«Я буду бороться за священные права редакции». Переписка М. А. Алданова и М. М. Карповича. 1941–1957 - Коллектив авторов
Мы с Т. М. шлем Вам и Татьяне Николаевне самый сердечный привет.
Машинопись. Копия. BAR. Aldanov. Carbons 1.
№ 125. М. М. Карпович – М. О. Цетлину
14–III–45
Дорогой М. О.
Посылаю Вам статью Александровой, к<ото>рую она мне прислала[1]. Я ее прочел и одобрил. Предлагаю несколько стилистических изменений
Стр.<аница> 1. Не раскрыта ли анонимность «театра» в заглавии и первой фразою? «Русский театр во время войны» (или что-нибудь в этом роде) и «нет такой области искусства в России».
Стр.<аница> 2. Слово «подглядеть» производит здесь довольно странное впечатление. Зритель, смотрящий (хотя бы и с галерки) на <играющих?> для него актеров, едва ли «подглядывает». И вообще можно ли подглядывать кого-нибудь?
Стр.<аница> 5. Не знаю, склоняется ли фамилия «Вирта».
Кое-где я также изменил пунктуацию.
Всего лучшего.
Ваш М. Карпович
Автограф. Подлинник. BAR. Aldanov. To Mikhail Osipovich Tsetlin.
№ 126. М. М. Карпович – М. О. Цетлину
15‑го марта 1945 г.
Дорогой Михаил Осипович,
В дополнении (так. – С. П.) к нашему довольно беглому разговору хочу написать Вам о своих соображениях по поводу десятой книги. С М. А. мне тоже не удалось как следует поговорить, и потому письмо это обращено к Вам обоим.
Меня беспокоит положение со статьями, так как пока фактически у нас имеются только две статьи – Тимашева и Александровой. Выяснилось также, что для этой книги Шварц отпадает. Надо торопить Федотова, Николаевского, Чернова и Зензинова и надо снестись с Далиным насчет его статьи.
Как я Вам уже говорил, профессор Рашевский[1] согласился написать небольшой некролог В.<ладимира> И.<вановича> Вернадского[2]. Было бы очень хорошо, если бы Вы написали об Алексее Толстом[3]. Для следующей книги можно попросить Глеба Струве дать статью об эволюции его (Толстого) творчества.
Всего этого, я думаю, будет недостаточно. Я постараюсь написать о внешнеполитических вопросах (Ялта и после Ялты)[4], но теперь с остротой встал наш внутреннеполитический вопрос. Не высказаться по его поводу нам было бы трудно. Как я уже говорил Вам, мне кажется, надо просить Керенского написать статью на эту тему. Почему-то мне кажется, что он не откажется. Затем надо принять окончательное решение насчет Вишняка. Я получил от него большое письмо, в котором он энергично настаивает на своем и личном и политическом праве защищать «свою правду». Он повторяет свое предложение прислать письмо в редакцию, причем согласен на редакторское примечание вроде следующего: «Не желая лишать своего сотрудника права ответа на возражения, которые вызвала его статья в № 2 Нового журнала, редакция печатает нижеследующее письмо М. В. Вместе с тем она считает нужным подчеркнуть, что отнюдь не во всем согласна с содержанием ответа М. В.». В качестве «отступления на вторые позиции» М. В. «готов попробовать написать статью под заглавием „Великий соблазн“ (родиной), не называя имен, а полемизируя против алгебраических величин, в которых осведомленные, конечно, без труда признают и Милюкова, и Керенского, и Соловейчика, и других». Все это М. В. написал после получения письма от М. А., но еще до того, как узнал о парижском событии[5]. Воображаю, до какого градуса он сейчас накалился. О своих сомнениях в пользу М. В. я уже писал. Не скрою, что после «Парижа» они во мне усилились. Во всяком случае, нам надо дать Вишняку наш окончательный ответ. К сожалению, я до 1‑го апреля в Нью-Йорке не буду. Если считаете, что можно ждать до тех пор, то отложим вопрос до личного обсуждения.
