Братья Строгановы: чувства и разум - Адель Ивановна Алексеева
– Вот бы тебе, Сергей Григорьевич, поехать туда. Деньги у тебя есть немереные, наука при тебе. Крым – это драгоценная шкатулка. Там богатейшая история, там тебе и карты в руки – веди раскопки, исследуй, какие народы, люди жили и творили на этой земле. Еще в мое время там находили в земле старинные амфоры, чаши и даже золотые вещи. А Историческое и Географическое общества и Академия наук – все они помогут тебе и людьми, и деньгами, и советом.
Более того, Долгорукий в тот же раз поведал Строганову историю, откуда появился русский жемчуг. То ли это легенда, то ли быль, но появился он в веке XII или XIII. Якобы на Руси текло столько мелких рек и речушек, столько ручейков, что вся она была, как бы серебряной сетью-паутиной, покрыта ими. А в реках тех водилось множество мелкой рыбешки. И под жабрами этих рыбешек стали находить жемчужинки – маленькие, не очень круглые, но настоящие.
– Так вот, – фантазировал Долгорукий, – эти жемчужинки стали вроде денег, разменной монетой. Конечно, граф, я только пересказываю, а вы возьмите сей факт в свою коллекцию!
У Строганова в его распрекрасной коллекции уже были отрывки из старинных летописей, редкие современные книги. Например, первая глава из поэмы Пушкина «Руслан и Людмила», изданная отдельно малым тиражом.
Однако самой драгоценной все же ему показалась мысль о Крыме – и он уже загорелся, уже мысль заработала, уже его было не остановить. Надо думать, как снарядить экспедицию, как ее организовать, кого пригласить в помощники, как сохранить найденное.
Они ходили на охоту в ближайших лесах, разговаривали. По вечерам садились возле камина и Иван Михайлович Долгорукий читал свои стихи. Мало того, у него была самодельная дудка, и периодически он вскакивал, кружился по комнате играя в эту дудку.
Вообще это был достойнейший человек своего времени. Как не сказать, что он сочинил небольшую поэму под названием «Авось», отражающую русский характер. Сказывали, что когда Пушкин узнал об этом, он заметил: «Кабы этого не было уже написано, я бы непременно сочинил свой “Авось”!» И не только в названии дело, дело в том, что стихи Долгорукого как бы предшествовали пушкинскому стилю. То есть они были просты, мелодичны. Вот, к примеру, пара строф:
С чего ж начать свою мне оду,
Покамест жар мой не простыл?
Чтобы попасть мне с нею в моду,
Чтоб все кричали: как он мил!
С чего?.. Иль тот, кто мил безмерно,
На вкусы всех потрафил верно?
Нет, также чаю на авось.
Авось! Что лучше сей обновки?
Твои я стану петь уловки.
Как все же кстати ты пришлось!
О слово милое, простое!
Тебя в стихах я восхвалю!
Словцо ты русское прямое,
Тебя всем сердцем я люблю!
Без важных вычур, но прекрасно!
Ты кратко всякому и ясно
Свой вес почувствовать даешь.
Куда с копытом конь тащится,
Обоих в путь един ведешь.
В конце, когда гость и хозяин прощались, князь и дал идею своему старшему другу:
– Крым – это настоящий ларец с драгоценностями. Климат как в Ницце, лечит чахотку, земля родит несколько урожаев в год, а северная часть Таврия – какие там богатства! Через те земли какие только народы не проходили. Вот поле для всех, кто увлекается археологией. Слыхал я, что вы небезразличны к археологии, не так ли? Она сейчас становится очень популярной и интересной.
Глава 36. Археология – любимый предмет Сергея Строганова
В 1830–1840-х годах увлечение археологией в России достигло небывалой силы – организовывались экспедиции из студентов, преподавателей, всех, кто увлекался археологией. Они уезжали на восток, где уже было обнаружено «сарматское золото», а потом и на юг – в южных частях Малороссии, в Приазовье и Новороссии были обнаружены захоронения скифов – раскопки велись в курганах. Один из курганов стал любимым местом для Сергея Григорьевича, он бывал там неоднократно. У сарматов находили в основном женские украшения, луки, пояса, кольца, браслеты, и даже было мнение, что там некогда обитали амазонки.
Из книги «Знаменитые россияне XVIII–XIX веков»:
«Окончив курс в Институте путей сообщения, С. Г. Строганов поступил в военную службу; в 1811 г. он получил первый офицерский чин, в 1812 г. участвовал в Отечественной войне, с 1813 по 1815 г. в Заграничных походах; он принимал также участие в турецкой войне 1828 г. И наконец, в Севастопольской кампании. Военный мундир он носил до конца дней своих и умер в чине генерала от кавалерии и в звании генерал-адъютанта, но имя его принадлежит не столько военной истории, сколько истории русского просвещения. На этом поприще деятельность его началась с 1826 г. В качестве члена Комитета устройства учебных заведений. В работах Комитета он принимал энергичное участие. Всего лучше свой серьезный интерес делом просвещения, административные способности, независимость и вместе с тем тактичность граф С. Г. Строганов выказал на посту попечителя Московского учебного округа, который он занял после недолговременного исполнения обязанностей военного губернатора в Риге и Минске. Время управления Строганова Московским учебным округом и старейшим в империи университетом (1835–1847) составило в истории последнего эпоху, именуемую “строгановским временем”. Правда, ко времени вступления Строганова в управление округом университет уже доживал “архаический” период своего существования: в студенческой среде закипала новая жизнь, на кафедрах появлялись профессора, отмеченные истинным дарованием, но тем более ума, такта и независимости требовалось по тем временам от попечителя. Граф Строганов умел находить, поощрять и поддерживать таланты: Бодянский, Буслаев, Грановский, Кавелин, Кудрявцев, Соловьев… вот университетские профессора “строгановского времени”… Понимание Строгановым необходимости высшего образования сказалось и в его резком ответе министру на предложение последнего ограничить доступ в университеты лицам низших сословий. Близко принимая к сердцу нужды просвещения, Строганов пробовал бороться и с цензурными стеснениями. Заботы Строганова об укреплении высшего образования шли у него рука об руку с принятием мер к улучшению гимназий и низшей школы: он составил “Положение о городских начальных училищах в Москве”. Несогласия с министром Уваровым побудили Строганова оставить пост попечителя. В эпоху графа Д. А. Толстого граф Строганов был сторонником его реформ и между прочим энергично поддерживал принцип разделения средней школы на реальную и классическую. Исчерпывая служебный формуляр графа Строганова, упомянем, что он был около полугода (1859 и 1860 гг.) московским генерал-губернатором, а с половины 1860 г. до кончины наследника цесаревича
