Александр Бушков - Сталин. Ледяной трон
Ознакомительная версия. Доступно 27 страниц из 177
Но инерция некогда запущенного хрущевцами процесса такова, что «разоблачения» до сих пор плодятся, как кролики. Передо мной лежит на столе свеженький пример: датированная прошлым годом книга, где «палач и развратник» уличается с помощью столь скрупулезных подробностей, что дух захватывает…
Нам даже поведали, каким именно образом Берия ловил кайф: он имел пристрастие возбуждать себя жаркими поцелуями женского тела с прикусыванием правой груди своей жертвы».
Поразительная осведомленность: именно правую грудь прикусывал, кобель!
Вот Берия учит очередную жертву, пардон, минету. Тут все его высказывания зафиксированы со стенографической точностью:
«Сделай губки буквой „О“. Умница. Не дергайся, привыкай. Ты очень прилежная ученица. Ой, как приятно!»
По логике событий, следует сделать вывод, что автор сего труда сидел в шкафу во время забав Берии с очередной жертвой, или, как минимум, знакомился с результатами прослушки. На худой конец, речь, быть может, идет о чисто художественном произведении? Авантюрном романе? Тем более что там и сям наш борзописец еще и мысли Берии цитирует обстоятельно: «Где, где зарыта собака? – спрашивал себя Лаврентий Павлович. – Кто нажаловался вождю народов? Как вернуть былое расположение Сталина к себе? А если припугнуть его новой организацией заговорщиков?»
Увы и ах! Автор сего опуса, генерал-майор Сульянов, заслуживший лампасные штаны не в войсках, а в качестве политработника у незабвенного Епишева, не к ночи будь помянут, то и дело подчеркивает, что не роман тискал, не беллетристику сочинял, а наворотил документальнейшее историческое исследование. Правда, сие «исследование», во-первых, битком набито откровенно смакуемыми сценами постельных подвигов Берии (при знакомстве с коими мой знакомый сексопатолог как-то странно хмыкал и заводил глаза к потолку), а во-вторых, нафаршировано, как я уже говорил, мыслями Берии, доказывающими его злодейскую натуру. К сожалению, наш политгенерал, в жизни с Берией не общавшийся, сохраняет упорное молчание касаемо того, каким чудом он проник в мысли умершего полсотни лет назад человека: то ли с инопланетянами контактирует и получил от них прибор для чтения мыслей покойников, то ли сам ночами в астрал выходит и толкует с духом Берии под развесистой чакрой. Тайна сия велика есть.
А в общем, этот минский отставной политрук, если подумать, не заслуживает ни осуждения, ни квалифицированного диагноза. Потому что представляет собой ничем не примечательное, среднестатистическое, я бы сказал, явление – еще один из множества горлопанов, повторяющих, как заигранная пластинка, превратившиеся в штампы обвинения.
Он не сам все это придумал. Его так учили. Полсотни лет назад партийная верхушка с Хрущевым во главе выплеснула в пространство поток той самой лютой, нечеловеческой, яростной злобы, обладавший такой энергией, что вслед за творцами мифа перепевать его начали и люди, сплошь и рядом не имевшие никакого отношения к КПСС, порой – форменные антикоммунисты.
Накал и лютость этой ненависти, как я уже говорил, – предельно странны. По всем законам логики, здравого рассудка, детективного расследования такая ненависть не рождается просто так. Должен был существовать какой-то весомейший мотив, заставлявший матерых партийцев даже многие годы спустя после смерти Берии, чуть ли не в падучей биться, чуть ли не перила лестничные зубами грызть при упоминании проклятого имени. Подобной беспричинной ненависти в человеческом обществе не бывает.
Должно же быть какое-то объяснение тому, что Берию, по сути, определили на то место, которое в большинстве религий занимает злой дух, демон, Сатана…
За что его могла так ненавидеть партийная верхушка?
За истребление «ленинской гвардии»?
Но уж они-то, красные вельможи, стоявшие в паре шагов от Ледяного Трона, должны были прекрасно знать, что девять десятых, если не больше, «ленинских гвардейцев» вырезал не кто иной, как Ежов?! На счету Берии – считанные имена, да и то главным образом не партийные сановники, а военные либо осколки прошлого, вроде левой эсерки Марии Спиридоновой, к которой люди вроде Хрущева с Молотовым и Микояном сами относились без всякой любви.
А меж тем, как легко убедиться, Ежова всегда ругали откровенно вяло. Дежурно. По ритуальной необходимости. Без малейшего выплеска эмоций. Скороговоркой.
Нет, не в истреблении «ленинской гвардии» дело, определенно не в нем…
Тогда?
Тот самый «заговор с целью захвата власти»?
Вообще-то ничего подобного за Берией не замечено, но ладно уж, примем на минуту как аксиому эту версию: Берия собирался захватить Ледяной Трон, и партийная верхушка на него за это невероятно остервенела…
Увы, и от нее очень быстро придется отказаться. История партийной верхушечной грызни неопровержимо доказывает, что само по себе стремление к перехвату власти смертным грехом, в общем, не считалось, жутких кар не влекло и лютой ненависти к провинившемуся, уж безусловно, не вызывало. Скорее уж к таким попыткам относились, как к делу житейскому. Как к пойманному на горячем великосветскому шулеру: от дома, конечно, отказывали, давали прислуге указание более не принимать, но в полицию не сдавали и заказное убийство не планировали.
Есть великолепные примеры. В 1957-м группа партийных бонз всерьез и открыто пыталась свалить Хрущева, снять с Первых секретарей: Молотов, Маленков, Каганович, Сабуров и, как шутили, человек с самой длинной фамилией «и примкнувший к ним Шепилов». Едва-едва не свалили, и дело провалилось только потому, что маршал Жуков припугнул заговорщиков своей нешуточной военной силой.
И – никого не то что не расстреляли, но даже не посадили. Исключили из партии, сняли со всех постов, но оставили на свободе, да не просто на свободе – сохранили номенклатурную «кормушку» в виде машин из гаража ЦК и продуктовых пайков.
Та же картина наблюдалась в первые годы правления Брежнева, когда его опять-таки всерьез (но уже не явно, а украдкой) начали валить шустрые, зубастые, нетерпеливые, амбициозные комсомольско-чекистские мальчики Семичастный и Шелепин. И по букве, и по духу – самый натуральный заговор, поскольку намеревались эти шустрые ребята спихнуть «стариков» и занять их места.
На сей раз даже из партии не исключали – всего-то навсего задвинули на малозначительные посты, где при всем желании никакого заговора уже не сварганишь.
Как видим, и намерение устроить внутрипартийный путч не влечет за собой особых репрессий и жгучей ненависти безусловно не возбуждает – наоборот, этакое снисходительное презрение к проигравшим.
Ознакомительная версия. Доступно 27 страниц из 177