Возвращаясь к статьям, у нас есть еще возможность получить вторую статью от Зака и поместить в сокращенном и переделанном виде статью Ясного[6] (или часть его статьи). Она очень интересна по материалу, но непомерно длинна и плохо написана. Если он согласится, нельзя ли поручить кому-нибудь ее переделку, например, В.<ладимиру> М.<ихайловичу> Зензинову?
Напоминаю Вам также, что Федотов-Уайт согласился написать рецензию о Далине и что я предлагаю попросить его рецензировать и Зензинова[7]. Если вы оба согласны, сообщите, и я ему напишу. Ему надо будет тогда послать книгу.
Всего лучшего.
Искренно Ваш М. Карпович
Машинопись. Подлинник. Бланк. BAR. Aldanov. To Mikhail Osipovich Tsetlin.
№ 127. М. А. Алданов – М. М. Карповичу
17 марта 1945
Дорогой Михаил Михайлович.
Мих. Ос. уже поправился и вернулся в Харгрэв, но он еще слаб и просил меня ответить на Ваше письмо.
Ваши поправки к статье Александровой, с которыми мы вполне согласны, внесены. Рукопись отправлена в типографию.
Мы, к большой нашей радости, получили письмо и три рассказа от Бунина. Первый, «Чистый понедельник», очень хорош. Длина: страниц 12–14. Одно неудобство: на мгновенье в рассказе появляется пьяный Качалов[1]. Ничего оскорбительного нет, но не совсем приятно. Не заменить ли буквами?[2] Надеюсь, Вы не рассердитесь, что мы послали «Чистый понедельник» прямо в типографию[3], – она как раз требовала материала, а «Истоки» были еще не совсем доделаны. Разумеется, набор будет Вам послан тотчас. Второй и третий рассказы «легкомысленны». Однако для десятой книги они нам и не нужны. Они очень невелики. Пошлем их Вам заказным: было бы очень неприятно, если бы они затерялись. Все – в жанре «Темных аллей», всё о том же[4].
Дело с Марком Вениаминовичем. Против письма в редакцию мы с М. О. не возражаем. Но с согласия, вероятно, М. Вен-ча Коварский отдал номер «Р.<усского> патриота» Вейнбауму[5], который поместит на днях статью Милюкова (в этих странных выдержках). Вейнбаум предложил М. В-чу ответить в «Н. Р. Слове». Одновременно я послал Вишняку эр-мэйл, что Вы предлагаете поместить его ответ в форме письма в редакцию и что М. О. и я с Вами согласны, так что от него самого зависит, где ответить: у нас или у Вейнбаума. Каюсь, мне особенно не хотелось печатать выдержки из статьи Павла Николаевича <Милюкова>. Полемике с ним Вишняка нам тоже радоваться не приходится, но Вы правы: в помещении письма в редакцию мы ему никак [морально] отказывать не вправе. В душе я надеюсь, что он предпочтет «Новое русское слово», так как десятая книга выйдет ведь не скоро.
Конечно, нам надо будет высказаться о маклаковской бомбе. Из письма Керенского я вынес впечатление, что он согласится дать нам статью об этом. Это не исключает редакционной статьи и даже делает ее желательной: Вашу или М. Ос-ча. Мы чрезвычайно рады тому, что Вы напишете о Ялте. «Великий соблазн» меня лично не соблазняет; кажется, Цетлина тоже не слишком. Но ведь и места для этого у нас уже нет. Правда, Шварц отпал, но появился Бунин и статьи о парижском событии. По той же причине, думаю, мы еще ничего не имеем возможности решить о статье Ясного.
Зензинову очень хотелось бы, чтобы об его книге написал Набоков, который от нее в восторге (как и я). Не спросите ли Вы Владимира Владимировича? Он любит Зензинова и, быть может, согласится доставить ему большую радость. Если же он откажется, то мы ничего не имеем против обращения к Федотову-Уайту, при условии, что и ему книга нравится.
Мы послали Маклакову телеграмму: «Во вье-з-ами бульверсе пар артикль Кобецки пюблие журналь рюсс Нью-Йорк. Прион экрир. Амитие[*]. Коновалов». Керенский чрезвычайно удручен действием 14 февраля (на самом деле: 12 февраля. – С. П.), но написал, что он
