Вечно голодный студент 8 - RedDetonator
Мельком выглянув из-за угла здания, я сразу понял, что нас уже давно ждут. На крышах дохрена боевиков и, как минимум, один КДшник, поэтому встреча будет горячей и запоминающейся.
— Что-то я очкую… — поделился Бубен.
— Да ты не очкуй! — ответил Фазан. — Я сто раз так делал!
— Не пиздел бы, а? — попросил его Бубен.
— Да я штурмовик! — возмущённо воскликнул Фазан. — Студик не даст соврать! Студик!
— Завалите все, — приказал я. — Ждём сигнала.
Группа Черепа должна добраться до исходной позиции и начать штурм, а уже потом, как бой завяжется, действовать будем мы.
— «Январь», «Утконос-1» на связи, — раздался голос Черепа из динамика рации. — На позиции.
— «Утконос-1», это «Январь» — приступайте, — приказал Ронин. — Конец связи.
Почти сразу же был открыт огонь из автоматов и пулемётов.
Я чуть-чуть выглянул из-за здания и зафиксировал, что боевики на крышах крепости всполошились и засуетились. Во дворе заревел мощный двигатель, а затем раздался характерный звук движения гусеничной техники. Похоже, что это танк поехал долбить группу Черепа.
— Что делаем? — спросил Фазан.
— Ждём, — ответил я. — Не кипишуйте — нормально всё будет.
Ашхабадские КДшники помалкивают, но я вижу, что они на нервяках, потому что для них это, скорее всего, первый в жизни штурм.
Градус накала боестолкновения на северо-востоке резко возрос, когда заработал крупнокалиберный пулемёт, а затем до нас начали доноситься взрывы.
— «Дюшес-1», говорит «Январь», — раздалось из рации. — Приступайте. Техника скоро будет.
— «Январь», «Дюшес-1» — принял, — ответил я. — Конец связи. Господа, за работу!
Фазан идёт первым, держа перед собой противопульный щит, весящий около 200 килограммов.
Часовые не стали тупить и открыли по нему огонь, как мы и планировали.
К Фазану присоединяются остальные и начинается перестрелка.
Я мчу впереди остальных, активно применяя рывки. «Бензобак» у меня наполовину полон, то есть, запасов гликогена хватит на один бой высокой интенсивности, поэтому я трачу калории щедро, чтобы схлопотать поменьше пуль.
По мне, всё же, попадают несколько раз, а затем я добираюсь до оптимальной позиции и прыжком перемахиваю через крепостную стену, ещё в прыжке поняв, что выбрал не тот момент.
Во дворе собрались местные боевики, грузящиеся в бронеавтомобили.
В падении выстреливаю в них из КС-23, снаряжённого «Сиренью-7», а затем приземляюсь, с ощущением боли в коленях, и выстреливаю вторую «Сирень-7» в открытую дверь бронеавтомобиля.
Начинает звучать болезненный многоголосый кашель, а я перехватываю «Печенег» и начинаю заливать пространство пулями.
+4 очка опыта
+3 очка опыта
+1 очко опыта
+8 очков опыта
По семечку, по зёрнышку…
Опыт дают далеко не за всех — я положил, как минимум, четырнадцать-пятнадцать человек, но вознаграждение получил лишь за четверых.
Когда стоящих на ногах не остаётся, разворачиваюсь, на ходу, срезаю очередью часового на стене, а затем выбиваю ногой засов на воротах.
Ворота открываются и во внутренний двор проникают члены штурмовой группы.
Из здания школы выбегают четверо боевиков и один КДшник, сразу же начавшие палить по нам из штурмовых винтовок и пулемёта.
Но у нас есть превосходство в огневой мощи, поэтому мы пересиливаем, укладываем всех пятерых и движемся дальше.
— Фу, кха-кха! — кашлянул Сергей.
— Противогаз надень, ёблик, блядь! — приказал я ему.
Все остальные уже надели, но он то ли забыл, то ли забил.
Врываемся в здание и начинаем зачистку помещений.
Я вижу почти всех, с помощью ЭМ-зрения, поэтому мы не тратим время на пустые комнаты.
Наконец, мы проходим здание насквозь и выходим на футбольную площадку.
Тут нас встречает крупный отряд КДшников, среди которых я вижу Отца-молодца — я узнал его по ЭМ-силуэту.
Перестрелка не начинается и мы останавливаемся друг напротив друга.
— Эй, куни!!! — крикнул я ему и поднял меч. — Выходи биться!
Двигаю мечом в призывном жесте — надеюсь, он понимает, что я зову его на поединок.
— Эй тике го, алан лет миконам! — прокричал Отец-молодец и вытащил из ножен саблю.
Выхожу вперёд, на футбольное поле, а Отец-молодец отвечает на вызов и начинает приближаться, размахивая саблей в хитровыебанных этюдах.
— Ха-ха! Куни! — рассмеявшись, сказал я. — Погнали, сука!
Глава третья
Наказание за слабость
*Исламская Республика Иран, остан Северный Хорасан , город Боджнурд, крепость Отца-молодца, 26 января 2028 года*
Фехтовальщик из Отца-молодца получился прямо-таки отличный — он ведёт с разгромным счётом попаданий, но толку от этих попаданий никакого.
Я сумел достать его лишь несколько раз, но и это не дало почти никакого эффекта, так как он тоже облачён в броню, пусть и не такую тяжёлую.
На нём полный кольчужный доспех, с головы до пят, поверх надеты тяжёлый бронежилет, кевларовые бронеэлементы на руках и ногах, высокий ворот для защиты шеи, а также противопульный шлем, усиленный стальными пластинами по периметру.
По лицу его видно, что чистокровный ариец — под густыми чёрными бровями расположены широкие глаза, сейчас искажённые в надменном взгляде охуевшего гондона, лицо округлое, скулы не выражены, носяра здоровенный, чисто арийский, хотя совсем не как во влажных фантазиях Алоизыча, но больше всего выделяется аккуратная и густая борода с усами.
Видно, что за его бородой тщательно ухаживают и систематически ровняют, с применением всяких увлажняющих лосьонов для блеска и здоровья — метросексуал, короче говоря.
Отражаю очередной удар саблей, выставив канализационный люк, вернее, трофейный щит, доставшийся мне в «наследство» от Плевальщика.
Отец-молодец далеко не дурак, поэтому отвёл саблю, избежав повреждения оружия о тупой металл, но за этим мувом сразу же последовал укол в забрало. Поликарбонату похуй на такие мелочи, поэтому я лишь усмехнулся и нанёс рубящий удар профовским мечом.
Профовский меч, кстати говоря, держится просто отлично — он пережил столько всего, но на нём остались лишь небольшие зазубринки, не особо угрожающие общей целостности лезвия.
Тут жизнь снова свела меня один на один с мыслью, что фехтовальщик и дуэлянт из меня получается очень дерьмовый, я не капитан Алатристе, это не испанская терция, да и вообще, Отец-молодец, судя по всему, всерьёз занимался боем с саблей…
Но это настоящее испытание — я могу погибнуть, если Отец-молодец найдёт уязвимые места в моей броне и сможет нанести мне хорошие рассечения.
Только вот он, судя по выражению его лица, развлекается — я не могу достать его,
