Пробуди в себе художника. Методика интуитивной живописи для развития творческих способностей - Ольга Лоза
Три глаза означают буквально следующее: два глаза – физические, обычные наши глаза, которыми мы видим окружающий мир. Третий – глаз художника, он позволяет видеть вещь в ином, художественном преломлении. Именно это видение и проявляется в живописных работах.
Лицо имеет два рта: левый – черный, правый – красочный, с красным контуром и светло-зелеными «губами». Левая сторона в юнгианском анализе означает бессознательное, и левый рот – это голос бессознательного. Он неслышен для окружающих, но создает внутри некий оценочный фон. И эти оценки в основном негативны; впрочем, я не транслирую их окружающим. Правый рот, которым «говорит» сознательная часть ума, оглашает вполне приемлемые вещи, согласующиеся с социальным протоколом. Однако если приглядеться, то в светлом «рте» есть темные пятна, это те проявления бессознательного, которые прорываются в неконтролируемых интонациях и случайных оговорках. А в черном рте есть светлые пятна – голубые, что означает духовные, чистые проявления. Круговое движение, в которое заключено «лицо», это хоровод мыслей, аура, выходящая за пределы головы.
Такова личная интерпретация автора. И вы можете создавать свои толкования, пользуясь личными ассоциациями и методом амплификации.
Интуитивная маска
Персона – это маска, которую человек показывает миру. Она многое скрывает. Скрыв душу под удачными накладками и личинами, и мужчина, и женщина могут явить миру почти совершенную персону, почти совершенный фасад.
Кларисса Эстес, «Бегущая с волками»
Портрет и маска, с одной стороны, два очень близких понятия. Если мы обратимся к классическому портрету прежних эпох, то нам в первую очередь бросается в глаза поразительная «одинаковость» портретов, относящихся к одному временному промежутку.
Посмотрите на портреты эпохи барокко: напудренные парики, большой слой румян, и у мужчин, и у женщин. А уже в XIX веке весь этот «грим» неактуален: в моде красота «естественная» (мы пишем это слово в кавычках, потому что косметика, конечно же, присутствовала – просто это был, как выразились бы сейчас, «нюдовый» макияж). Но все равно: выражения лиц одинаковы, типажи похожи, позы одни и те же…
Штилер Йозеф Карл. Галерея красавиц [25]
Все эти портреты ничего не сообщают нам о людях, которые были на них изображены. Хорошо одетые, ухоженные аристократы, которые достаточно родовиты и состоятельны, чтобы заказать живописцу портрет для семейной галереи. Конечно, историкам моды интересно изучать по таким портретам исторический крой, силуэты, кружева и ткани. Но индивидуальности здесь ни на йоту: все это маски!
А вот портрет-маска нашего времени – коллективная инстагерл.
«Инстагерл». Нейросеть Шедеврум
И вот что интересно: сколько бы ни возмущались, сколько бы ни смеялись над подобными экспериментами с внешностью – женщины упорно продолжают накачивать губы, наращивать ресницы, рисовать брови, подтягивать и перетягивать лица. Все для того, чтобы точно соответствовать маске, которая доминирует в данный исторический момент.
Какие бывают маски?
Маска – это не только культурный феномен. Она – шире, она – архетип. То есть некий паттерн, изначально заложенный в человеке. И этот паттерн, эта форма наполняется самым разнообразным содержанием, в зависимости от того, кто ее наполняет. У разных людей возникают разные ассоциации. Так, большинство женщин при слове «маска» сразу же подумают о косметической маске.
Кто-то вспомнит маску Казановы, Венецию, карнавал, плащи и гондолы. Кто-то – африканские маски и, возможно, того же Пикассо, которых как раз этими масками и вдохновлялся. Тот, кто интересуется отечественной традиционной культурой, расскажет про славянские берестяные маски.
Но в любом случае маска будет ассоциироваться с какими-то особыми моментами, которые не очень связаны с нашей повседневной, обычной жизнью. Даже косметическая маска, которая хоть и может быть повседневной процедурой, все же накладывается в специально отведенное для этого время.
«Женщина в маске». Нейросеть Шедеврум
Но самое интересное в том, что маска – это наше обычное состояние. Мы все носим маски. Что, кстати, и не особо скрывается – нам же знакомо понятие имиджа? Уже давно продвигается идея важности имиджа, что для человека, что для огромной компании. Корпорации тратят на создание имиджа баснословные деньги: реклама, пиар-акции, спонсорство, благотворительность – все это направлено лишь на то, чтобы имя бренда в обществе ассоциировалось с чем-то полезным и позитивным. Да что корпорации; все мы платим за создание имиджа-маски. Модная одежда, смартфон, машина, путешествия, дом с современным ремонтом – разве это не элементы маски?
Даже сейчас, читая эти строки, вы находитесь в одной из своих привычных масок. Остановитесь и попытайтесь определить, в какой именно. Это очень просто. Задайте себе вопрос: «если бы меня кто-то увидел в эту минуту, каким бы я хотел перед ним предстать?»
Социальная маска. Персона
I wear a mask wherever I go
Capitano
Маска-имидж, которую мы демонстрируем миру, – это социальная маска. Юнг назвал ее Персоной. Мы создаем нашу Персону исключительно из тех качеств, какие желаем показать окружающим. То, как мы одеваемся, ведем себя, даже слова, которые мы подбираем: ведь не секрет, что в домашнем кругу мы можем употреблять выражения, которые постеснялись бы использовать, к примеру, на работе.
Считается, что особенно сильная Персона у женщин. Макияж, пластические операции, наращивание ресниц… Впрочем, и отсутствие макияжа и пластики – тоже часть Персоны. Женщины, которые принципиально не красятся, словно бросают обществу вызов: «Да, я такая, не считаю нужным скрываться за яркой помадой и черной тушью». Но это – позиция, то есть поза, то есть – маска. Чрезмерный акцент на внешности, что с одной, что с другой стороны, есть признак сильной Персоны.
Есть маски и у мужчин, хотя и не столь ярко выраженные. Маска делового человека или брутального мачо; маска «вечного мальчика»; маска бродяги и романтика; маска примерного семьянина; или вообще «скуфа», которому ничего не нужно, кроме дивана, телевизора и бутылки пива. (Кстати, о скуфах: этот термин, изначально имеющий пренебрежительный оттенок, со временем все больше и больше обретает положительные черты – он становится синонимом постоянства, верности, спокойного и непритязательного нрава.)
Все это – социальные маски. И если вы думаете, что они появились относительно недавно, то сильно ошибаетесь. Социальные маски существуют столько же, сколько существует общество.
Мы себя все считаем индивидуальностями, уникальными, неповторимыми личностями. Популярная психология, как может, пестует это мнение, поддерживая в нас иллюзию собственной исключительности. Но индивидуальная
