Грибная неделя - Анна Викторовна Дашевская

– Пойду и я, – обронила наша звезда. – Ринатик, так уж и быть, можешь составить мне компанию!

– Так ты завтра пойдёшь за грибами? – спросил вслед ей Серебряков.

– Да ну-у, по лесу шататься… Не хочу!

Снова захлопнулась дверь, снова скрипнула лестница.

– Один из них утоп, и их осталось восемь… – пробормотал курьер Олег.

– Типун тебе на язык! – воскликнула Тамара. – Короче, дорогие мои: кто идёт, тот идёт. Лично я – да, и с большим удовольствием. Во сколько?

– Думаю, нет смысла бежать ранним утром, как грибники любят, – ответил Алексей. – Конкурентов тут не будет, места довольно глухие. В восемь? В полдевятого? В девять?

– В девять, – согласились оставшиеся один за другим.

***

Почему-то после ужина никто не остался в гостиной, а ведь пока мы ели, кто-то разжёг здесь камин.

То есть, почему «кто-то»? Местный смотритель, Иван Павлович. Я на него посмотрела внимательно, как и на Лидию Дмитриевну, повариху, его жену – они зачем-то накручивают себе возраст. По первому впечатлению обоим за пятьдесят, а если присмотреться – прислушаться, так ведь ему лет сорок пять, ей и того меньше. Впрочем… кто знает, какие компании сюда заезжают? И чего они захотят от обслуживающего персонала? А так что ж, взятки гладки, люди немолодые, лишнего не потребуешь…

Я села в кресло возле камина, пока никто его не занял, откинулась на спинку и стала думать. Для начала – о действующих лицах. Зацепила моё подсознание цитата из считалочки про негритят, помянутая Олегом. А ну как и ещё кого-то из коллег не досчитаемся наутро?

Ну ладно, ладно, это у меня воображение разыгралось чрезмерно. Но ведь отвернуться от реальности невозможно, если смерть Таманцева не была случайной, значит, это убийство. А убийцей может быть только кто-то из нас, из тех, кто сейчас допивает чай на кухне или валяется в своей комнате. Смотритель с женой подали ужин и ушли в свой отдельный дом, а со стороны кто-то прийти не мог. Через лес, ночью, сквозь запертые ворота и дверь? Да и зачем было бы преодолевать такое количество препятствий, если завтра Таманцев повёл бы всех в лес? Нет, убийцей может быть только кто-то свой.

Четырнадцать человек приехали вчера в этот уютный, красивый, с любовью построенный деревянный дом. Сели вместе за ужин, пили за здоровье Андрея Таманцева, веселились. А наутро нас осталось тринадцать, и один из нас убийца.

Бр-р-р…

Что же, рассмотрим каждого. Себя я исключаю из скорбного списка, поскольку точно знаю, что не убивала Андрея, и даже мысленно ни разу не пожелала ему скорого конца. Может, он и не был идеальным, но мне никогда ничего плохого не сделал.

Новоиспечённая вдова, Ирина. Женаты они довольно давно, лет пять точно. Я её знала мало, домами мы не дружили, а в «Садах Эдема» Ирина появлялась редко, только на праздновании дня рождения Таманцева и на новогоднем корпоративе. Кажется, ещё несколько раз заезжала за ним, когда он почему-то был без машины. Почему-то мне кажется, что большой любви в этом браке не было. Как-то пару лет назад я была вечером в ресторане, и в зале заметила Андрея с дамой. Вовсе не с Ириной, как можно догадаться. Наверняка и другие звоночки были, просто никого не интересовало чужое грязное бельё.

Что до самой Ирины… Я же слышала её разговор с оперативником. Холодный, без капли эмоций, завершившийся сообщением о том, что мадам желает участвовать в шахматном турнире.

С другой стороны, разбудил нас всех её крик и плач. И если это было представление, то я готова съесть завтра первый найденный мухомор!

Нет, пока что, как бы ни была вдова для меня малосимпатична, в списке подозреваемых она отодвигается с первой строки. Пока.

Поехали дальше.

Алексей Серебряков, художник. Давнишний приятель Андрея, чуть ли не со школы. На мой вкус, художник неплохой, краски его любят. Кстати, помнится, когда Таманцев решил взять его в штат, главбух наш, Галина Петровна, резко выступала против. Даже расчёты приносила, что расходы будут большими, а отдачи никакой, и вообще можно обойтись. На мой взгляд, наша Галина Петровна тогда была неправа. Серебряков полезен, особенно при больших заказах, когда надо всё сделать в едином стиле, и при этом не свалиться ни в купеческий «шик», ни в холодный минимализм.

Однако дьявол прячется в деталях, и два старинных приятеля могли знать друг о друге столько всякого!..

Вот именно: могли и наверняка знали. Но все это не было срочным, не было вопросом жизни и смерти, требующим немедленного решения.

Так что же, убираем с первого места и Серебрякова?

Нет, я неправильно подошла. Пока неизвестно, как именно умер Андрей Таманцев, глупо гадать, кто мог его убить. В него же не кинжал воткнули и не выстрелили, что требует непосредственного присутствия. Он упал с верхней ступеньки крутой лестницы, и это единственное, что я знаю точно. Следующий вопрос – почему упал, и тут уже начинаются вариации.

Закружилась голова. Бывает – выпил за ужином, ночью резко поднялся с кровати, падение давления, и как следствие – обморок.

Другой вариант – закружилась голова не сама по себе, а от того, что кто-то добрый добавил в еду волшебный препарат. Тот самый, пузырёк от которого так мило подбросили мне в сумку.

В английских детективах то и дело кто-нибудь падает с лестницы оттого, что верхняя ступенька была намазана чем-то скользким, как вариант – доброжелатель натянул леску. Что-то в этом роде криминалисты обсуждали, зря я, что ли, подслушивала?

Но ведь можно было и попросту толкнуть в спину… Кто-то ведь пробежал по коридору! А это было до того, как я вышла и увидела тело, или после? Я пыталась заснуть, услышала скрип ступеньки, потом лёгкие шаги. Потом захотела пить, вышла и…

Точно. Могли столкнуть.

Я представила себе, как подкрадываюсь на цыпочках к мужчине весом под центнер, регулярно посещающему тренажёрку, толкаю его в спину и… Н-да, не с моим цыплячьим весом такие штуки проделывать!

И тут я вспомнила одну несообразность, которую ночью полусонный мозг отметил, но не осознал: на площадке между двумя крыльями лестницы стояла швабра. Самая обыкновенная – деревянная палка с поперечиной. А утром её там уже не было. И вот этой самой шваброй можно было толкнуть уже сильно…

– О чём ты так глубоко задумалась?

Голос Тамары над моим ухом прозвучал столь неожиданно, что я аж подпрыгнула. Посмотрела на подругу хмуро, чего она не заметила. Придвинула к камину ещё одно кресло, уселась и