Я — ярость - Делайла Доусон

Ознакомительная версия. Доступно 24 страниц из 157

своих рук. Она ничем не популярна, ничего не достигла. Она не так уж хорошо печет, не из тех мам, которые играют активную роль в родительском комитете. Она не увлекалась ни живописью, ни садоводством, не писала книги и не вышивала. Глядя на свою жизнь, она даже не может сказать, чем занималась в свободное время.

В основном переживала обо всем.

Но что принесло ей известность?

Ничего.

Она не женщина, а просто картонка.

Челси косится на Эми, и та улыбается ей, как мама, у которой ребенок не может вспомнить названия цветов, — но он та-а-ак близок к разгадке.

— Девица из Флориды, — тихонько подсказывает Эми.

Челси хочется провалиться под землю.

Девица из Флориды.

Это был локальный мем из интернета, который, благодаря законодательству штата Флорида в сфере свободы слова и информации, держался на плаву очень долго. Парень из Флориды: ездит по дорогам верхом на тигре, голый и нанюхавшийся наркоты. Девица из Флориды: до смерти забивает клоуна в «Бургер Кинге».

И да, Челси теперь очередная Девица из Флориды, по крайней мере со вчерашнего дня. Сегодня она еще не заглядывала в телефон, потому что, по правде сказать, это даже не ее телефон — он принадлежит Джорджу, и тот обрубил обслуживание. Ее телефон остался в минивэне. Сейчас он, скорее всего, в специальном пакетике, в хранилище для улик.

На секунду она задается вопросом: что там насчет других Девиц из Флориды? Они понимали, что творят, когда были под наркотой — или в приступе Ярости? Челси совершила нечто такое, что ей несвойственно. Она никогда никому не хотела причинить боль (ну кроме Дэвида, конечно). Джинни была ее подругой. И это неправильно — превращать ее историю в очередную байку про Девицу из Флориды, ведь у нее не было выбора.

Но увы, это не в ее власти.

Она уже Девица из Флориды.

Вопрос в том, сможет ли она принять это?

Сможет ли сыграть растрепанную безумную дикарку, которая… что, избивает людей селфи-палкой?

Что ж, если это поможет ей вернуться к дочерям — так тому и быть.

— Хорошо. Девица из Флориды. Но я не буду выезжать на ринг топлес и на спине крокодила.

Все снова смеются, а Арлин кивает.

— Поняла. Никакой обнаженки, все ясно. Харлан считает, что твой костюм должен походить на ту одежду, в которой ты была по описанию из новостей. — Она поднимает руку. — И да, они, возможно, все переврали, так что дай мне минутку. Обрезанные шорты… футболка, заляпанная кровью. Ковбойские сапоги?

— На мне были вот эти самые шлепанцы. — Челси указывает на ноги.

— Очевидно, это самый флоридский вариант, но ведь не можешь же ты в них драться.

— При всем уважении, мэм, я видел, как из людей выбивали дерьмо такими вот тапками, — замечает кто-то из новичков.

Арлин кивает.

— Правда. Но ты не можешь прыгать по рингу в шлепанцах. По соображениям безопасности нам нужна закрытая обувь.

Челси смотрит на себя. На ней все еще тот самый наряд, который только что описала Арлин. Надо бы спросить, есть ли у кого-нибудь запасная одежда, или, может быть, можно позаимствовать где-нибудь — но она чересчур горда. Никогда Челси не умела просить о помощи. Материнское воспитание вложило в нее мысль, что только слабаки нуждаются в помощи и только дураки помогают им. Свои проблемы ты решаешь сам, ты работаешь только на себя. Да, сейчас Патрисия — как избалованная кошка, холеная и сытая, позабывшая об охоте, но когда-то она была пантерой. Первые пять лет жизни мать была для Челси героем, кумиром, вообще всем. С тех пор от той Пэтти осталась только мантра: свои проблемы ты решаешь сам. И точка.

Но у Челси ничего нет, и ей нужна помощь, и ее просят прямо сейчас придумать персонажа, как будто это урок актерского мастерства в колледже, в который она никогда не ходила, копнуть поглубже, вместо бессмысленного переживания худшего момента ее жизни, который стерся из памяти… это просто чересчур. У нее щиплет в глазах.

— Челси, ты в порядке? — Арлин склоняется вперед, глядя на нее очень сосредоточенно и осторожно.

— Я просто… — Челси неловко всхлипывает и замолкает. Она не может позволить себе расплакаться здесь. Даже нос вытереть не может. Но и в трейлере тоже не поплачешь: там всегда кто-то есть, и койки так близко, что слышен даже шорох одеял, не говоря уже о сдавленных рыданиях.

— Тебе это не по душе, эта история с Девицей из Флориды?

— Ну конечно, мне это не нравится, — огрызается Челси. — Мне стыдно!

— Почему?

Челси одаривает Арлин таким взглядом, будто считает ее идиоткой. Арлин смотрит на Челси как рыбак, который знает, что рыбка точно клюнет.

— Потому что Девица из Флориды — набитая дура и наркоманка.

— Что еще?

Челси фыркает.

— Дура под кайфом — это само по себе уже стремно.

— А еще она, как правило, уродливая и нищая. Она из тех женщин, которые обижают детей и животных, у нее нет ни сочувствия, ни самоконтроля. Все это может сильно ударить по тебе, если позволишь.

Челси снова всхлипывает и, поскольку прятаться больше некуда, переламывается пополам, уткнувшись лицом в стол, а затем накрывает голову руками. Рыдания обрушиваются неудержимо, как ураган.

Да, именно такой она себя и чувствует. Она из тех женщин, которые обижают животных и своих подруг.

Она не знает, можно ли чувствовать себя хуже, если ты кого-то убил, и что-то в самом механизме Ярости мешает ей по-настоящему ощутить, что она убийца. Должно быть больше вины, должны быть наказание и ненависть, и все-таки… ее ведь там не было, не было на самом деле, когда это случилось. Это была не она. Но именно ей пришлось столкнуться с последствиями. Кажется, как будто способность к эмпатии резко выключилась и осталось только ощущение, что чего-то важного, чего-то человеческого внутри… не хватает. Ярость лишает тебя возможности что-то контролировать. И да, конечно, Челси не ощущает себя красивой прямо сейчас, в грязной вчерашней одежде и ношеном белье, вся покрытая кровью, помывшись дешевым шампунем

Ознакомительная версия. Доступно 24 страниц из 157