Чародей смерти - Винсент Клиш
Хотя бы немного.
Вдруг он вздрогнул.
В памяти вспыхнуло одно из тех мгновений, которые он называл демонами.
Таких мгновений в его жизни было много.
Бабушка однажды сказала: у каждого человека есть свои демоны. Они сидят в голове и ждут случая. Иногда достаточно пустяка — слова, звука, случайного предмета — чтобы они ударили внезапно, как электрический разряд, и вернули человека в самые тёмные глубины памяти.
Тогда бабушка ещё была в здравом уме.
Руфус глубоко вдохнул и принялся искать глазами что-нибудь в комнате, за что можно зацепиться взглядом. Это помогало.
Гримёрка была заставлена картинами, старинными лампами и тяжёлой мебелью. У стены стоял серый диван — почтенный и совершенно негодный. Пружины уже вылезали наружу; ни один артист, кому доставалась эта комната, не решался на него сесть.
Размышляя об этом, Руфус вдруг заметил, что демон исчез.
Так же внезапно, как появился.
Запах театрального грима действовал успокаивающе. С каждым вдохом тревога слабела.
Скоро он снова станет магом.
И сможет забыть отвратительного человека в зеркале.
Хотя бы на несколько минут.
Он сделал глоток воды — ничего другого Руфус не пил — и поднялся. Как всегда, превозмогая боль.
После Дафны выступать предстояло ему.
Когда он, слегка прихрамывая, направился к сцене, его вдруг снова передёрнуло.
Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»
ГЛАВА 11
Вернувшись в LKA, Керн занялся самым прозаическим, но необходимым делом — распределением работы.
Его группа состояла из восьми сотрудников. Нескольких отправили по барам из списка, который оставила Сильвия Брюске. Было вполне возможно, что жертва встретила убийцу именно в одном из этих заведений.
Кроме того, следовало исключить неприятную, но обязательную версию: убийство мог совершить подражатель.
Тем временем эксперты продолжали работу со следами из квартиры. Однако надежд это направление почти не внушало. Как Фукс и предполагала, преступник там, по-видимому, не появлялся.
Версия о том, что у Висо̀чника есть нарушение походки, тоже оказалась непростой. Получить медицинские данные пациентов из клиник — задача почти безнадёжная. А сведения о характере увечья были слишком расплывчаты.
Да и начинать поиск было непонятно где.
— Ну что, нравится она тебе? — спросил Деннис, когда они остались одни.
Накануне вечером Керн собственноручно очистил кабинет от последствий своего эксперимента с арбузами. Уборщики довели дело до конца: стол и пол больше не липли.
— Кто? — спросил Керн.
— Только не делай вид, будто не понимаешь. Наша баварочка. Очень даже ничего. И как она это своё «р-р-р» раскатывает…
Керн слегка нахмурился.
— Сомневаюсь, что фрау Фукс прислали сюда в качестве украшения коллектива.
— Ты что, не видел, как она на тебя смотрела? И эта фраза — мол, мужчину на всю жизнь найти трудно…
Деннис вытащил из бумажника купюру и торжественно положил её на стол.
— Ставлю десять евро: ты ей нравишься.
Керн знал манеру коллеги говорить всё, что приходит в голову.
— Даже если и так, — пожал он плечами.
Он подошёл к окну и без особой цели посмотрел на Темпельхофер-Дамм.
— Да знаю я, Натали, — продолжал Деннис. — Но дело не в этом. Фукс на тебя запала, это точно.
Керн вернулся к столу и взял список задач.
— Сравни личные данные жертвы с данными остальных, — сказал он. — Может быть, найдётся что-то общее, чего мы пока не заметили.
Деннис широко улыбнулся и сделал жест, которым обычно отмечал страйк в боулинге.
— Значит, она тебе всё-таки нравится!
— А что на это скажет Сузи? — спросил Керн. — На то, как ты рассматриваешь наших коллег?
Деннис радостно хлопнул в ладоши.
— Тебе есть что скрывать!
— С чего ты взял? — Керн уже начал раздражаться.
Деннис взял папку с документами.
— Потому что ты уводишь разговор в сторону. Психология допроса, первый курс.
С этими словами он развернулся и вышел.
Деннис был ещё молод. Его открытая, беспечная манера временами раздражала Керна, но в целом ему нравилась. Правда, именно из-за этой манеры начальнику не раз приходилось одёргивать подчинённого.
Однажды она стоила Деннису половины уха.
И лишь несколько сантиметров отделяли тогда эту историю от куда более серьёзных последствий.
Зато у парня было то, что нельзя приобрести никакими курсами.
Он умел сочувствовать.
Правда, пользоваться этим даром ещё не научился.
Телефон зазвонил. Внутренняя линия.
— Не могли бы вы зайти в аналитическую комнату? — спросила Фукс. — Я хотела бы кое-что обсудить.
Керну показалось, что она при этом улыбается.
Он посмотрел на купюру в десять евро, оставленную Деннисом на столе. Взял её, собираясь убрать в карман… но передумал.
— Буду через две минуты, — сказал он.
Трубка легла на место.
Купюра тоже.
Пари я ещё не выиграл.
Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»
ГЛАВА 12
— Случается ли вам порой слышать голос, который шепчет: «Ступай. Поищи конец радуги. Забудь хоть на миг свою унылую жизнь»?
Мадам стояла за опущенным занавесом и говорила в микрофон под тихую, печальную музыку. Немногочисленные зрители ждали на старых театральных креслах, когда бархатная завеса поднимется и начнётся представление.
— Прислушайтесь внимательнее — и вы узнаете этот голос. Это голос ребёнка. Того самого, что поныне живёт в каждом из нас. Он зовёт вас прочь от скучной рутины — туда, где смеются, танцуют, поют и удивляются. Ну так как же? Пойдёте ли вы за этим зовом?
Музыка оборвалась. Полумрак в зрительном зале погас окончательно, занавес пополз вверх, и луч прожектора выхватил из темноты силуэт Мадам.
Когда в театре установилась та особенная тишина, какая бывает только перед началом плохого или великого спектакля, она произнесла:
— Тогда вы пришли по адресу, друзья мои. Или, как говорим мы: Mes Amis!
Это было условным знаком.
Свет вспыхнул разом, во всю силу, и сцена заиграла всеми цветами. Теперь уже нельзя было заметить, как облезло и обветшало это театральное хозяйство, не видавшее кисти лет пятнадцать. Из колонок зазвучала песня конферансье из мюзикла Cabaret — ею Мадам открывала свои вечера ещё в те времена, когда слово «варьете» произносилось без оттенка сожаления.
Открытие было старо до неприличия.
Впрочем, и сам театр — тоже.
Зал опять пустовал. Зрителей набралось человек сорок, не более. Но Мадам играла так, словно свободных мест не осталось вовсе. Она всегда так играла. Некоторые привычки переживают и успех, и здравый смысл.
Платье на ней было сшито искусно, однако годы не щадят ни людей, ни материи. Кружево местами расползлось, блёстки потускнели. Сам театр выглядел примерно
