похвалы барабашка пискнул, заметался по полу, по стенам, по потолку, пролетая сквозь стол, сквозь табуретки, на коих восседали учитель с учеником, сквозь прочую мебель, включая стоящую в углу замшелую плаху.
Старый колдун Ефрем Нехорошев с ехидцей наблюдал за всей этой суетой.
— Никак гордишься? — полюбопытствовал он не без ухмылки.
— А что не так? — не понял Глеб.
— Да так-то оно так… Мозги запудрил, склокожорку подпустил… Только вот надолго ли всего этого хватит?
— А не хватит — ещё раз вызовут, — резонно возразил ученик.
— Если успеют…
Портнягин встревожился. На критику в свой адрес он обычно реагировал болезненно. Смахнул с колена угнездившегося там Шутика, помрачнел.
— Думаешь, опять попробует?
— Да наверняка! На кого квартира записана?
— На него…
— Во-от… А жена и тёща — наследницы…
— Зачем тогда вызывали?
— А для отмазки. Не мы, дескать, его довели — наоборот, спасти пытались, колдуна приглашали… Эх ты, специалист по женскому полу!
Портнягин стиснул зубы. Слышать такое было обидно.
— Да-а, удружил ты этим бабёнкам, удружил… — продолжал зубоскалить старикан. — Ты прикинь, какая у них там теперь истерика! Всё ведь продумали, а тут ты… со своим хрустальным шаром… Зря вот только смык-траву в волыну засунуть не догадался. Так-то бы оно вернее…
Речь его была прервана сигналом Портнягинской мобилы.
— Говорите! — угрюмо приказал Глеб.
Далее мужественное его лицо несколько обмякло.
— Нет, — сдавленно сказал он в трубку. — Теперь вам только в ритуальные услуги…
После таких слов встрепенулся и Ефрем. Ухмылки — как не бывало.
— Что там?
— Тёща застрелилась, — сипло сообщил Глеб.
Учитель скорбно покивал реденькой бородёнкой.
— Это она с досады… — понимающе молвил он. Подумал и добавил: — А может, судьба у ней была такая…
— Так что ж выходит? Я, что ли, опять во всём виноват?
Старый колдун кряхтя поднялся с табуретки и, подойдя к питомцу, ободряюще потрепал по широкой ссутулившейся спине.
— Да не казнись ты, — утешил он. — Всех не убережёшь.
Март 2026
Волгоград