Три сыщика и послание из преисподней - Кари Эрлхофф
После чего, Первый детектив подобрал на складе несколько рабочих старых керосиновых ламп и расставил их по комнатам. Таким образом, у них хотя бы в доме горел свет, когда стемнело. Юпитер взял упаковку шоколадных батончиков из кухонного шкафа и пошёл в свою комнату. Он сел на кровать и откусил от первого батончика. Так больше продолжаться не могло, ему нужно было что-то делать!
Ещё один день с угрозами и бедами от Мориарти он бы не выдержал – и тётя Матильда уж точно нет! Загадку нужно было разгадать, и человека, который стоял за этим кошмаром, нужно было арестовать! Юпитер злился на себя. Мориарти играл с ним! Он изматывал его, день за днём всё больше и больше! Юпитер снова потянулся к упаковке.
После двенадцати шоколадных батончиков у Юпитера не возникло ни единого озарения, зато ему стало очень плохо. Первый детектив лёг между пустыми обёртками от шоколада на свою кровать. Так плохо ему уже давно не было! Он вспомнил историю, в которой Шерлок Холмс лежал в своей квартире на Бейкер-стрит, больной, практически при смерти. Добрый Ватсон думал, что Холмс умрёт. Юпитер надеялся, что тётя Матильда не зайдёт к нему. Она ещё и из-за него начнёт волноваться. Вероятно, сейчас она сидела в свете одной из керосиновых ламп на кухне и пыталась что-то поесть.
Одна только мысль о еде заставила Юпитера скрючиться от боли, втянув со свистом воздух. Ему не нужно было есть столько шоколадных батончиков, но он находился на грани истощения и не смог удержаться. Юпитер лег на бок, подтянув к животу колени и в конце концов его одолел сон.
Спутанные обрывки снов проносились у него в голове. Он разговаривал с Шерлоком Холмсом и рассказывал ему о Чарльзе Огастусе Милвертоне. Лесли внезапно появилась в дверях и сказала, что займёт место Питера в их агентстве...
Заиграла тревожная музыка, и Юпитер увидел самого себя со стороны, как он объясняет куску рулета с малиной, что на самом деле во всем виноват шантажист. И у него был реальный прототип – как и у Чарльза Огастуса Милвертона.
В этот момент Первый детектив вскрикнул и резко проснулся. Он чувствовал себя почти так же плохо, как и раньше. Зато дурной сон с рулетом-шантажистом с малиной подсказал ему идею. Медленно, держась за живот, он встал. Взял коробок со спичками, который приготовил ещё днём, и зажёг керосиновую лампу. Покопался в своём рюкзаке, разыскивая копии работ профессора Хитклиффа. Пять минут спустя он нашёл то, что искал: информацию о рассказе «Конец Чарльза Огастуса Милвертона». Юпитер просмотрел текст до места, где описывалось, как сэр Артур Конан Дойл создал образ Милвертона, основываясь на реально существующем шантажисте. Торговец произведениями искусства Чарльз Огастус Хоуэлл послужил прототипом для Милвертона Дойла. Как и в случае с литературным персонажем, реальный Хоуэлл также был вымогателем.
Довольный собой, Юпитер положил копии на пол. Лестер Прайс написал: «Правильное имя – это программа!». Это означало только одно - настоящее имя Чарльза Огастуса Милвертона. Тот, кто хорошо знаком с произведениями сэра Артура Конан Дойля, должен знать, что настоящее имя персонажа Милвертона — «Хоуэлл». Теперь Юпитеру оставалось только найти Хоуэлла на Игл-стрит. Юпитера ужасно раздражало, что он не мог прямо сейчас поискать его в интернете – даже если бы в штабе было электричество. Он, конечно, проверил компьютер на шпионские программы, но вполне возможно, что Мориарти и в этом их переиграл. Получить же доступ к компьютеру в штабе из дома было невозможно. Оставался только один выход: Юпитеру придется снова вылезти в окно...
Глава 9 Человек с шрамом
После того, как Юпитер скорее уж скатился, чем слез с дерева, он пошатываясь и потирая оцарапанный бок направился к забору. Никогда больше он не съест ничего шоколадного! Думал он про себя. И никакой тыквенной диеты!
Прохладный ночной воздух, к его удивлению, пошёл ему на пользу. Юпитер почувствовал, как к нему постепенно возвращаются силы. В этот раз он свернул не налево, к «Судаку», а направо, в сторону Холдвелл-Хилл. Он быстро пересёк участок, с остатками фундамента старого дома. Его снесли несколько лет назад. За грудой мусора был сарай, гниющий и скособоченный. И в этом сарае Юпитер устроил тайник.
Добрался до полуразрушенного здания достал из кармана ключ. Замок на двери он поставил сам. Первый детектив оглянулся. Никого не было видно. Затем он открыл дверь. Она тихо заскрипела.
Юпитер усмехнулся. Здесь, среди старых граблей, сломанной газонокосилки покрытых пылью и паутиной, стоял мотоцикл. Юпитер купил его подержанным и вместе со своим кузеном Тайем Кэсси отремонтировал. Но тётя Матильда запретила ему даже приближаться к нему, пока Юпитер не достигнет совершеннолетия. Хотя у Юпитера уже были права на вождение мотоцикла, она боялась, что с ним что-нибудь случится. Обычно он прислушивался к запретам тёти и дяди, на этот раз Тай убедил его всё же оставить у себя мотоцикл. В конце концов, ни чего незаконного в этом не было. Тай сказал тёте Матильде, что заберёт мотоцикл на время, пока Юпитер не сможет самостоятельно ездить на нем. И они спрятал его в сарай. Время от времени Юпитер в тайне пользовался им, но за последние несколько недель он к нему даже не приближался. Поэтому вполне возможно, что Мориарти ничего не знал о существовании мотоцикла. А если он не знал, о нем, то он не мог установить на него маячок.
- Спасибо, Тай! — прошептал Юпитер с благодарностью, выкатывая мотоцикл из сарая.
***
Первый детектив припарковал свой мотоцикл перед небольшим интернет-кафе в Ист-Лос-Анджелесе, которое работало круглосуточно. Зелёной машины преследователей нигде не было видно. Если шпионы Мориарти следили за ним, то они делали это куда более умело, чем утром. Но Юпитер был уверен, что на этот раз они не заметили, как он покинул склад. Юпитер оплатил компьютер на четверть часа и открыл в поисковике «Белые страницы».
- Быстрее! — подгонял он компьютер. Наконец, появилась страница с результатами поиска. - Вот это да! - Юпитер облегчённо вздохнул. Он нашёл его. - Эдвард Хоуэлл, 199 Игл-стрит, Лос-Анджелес.
От
