Короткий путь - Михаил Антонов

Я смотрел на него, и в памяти всплыло сражение в пустыне. Как я шёл от одного противника к другому. Как рубил эти конечности. Как сабля вгрызалась в плоть. Кровь. Зубцы на клинке.

Теперь лезвие было чистым. Словно ничего и не было.

Я перевёл взгляд на свой завтрак, но аппетит куда-то пропал. Мысли закружились, как штормовое море. Конечно, ко мне будут вопросы. Фархад, наверное, сейчас занят — разбирается с ранеными, докладывает Повелителю. Но когда он освободится, он примется за меня. И что я скажу?

Я продумывал варианты. Солгать? Сказать, что не помню? Что случилось что-то необъяснимое? Или придумать полуправду, оставив в секрете перстень? Но ложь — она всегда выдаёт себя. Особенно перед таким человеком, как Фархад.

Я взвешивал все за и против, и в конце концов решение пришло само собой. Скажу правду. Всё, как было. И про перстень, и про остановленное время. Фархад заслужил правду.

Рашид помог закрепить саблю на поясе, и я, уже собравшись, открыл портал прямо на террасе. Знакомая арка замерцала передо мной.

В это же время, в роскошном районе Багдашара, к дому с резными воротами и высокими окнами подошёл неприметный мужчина. На нём был простенький халат неопределённого серо-песочного цвета и такая же неброская чалма. Лицо — самое обычное, не запоминающееся, каких тысячи на улицах столицы. Но в походке, в том, как он поднял руку к дверному звонку, чувствовалась уверенность человека, привыкшего, чтобы его слушались.

Он дёрнул за шнурок. Где-то в глубине дома звякнул колокольчик.

Через минуту дверь приоткрылась, и на пороге появилась молодая служанка — миловидная, в скромном, но опрятном платье, с традиционно повязанным платком на голове.

— Доброе утро, господин. Вы к кому? Как вас представить?

Гость посмотрел на неё спокойно, без тени подобострастия.

— Скажи уважаемой госпоже Зульфие аль-Бахти, что старый знакомый просит уделить ему время. Имена называть не стоит — она меня узнает.

Голос его был негромким, но в нём чувствовалась такая уверенность, такая спокойная сила, что служанка, не задавая лишних вопросов, кивнула и провела гостя в комнату для приёмов.

Зульфия аль-Бахти появилась не сразу. Она вошла, грациозно ступая по мраморному полу в своих расшитых золотом туфельках. Она была красива той особой, восточной красотой, которая с годами становится только ярче — тёмные волосы, уложенные в сложную причёску, утончённые черты лица, большие, чуть раскосые глаза. На ней было утреннее платье из тонкого шёлка, подчёркивающее изящную фигуру. Лицо выражало надменное недовольство — утренний визит без предупреждения был нарушением этикета, и она собиралась это высказать.

Но едва взгляд её упал на гостя, лицо изменилось. Надменность исчезла, сменившись сначала удивлением, потом — чем-то похожим на страх. Она опустила глаза, склонила голову в поклоне.

— Господин... — голос её дрогнул. — Я не ждала вас.

— Обстоятельства, дорогая Элеонора, — гость говорил спокойно, даже вкрадчиво, но в этой вкрадчивости чувствовался холодный металл. — Присаживайтесь. Разговор будет долгим.

Зульфия опустилась на диван, сложив руки на коленях. Она ждала.

Гость прошёлся по комнате, разглядывая дорогую обстановку, резные шкафы с книгами, красочные ковры на стенах.

— Мне нужна ваша помощь, — наконец произнёс он, остановившись напротив неё. — Небольшая услуга, которая многое определит в вашей судьбе.

— Я слушаю, господин, — тихо ответила Зульфия.

— В столице появился молодой человек. Мастер Андрей. Вы должны помочь нам его... забрать.

Зульфия подняла глаза, и в них вспыхнул страх.

— Забрать? — переспросила она. — Похитить? Но это невозможно! Он — Луч Солнца Бездны, тайная магическая стража самого Повелителя! Похитить его — значит совершить преступление против Шахиншаха лично! Это оскорбление, которое не прощают. Нас найдут. Всех. Рано или поздно, но найдут и убьют.

Гость слушал, не перебивая. Когда она закончила, он усмехнулся — холодно, без тени веселья.

— У Шахиншаха Джалаладдина, — произнёс он с лёгкой, ядовитой усмешкой, — руки коротки. До Империи они не дотянутся. А мы, дорогая Элеонора, ждём вас дома. Вас встретят с почестями, обласкают вниманием и золотом. Вы вернётесь в Империю не просто вдовой чиновника, а героиней, выполнившей важнейшее поручение. Ваши заслуги будут отмечены лично теми, кто имеет власть. И ваше имя — настоящее имя, не выдуманное — снова зазвучит при дворе.

Зульфия молчала. Она понимала, что за обещанием всех этих благ скрывается угроза. Если она откажется, её ждёт смерть. Не завтра, не через неделю, но она придёт. Эти люди не прощают отказа.

— Я согласна, — голос её был чуть слышен. — Когда нужно приступать?

Гость расплылся в довольной, почти надменной улыбке.

— Вчера, дорогая. Похитить Луча нужно сегодня. Всё уже организовано.

Он протянул ей узкую шкатулку из тёмного дерева, инкрустированную перламутром. Такие шкатулки обычно использовали для роскошных драгоценных колье.

Зульфия открыла крышку. Внутри, на бархатной подложке, покоился стилет. Лезвие его было необычайно тонким — длинная, острая игла, отполированная до зеркального блеска. Рукоять — из чёрного металла, без единого украшения, но на ней едва заметно мерцали какие-то знаки.

— Это очень сложный артефакт, — пояснил гость. — Он блокирует способность мага манипулировать силой. Более того — способен преодолеть любой защитный барьер, любой стихии. Достаточно небольшого, неглубокого укола — и мага парализует. Как минимум на день он будет неспособен работать с силой.

Зульфия смотрела на стилет, и в её глазах застыл ужас.

— Объект постоянно посещает лавку «Артефакты Фардиса», — продолжал гость. — Вам нужно всего лишь заманить мастера Андрея за угол дома, где располагается лавка, и уколоть его этим артефактом. Верные люди уже будут там — подхватят его, поместят в ящик, погрузят на повозку. Оттуда — в порт, на лодке на дожидающийся торговый корабль. И дальше — в Империю.

Он сделал паузу, давая ей осмыслить услышанное.

— А сейчас, — голос его стал ещё холоднее, — вы должны собрать все ценности и имеющиеся деньги. Передадите их мне — я прослежу, чтобы они отправились на корабль вместе с вами. В Империи они вам пригодятся.

Зульфия поднялась, и в её глазах застыла решимость обречённого. Она позвонила в колокольчик, и в комнату вошла служанка.

— Срочно! — голос хозяйки звенел от напряжения. — Собрать всё золото, все драгоценности из шкатулок. У нас мало времени. Живо!

Служанка выбежала. В доме началась суета — слышались торопливые шаги, приглушённые команды,