, выступающий хвост, нечто вроде лопастей, прижатых к крыше. Но деталей никаких. Ясно, что там вертолёт, но какой?
— Модель не идентифицируется, — сказал Прометей. — Недостаточно данных. Общие габариты: длина около двенадцати метров, высота до трёх. Предположительно вертолёт лёгкого или среднего класса.
Я смотрел на экран. Под этой серой тряпкой могло быть что угодно. Bell. Eurocopter. Или, может быть, отечественная машина. «Ансат», например. Такие же примерно размеры.
— Интересно, — выдохнул я, потирая щетинистый подбородок. — Очень интересно.
Сдутый ангар лежал, как упавший зонт. Ветер слегка шевелил его складки. Издевательство. Просто издевательство. Будто тебе на день рождения подарили коробку с подарком, но ты не можешь её открыть. Дрон несколько раз облетел ангар, но поднырнуть под ткань не смог. Он нашёл место, где раньше находился вход. Точнее, полноценный стеклянный фасад, но теперь он превратился в груду осколков и ломаных рам.
— Прометей, что думаешь? Есть шанс, что там что-то ценное?
— Определить состояние агрегатов без прямого осмотра невозможно. Однако следов пожара нет. Очертания выглядят обнадёживающе. Предположительно, летательный аппарат цел.
Я откинулся на кресле, скрестив руки. Нужно найти или создать водный транспорт, чтобы перебраться через реку. Лодка не годится, в воде обитают крупные твари, как тот рак-переросток, который чуть не вскрыл мой доспех, как консерву. Либо по воде, либо по воздуху, но тогда сперва придётся скрафтить что-то по чертежам.
Если там целый вертолёт, пусть даже требующий рук, это стоит риска. А если там какой-нибудь «Ансат» с его газотурбинными двигателями…
— Записывай, — сказал я. — Готовим экспедицию. Нужно переправиться на ту сторону. Хочу посмотреть, что за птица спряталась под этим одеялом.
Прометей молча принял задачу. На основном экране всё ещё мерцали очертания. Силуэт вертолёта, укутанный в серый саван. Я переключил дрон на второстепенную задачу. Осмотреть местность, обнаружить следы жизни. Мутанты, люди и прочая нечисть. Нужно знать, с чем мы там столкнёмся.
Тут пришло сообщение от «Анализатора Материалов» про паутину.
ВНИМАНИЕ! Анализ завершён!
Идентифицирован биологический полимер: спидроин, мутантная форма.
Содержание аланина: 61% (норма: 30–40%). В гибких аморфных блоках обнаружены ковалентно связанные чужеродные кластеры. Предположительно, продукт мутагенеза.
Расчётная прочность на разрыв: 8,4–11,2 ГПа.
— Ох, ничего себе… — пробормотал я. — Прометей, ты это видишь? В семь раз прочнее обычного паучьего шёлка и в три раза прочнее кевлара.
— Вижу, Создатель. Данные впечатляют.
Клеевой состав на основе гликопротеинов с высоким содержанием маннозы и галактозы, стабилизирован ионами калия и натрия. Прогнозируемая адгезия к бетону 2,5 мегапаскаля. Короче, я не стал дёргать этот канат, и правильно. Но самое интересное обнаружилось в составе спидроина. Система сообщила:
Обнаружен неизвестный компонент: Мана-реактивный полипептидный комплекс (МРПК).
Описание: стабильная белковая структура, способная накапливать и проводить ману. При насыщении маной прочность и эластичность материала увеличиваются на 15–25%. Проявляет свойства метаматериала, изменяя конформацию белковых цепей под воздействием магических полей.
— Модуль не может проанализировать магию, но видит белки, отвечающие за работу с магией… Просто охренеть.
Я тут же попытался передать формулу в «Химический Синтезатор». Понимал, что фиг сработает, но вдруг? Магию не воспроизведёт, но саму структуру…
ОШИБКА! Синтез из базовых материалов невозможен!
Я вздохнул и потёр переносицу. Картина прояснилась. Я не смогу напечатать эту паутину. Не смогу её воссоздать. По крайней мере, не с теми ресурсами, которыми располагаю. Сейчас я могу только получать её из естественного источника. От восьминогой фабрики, которая тихо шуршит в углу, плетя себе новое гнездо.
— Прометей, у нас проблема и возможность. Одновременно.
— Я понимаю, Создатель. Мы имеем доступ к уникальному ресурсу, но не можем наладить его промышленное производство. Мы зависим от биологического объекта.
— Именно. И этот биологический объект не будет плести паутину по восемь часов в день по моему приказу. Нам нужен другой подход. Более… индустриальный.
Я снова посмотрел на Черничку. Идея зародилась в голове мгновенно, дерзкая и немного пугающая в своей циничности.
— У тебя в базе есть справочники по зоологии и биологии. Расскажи мне всё, что знаешь о паутинных железах пауков.
Прометей не заставил себя ждать, сразу же перешёл на лекторский тон:
— У высших пауков, таких как представители семейства Araneidae, к которым, предположительно, относится предок мутировавшего объекта «Черничка», имеется до семи типов паутинных желёз. Каждая производит свой тип шёлка. Основные: большие ампуловидные железы для каркасных нитей, малые ампуловидные для вспомогательных, грушевидные для клеевых дисков, ациниформные для обмотки добычи, и, что самое интересное, жгутиковидные и агрегатные железы, работающие в паре. Первая производит эластичную осевую нить, вторая покрывает её каплями клейкого секрета.
— То есть, липкость и прочность — это продукты разных желёз? — уточнил я.
— Совершенно верно. Паук — это многопрофильный химический комбинат. Он может производить сухие сверхпрочные тросы, эластичные клейкие сети и мягкий упаковочный материал, просто переключаясь между железами.
— Тогда первый вариант, — я начал рассуждать вслух, — обучить Черничку командам. «Команда А» — выдавать сухую нить. «Команда Б» — липкую. Мы строим станок с приёмной катушкой с тефлоновым покрытием, подводим к ней паучиху, даём команду, и она прядёт нам готовую нить.
— Это логичный и наименее инвазивный подход, — согласился Прометей. — Он потребует дрессировки со стороны объекта «Олеся» и создания соответствующего механизма. Вероятность успеха около 75%, но производительность будет ограничена физиологическим циклом и, возможно, настроением объекта «Черничка».
— Настроением, твою мать… Я не могу ставить производство необходимых комплектующих в зависимость от того, с той ли лапы сегодня встал гигантский паук. Мне нужен не готовый продукт, Прометей. Мне нужно сырьё. Жидкий спидроин и паутинный клей. В том виде, в котором я смогу залить их в свои принтеры и синтезаторы.
Я замолчал, переводя дух. Идея, созревшая в голове, наконец обрела форму.
— Мы не будем её дрессировать. Мы её… подключим.
Прометей молчал, его оптика горела ровным голубым
