Вернуть своё - Андрей Горин

И сейчас он внимательно слушал другого своего приближённого помощника, начальника Службы Безопасности, Филимонова Ивана Денисовича, человека опытного, бывшего полковника контрразведки Императорской Армии.

— Несмотря на то что всё выглядит как несчастный случай и барон Барановский утонул по пьяни в собственном бассейне на глазах развлекавших его шлюх, мы уверены, что это убийство, — докладывал Филимонов. — Следуя принципу «Cui prodest?», можно с уверенностью утверждать, что организатором убийства барона является граф Малышевский. Но доказать это совершенно невозможно.

— Но насколько я понял Пыжа, задумка была в другом. Начальник Особого Отдела Полиции Довлатов лично выехал в Малышеву, чтобы арестовать графа и посадить его камеру, где на него можно было оказать соответствующее давление.

— Всё верно. Но возникли некоторые нюансы. Этот мальчишка не так прост, как мы думали. Оказалось, что граф является высокопоставленным сотрудником Имперской Службы Безопасности и не подпадает под юрисдикцию Особого Отдела.

— Информация проверенная?

— Так точно. Я лично разговаривал с Начальником Управления по Екатеринбургской Губернии, полковником Морозовым. Он подтвердил принадлежность графа к их структуре. Причём конфиденциально проинформировал, что граф является человеком из ближнего окружения Константина Кропоткина и даже лично хорошо знаком с Главой Великого Дома Кропоткиных Князем Петром Алексеевичем, который к нему весьма благоволит.

— Ну мы и раньше знали, что этот граф и их новая Изумрудная Компания тесно связаны с семейством Кропоткиных.

— Знали, — подтвердил Филимонов. — Но не знали, что настолько тесно. Одно дело деловые и служебные связи, и совсем другое, предпринимать сомнительные действия в отношении человека из близкого круга Князя. Тут впору задуматься, стоит ли вообще лезть в эту мутную историю. Арон Моисеевич слишком любит деньги и замешан во многих мутных делишках. Но эта история стоит особняком, конфликт с Великим Домом Кропоткиных, вещь опасная.

— Шибко ты умный, однако, — проворчал Муравьёв. — Как будто я и сам не понимаю. Но у нас в Губернии не так много источников доходов. Кроме металлургических заводов и изумрудных приисков, крупных плательщиков в наш особый Фонд (Муравьёв подразумевал свой карман) нет. Прежние хозяева щедро нам платили за покровительство. А что теперь? Где деньги брать? У меня жена молодая, расходы будь здоров. Да и вы все, привыкли жить на широкую ногу, — Муравьёв говорил с Филимоновым откровенно, поскольку от давнего соратника тайн у него не было.

— Всё верно, — согласился Филимонов. — Но никакие деньги не стоят открытой вражды с Кропоткиными. Только тут такое дело, граф Малышевский вскоре вернётся в столицу, ему наши местные дела неинтересны. А Управляющий «Первой Изумрудной Компанией» Василий Кропоткин, человек разумный. Можно ведь и с новыми владельцами договориться о взаимовыгодном сотрудничестве, — намекнул Филимонов.

— Ладно. Пожалуй, никаких резких шагов пока предпринимать не будем, — подумав, согласился Муравьёв. — Ты, Иван, проработай тему сотрудничества с новыми хозяевами. Только аккуратно, без лишнего шума.

— Сделаем, — уверенно пообещал Филимонов, который Пыжа сильно не любил и решил, что раз Арон Моисеевич подставился, следует начать свою игру. Изумруды, слишком жирный кусок, и, кажется, настала пора потеснить хитрого еврея от кормушки.

Глава 17

Игра на противоречиях

Некоторые победы не зря называют Пирровыми. Успехи были. Мы прочно окопались на территории графства и заняли прииски. Нейтрализовали одного из членов коалиции и ликвидировали второго. Короче, мы молодцы, а они подлецы.

Но если оценить ситуацию глобально, то выглядело это всё, мягко говоря, не очень. Минусов было более чем достаточно.

Конечно, радовало, что после устранения Барановского атаки засадных групп на движущийся по единственной дороге транспорт прекратились, и снабжение городка наладилось. Да и активность засланных провокаторов, подбивающих народ в Малышеве на беспорядки, тоже редко спала.

Но это были локальные успехи.

Я ведь сюда не в войнушку играть приехал. Я уже больше месяца отсутствовал в Москве, где без меня всё начинало потихоньку сыпаться. Работа на приисках была остановлена, и неизвестно было, когда удастся возобновить добычу изумрудов. Да и вообще с экономической точки зрения затея уже не выглядела столь выгодной, как ранее. Даже если мы вскоре возобновим добычу драгоценных камней, то пока всё наладится и пойдут ощутимые доходы, времени пройдёт немало. Да и не столь уж значительные эти доходы обещались быть, по сравнению с теми возможностями, которые открывались у меня в Москве.

Не то чтобы я жалел, что ввязался в эту авантюру, поскольку выхода у меня не было. Дело было ведь не в деньгах, а в репутации. Если пойдёт молва, что новоявленный граф лох и его спокойно может нагибать и грабить кто угодно, то появится много желающих меня поиметь. А поскольку дела у меня в Москве и в зоне отчуждения за Провалом были серьёзные и иметь дело приходилось с серьёзными людьми, то приходилось соответствовать и поддерживать репутацию крутого парня. Это даже не вопрос престижа, а вопрос выживания. Покажешь слабость, сожрут.

Но и сидеть в Екатеринбурге ещё неизвестно сколько, я себе позволить тоже не мог. Иначе просто некуда будет возвращаться. Нужно было быстрее решать вопрос с местными мудаками.

Воевать было нельзя. Физически устранять оставшихся противников тоже было стрёмно с учётом того, что после показательного несчастного случая с бароном Барановским вокруг меня и так крутились господа из Особого Отдела. Поэтому стоило подумать об экономических методах воздействия на противника.

* * *

Настроение у барона Трифона Уварова было паршивым. Собственно говоря, он уже довольно продолжительное время находился в напряжённом состоянии. Его компаньоны ему и раньше не нравились, и на союз с ними его толкнула необходимость.

Семейство Уваровых больше ста лет занималось добычей и обработкой изумрудов. У них было всё необходимое для этого. Огромный опыт, отработанные за многие годы технологии, опытные инженеры и горные мастера, одна из лучших в Европе гранильных мастерских и высококлассные мастера, целые семейные династии, секреты огранки камней в которых передавались из поколения в поколения.

Не было у Уварова только одного, самих изумрудов. Шахты, находившиеся на территории его баронства, давно истощились, а других источников доходов в баронстве не было. Зато были долги, которые росли с каждым годом. Поэтому единственным выходом для него оказалось вступить в коалицию с людьми, которые ему не нравились, как и их методы. Только вот выхода другого не было.

Уваров в Компании отвечал за добычу и обработку изумрудов, от всех остальных дел, которыми крутили его компаньоны, он старался держаться подальше.

Планы по