Господин следователь 13 - Евгений Васильевич Шалашов

Ученые медики

Все-таки, профессия историка сродни профессии следователя. И тот, и другой изучает факты, сопоставляет их между собой, отметает лишнее, делает выводы. Но историк, если он сделал неверный вывод (а какой вывод верен, все равно же никто не знает), ничем не рискует. В крайнем случае — прибежит пара-тройка коллег, начнут опровергать. И все при деле.

Следователю, у которого в руках жизнь и судьба человека, нужно быть предельно осторожным. Спешить не стоит, вот уже неделю копаюсь. Пришлось еще пачку бумаги прикупить — то, что Аня дала, вся закончилось. Скоро начну делать выписки из своих собственных выписок — все запутано.

Мне не дает покоя мысль — почему Мироновича сделали козлом отпущения? Сыскная полиция сразу же сделала вывод, что он убийца. Странно. То, что Миронович сластолюбец и негодяй, ростовщик, еще не делает его убийцей.

А дальше, еще страньше.

После того, как Екатерина Семенова дала признательные показания, подтвержденные иными доказательствами — вещами, украденными из ломбарда, и показаниями ее сожителя, Мироновича отпустили. А потом, спустя пару месяцев, его опять задержали и определили на Шпалерную. Ну, что за фигня-то такая?

Безак, сидючи в камере, вдруг сделал заявление о том, что Семенова на себя наговорила. Дескать, женщина и на самом деле собиралась воспользоваться наивностью Сарры Беккер, и что-нибудь украсть. И она пришла вечером к ссудной кассе на Невском, подошла к двери и увидела, как Миронович убивает девочку.

Отставной подполковник, увидев нежданную свидетельницу, дал ей золотые побрякушки, немного денег и попросил помалкивать о случившемся. Таким образом, Екатеринина не убийца, а свидетель.

Безак идиот? В первоначальной версии показаний, он говорил лишь о том, что знал, что медальон с портсигаром краденые, а про убийство ни сном, ни духом. Сокрытие улик, недоносительство о краже потянут, в общей сложности, годика на два, да и то, из-за большого общественного резонанса. В ином случае отделался бы парой месяцев — стоимость похищенного меньше 500 рублей. Да и сейчас, если бы стоял на своем — знал лишь о краже, об убийстве не ведал, от силы полгода, да не тюрьмы, а высылки. Ну да, грешен, жил за счет женщины-воровки. А недоносительство об убийстве, это уже другое, более серьезное. Каторгу не дадут, а что там, в приговоре? Ну да, по приговору Безак признан виновным в знании и недонесении об убийстве и в растрате и приговорен к четырехлетней ссылке. Ссылка — это полегче, но будет зависеть, куда сошлют. В деревню к родственникам, куда отправляют студентов и школяров — вряд ли. А вот Сибирь, или Пинега — похуже.

А если допустить, что у Михаила Безака какие-то личные счеты с Мироновичем? Решил — мол, и сам сяду, и тебя за собой утащу? Нелепо, на первый взгляд, но кто его знает? Сто раз себе говорил, что в этой жизни ничему удивляться нельзя, но все равно удивляюсь. До смерти Сарры они не были знакомы. Но это с их слов. А вдруг?

И у того, и у другого имеются общие детали в биографии. Оба когда-то служили в армии, потом в полиции.

Нет, здесь ничего совпадающего не отыскать. Да, служили, но Миронович был уволен с военной службы еще в 1859 году, а Безак подал в отставку в 1881-м. То есть, подполковник службу закончил раньше, нежели поручик на нее поступил.

В полиции тоже нет точек соприкосновения. Миронович вылетел из нее в 1871-м, а Безак прослужил всего ничего — полгода.

Ладно, предположим, что отставной поручик и на самом деле идиот, но почему следствие и прокурор сразу же вцепились в показания Безака?

И кто же убийца? Почему на суде «выпало» признание Семеновой? От того, что она психически неуравновешенная? И что с того? Мало ли сумасшедших совершали преступления, их судили, потом признавали невменяемыми и отправляли лечиться. Семенова, во время следствия, свои показания меняла раза три.

И «непонятки», касающиеся самого убийства. Кажется, врач Горский, во время вскрытия убедительно установил, что девочка умерла от удушья — сиречь, от асфиксии. А на процессе он заявил, что смерть могла наступить и от удара тупым и твердым предметом. Как я полагаю, на Горского надавил прокурор.

Итак, патологоанатом засомневался, и суд призвал в качестве эксперта профессора Военно-медицинской академии господина Сорокина. А тот, если судить по судебному отчету, устроил в зале суда настоящее представление — потребовал, чтобы принесли кресло, в котором нашли мертвую Сарру, едва ли не в лицах разыгрывал убийство, демонстрируя присяжным череп какого-то ребенка, с помощью этого черепа показывал, как Миронович затыкал жертве рот платком, бросал в кресло а потом убивал «узким тупогранным предметом».

В приговоре суда записано, что «Проф. Сорокин, для удобства изложения позволил себе сделать гипотезу, что убийство произошло случайно, при покушении на изнасилование, и подтвердил ее всеми наличными фактами т. е. анатомическими данными и обстановкой преступления».

Реконструкция принята за основу приговора, что убиение девочки произошло в состоянии запальчивости и раздражения? Ну, ничего не понимаю.

Я справлялся у своего ученого консультанта (у Анны Игнатьевны, если кто-то не догадался!) об эксперте. С ее слов, Иван Максимович Сорокин очень авторитетная фигура в медицине — профессор, автор научных трудов по токсикологии.

Токсиколог, не совсем то, ну да ладно. Медики у нас многогранные, все знают и все умеют. Но дело-то в том, что тела Беккер профессор не видел и свои умозаключения строил только на основании Протокола о вскрытии, который проводил Горский. А уж устраивать представления в зале суда? Лучше бы он подсказал — был ли нанесен удар, когда Сарра лежала в кресле или, ее ударили раньше, когда девочка стояла? То, что раневой канал будет разным — это даже я знаю.

Эх, ну почему я не получил это дело, как только произошло убийство? И мне бы еще нашего Федышинского, научными титулами не обремененного, но свое дело знающего так, как ни один столичный эксперт не знает.

Нет, определенно следует вытаскивать старика из Череповца, а потом подкатываться к отцу, чтобы тот Федышинского в Полицейскую академию брал. Патологоанатомы у нас есть, но судебной медицины, как таковой, еще нет. Нет, не совсем так. Судебная медицина есть, я по ней даже экзамен сдавал, пишутся научные статьи, но нет системы. Пусть хотя бы в Санкт-Петербурге создадут судебно-медицинские учреждения… ну, бюро, что ли назвать? Когда готовился к экзамену, брал у Михаила Терентьевича журнал, где как раз была лекция доктора Штольца по судебной гинекологии.

Стоп. А ведь в деле у нас имеется экспертное заключение…