Джонни Депп. Ты – то, что ты делаешь - Татьяна Борисовна Альбрехт
Ознакомительная версия. Доступно 8 страниц из 49
class="p1">– Как же так? Вы входите в киноэлиту, вот женились недавно на одной из первых красавиц Голливуда Эмбер Херд, неужели…– Вот именно, что «неужели»! Вы посмотрите на тех, кто сейчас гордо называется селебрити! Среди них же черт знает сколько людей, ставших знаменитыми непонятно почему. Какие-то светские девицы, которые бегают из одного ночного клуба в другой, вдруг становятся любимыми объектами таблоидов. Какие-то незначительные личности, не сыгравшие в своей жизни ничего стоящего, вдруг оборачиваются героями новостей. Раньше я знал: Бастер Китон – знаменитость, мой покойный друг Марлон Брандо – знаменитость… Мы в свое время организовали оркестр, который назвали «Голливудские вампиры». Вот эти нынешние ребята-селебрити гораздо больше достойны этого названия, чем наш оркестр. Наверное, они, эти вампиры, вполне счастливы, а я вот нет.
– Любого родителя делают счастливым его дети. Ваша дочь Лили-Роуз начала карьеру модели…
– Ох, не бередите рану. Рано ей еще, в неполных шестнадцать лет! Ей бы окрепнуть немножко… Я ей говорил, но кто теперь родителей слушается? Впрочем, мы тоже не слушались, и ничего, выжили…
– Российские зрители не очень хорошо ориентируются в гангстерской истории США – представьте своего героя в новой картине «Черная месса».
– В 2011 году ФБР радостно отрапортовало о поимке знаменитого бостонского гангстера Джимми Уайти Балджера, который прятался от правосудия тридцать лет. При этом не то чтобы скрывался, но и не очень активно подчеркивался тот факт, что Балджер, могущественный босс ирландской мафии, был не только братом сенатора штата Массачусетс, но и активным информатором того же ФБР. Правда, закладывал он не своих, а конкурентов из итальянской мафии, чье уничтожение ФБР гордо ставило себе в заслугу. Вот почему Уайти так долго прятался. Поймали его довольно случайно, в Калифорнии, когда он уже разменял девятый десяток.
– У вас реноме непревзойденного исполнителя вымышленных героев…
– Вымышленных? Вы хотите сказать, что Вилли Вонка, Безумного Шляпника и Джека Воробья не существует? Боже, как я заблуждался!
– Вы уже взрослый, пора узнать правду. А если серьезно: каково после такого количества придуманных героев играть реального человека?
– Нужно было держать себя в рамках. Я же люблю подурачиться на площадке! Что бы я был за актер, если бы не любил дурачиться? Тогда уж лучше в бухгалтеры идти! И вот эти роли, не говорю уже о тех, кого я перечислил, но и вполне земные – вроде Чарли Мордехая в одноименной картине или Уилла Кастера в «Превосходстве» – давали мне возможность быть эксцентричным, позволять себе некоторые вольности относительно сценария. А когда играешь реальную личность, то обязан следовать его характеру. Как вы, возможно, слышали, съемочную площадку «Крестного отца» посетила верхушка итальянской мафии, чтобы проследить, не снимает ли Коппола какой-нибудь порочащий их памфлет. К нам мафиози-ирландцы не приходили, но опасения, что они могут прийти, где-то здесь (стучит по голове) присутствовали.
– Вы встречались с Балджером?
– Хотел встретиться. Мы связались с его адвокатом, но Уайти, будучи уже в тюрьме, категорически отказал мне в аудиенции. Что, в общем, понятно: книга, на основе которой был написан сценарий, рисует его отнюдь не ангелом.
– Думаете, он ожидал, что ему почетную грамоту за его подвиги выпишут?
– Так ведь тут не все так просто. Что такое мафия: ирландская, итальянская или любая другая? Это прежде всего тесный круг: друзей юности, соседей, родственников. Они по выходным обедают вместе, они по вечерам в баре сидят, они друг у друга детей крестят. Ну это как любая компания. Только одна компания собирается, чтобы в бридж играть, а другая – чтобы убивать, отнимать деньги и распределять между своими. Поэтому свои – квартал, район, дом – считают главаря благородным кормильцем, родным и милым Джимми. Хотя, конечно, он бандит и убийца. Но сам себя он таким не считает.
– Как же вы решили сыграть такого неоднозначного персонажа?
– Для меня это было не очень трудно – я из очень простой семьи, и нравы у нас были соответствующие. Когда мне было лет восемь, мы перебрались из Кентукки во Флориду, и я появился в новой школе в простенькой одежонке, с жутким акцентом и тут же стал объектом школьных хулиганов: могли меня и иголкой уколоть, и за шиворот водички плеснуть, и подошвы у кроссовок клеем смазать… В общем, когда я пожаловался маме на это, она посоветовала мне в следующий раз взять близлежащий кирпич и без разговоров дать обидчику по голове.
– Дали?
– А срок давности уже вышел? (Смеется) Нет, лучше не буду признаваться, просто скажу, что с какого-то момента ко мне приставать перестали. И я вот это чувство кирпича в руке сохранил, оно помогло мне разобраться в психологии Балджера и придать ему какие-то человеческие черты. А остальное, конечно, заслуга режиссера и гримеров: постановщик фильма Скотт Купер рассказывал мне, как Уайти должен был вести себя в конкретной ситуации, а гримеры в течение ежедневных полутора часов превращали мое лицо в лицо Балджера. Кстати, его адвокат и еще пара свидетелей были потрясены моим сходством с ним, и не только физическим.
– Недавно вы сказали, что Скотт Купер возродил вашу карьеру. Странно было такое услышать от одного из самых знаменитых актеров Америки…
– Я такое сказал? И чего это мне взбрендилось… А-а-а! Вспомнил! Это я сказал потому, что после довольно долгого перерыва очень хотелось сыграть что-то другое, что-то приземленное, а то ведь все парю под небесами или с грибами разговариваю. Я постоянно боюсь увязнуть в штампах, потому что тогда мгновенно закончусь как актер.
– Ваши партнеры по фильму отзывались о вас в превосходных тонах…
– Спасибо им, конечно. Но без моих коллег я бы не справился, все они добавили свои краски. Это и Джоэл Эдгертон, филигранно сыгравший ближайшего дружка Уайти, и Бенедикт Кэмбербэтч, изобразивший брата Уайти, сенатора штата Массачусетс. А еще хочу выделить молодую, но очень одаренную актрису Дакоту Джонсон – она сыграла мать единственного сына Балджера.
– Хотели бы вы как-нибудь посмотреть «Черную мессу» с Балджером?
– Да, только было бы неплохо, чтобы его перед просмотром хорошенько обыскали, а потом, уже во время сеанса, между нами сидел полицейский. Моим детям пока еще нужен отец.
7. Не знаю, почему меня считают классным
«Grazia». 06.03.2018
В феврале 2018 Dior представил новую парфюмерную воду для мужчин «Sauvage Eau de Parfum». Лицом рекламной кампании стал Джонни Депп: актер не только снялся для постеров и ролика в образе одинокого странника, но и рассказал, почему именно эта кампания поможет его поклонникам увидеть его настоящего.
Кампания «Sauvage»
Ознакомительная версия. Доступно 8 страниц из 49
