Лондонский матч - Лен Дейтон
– И сколько же членов там будет?
– Я назову их, – сказал ГД. – Может быть, кого-нибудь назовут и в офисе кабинета министров. Он осмотрел всех сидящих за столом, пока его взгляд не остановился на мне.
– Вы выглядите очень сурово, молодой человек. У вас есть комментарии?
Я посмотрел на Дики. Если он успел сказать своей жене, что Брет скрытый агент КГБ, то Дики не встанет и ничего не скажет. Дики не смотрел в мою сторону, проявив неожиданный интерес к самому ГД.
– Мне это не нравится, – сказал я.
– Почему? – живо перебил меня Фрэнк, который был рад любому выпаду в адрес старика.
– Они найдут какую-нибудь проклятую штуку, чтобы использовать против нас, – сказал я.
Не было необходимости уточнять, кто именно. Все и так хорошо понимали, что я не имел в виду Москву.
– У них всегда много разного рода штук, чтобы использовать их против нас, – хмыкнул ГД. – Но теперь время компромиссов. И мне не хотелось бы видеть нас в состоянии прямого конфликта с ними.
– Мне это все-таки тоже не нравится, – повторил я.
ГД кивнул:
– Ни одному из присутствующих это не нравится, – сказал он мягким дружественным тоном. – Но у нас нет выбора. – Он покачал головой так, что затряслись щеки. – Никому здесь это не нравится.
Он был не совсем прав. За его поднятым стаканом минеральной воды «Перрье» был виден Морган, который буквально наслаждался всем происходящим. Он прыгнул из офисных мальчиков в руководство департамента без обычной в таких случаях двадцатилетней практики. И то, что Морган будет руководить департаментом, было только вопросом времени.
Глава 20
– Неженатые мужчины – это лучшие друзья, лучшие хозяева и лучшие слуги, – изрекла Тесса Косински, моя кузина.
Она снимала проволоку с пробки, чтобы открыть бутылку шампанского. Оберегая свои длинные накрашенные ногти, Тесса медленно сдирала золотую фольгу.
– Только не встряхивай бутылку, а то все выльется наружу, – сказал я.
Она улыбнулась, передала мне бутылку и спросила:
– Кто это сказал? Может быть, Джордж?
– Нет, глупенькая, это Френсис Бэкон. Почему ты всегда думаешь, что я уж такой невежественный? Может быть, у меня не было столь блестящей карьеры в Оксфорде, как у Фионы, но я вовсе не круглый дурак.
У нее были роскошные волосы, будто она только что от парикмахера, на ней было розовое платье с открытыми плечами, золотое ожерелье и часы, сверкающие бриллиантами. Она ждала Джорджа, который должен был вот-вот вернуться домой, а потом они собирались в театр, откуда шли на прием к греческому магнату-судовладельцу. Это был их стиль жизни.
– Я знаю, что ты так не думаешь, Тесса. Вот Джордж мог бы сказать что-нибудь подобное.
Она умела быть великолепной, когда хотела этого. Она знала, что я намерен поговорить с ней о ее приятелях, и ловко избегала этого. А шампанское нелегко откупорить по всем правилам. Я повернул пробку и, хотя только что предупреждал об этом Тессу, не удержался и встряхнул бутылку, чтобы облегчить задачу. Шампанское открылось с громким хлопком.
– Когда мы переехали сюда, Джордж стал настоящим фанатиком, – сказала она.
Она смотрела, как я наливаю шампанское, и ничего не сказала, когда я пролил несколько капель на полированный стол.
– А как мог повлиять на него переезд? – спросил я и поставил бутылку обратно в серебряное ведерко.
– Мы теперь живем очень близко от церкви. Месса каждое утро, без перерывов. Дорогой, разве это не утомительно?
– Я не привык вмешиваться в религиозные дела других.
– Но он подружился с епископом. Ты же знаешь, какой Джордж сноб и как он легко поддается на лесть.
– А откуда ты знаешь?
– Знаю, знаю. – Она улыбнулась. – Я и сама иногда льщу Джорджу. Я знаю, что он очень хорошо разбирается в бизнесе, и всегда говорю ему об этом.
– А что плохого в том, что он подружился с епископом? – спросил я.
– Да ничего. Просто старый плут сидит и пьет лучший бренди Джорджа и обсуждает с ним нюансы теологии.
– Это еще не значит, что он стал фанатиком.
– Но епископ говорит, что Джордж должен стать таким, чтобы постараться компенсировать грехи двух его дядьев.
– А я думал, что они оба у него священники.
– Епископ знает об этом, он просто шутит, дорогой. Ты иногда так же медленно соображаешь, как бедный старый Джордж.
– А мне кажется, что Джордж хороший муж, – сказал я, готовя почву для разговора о ее неверности.
– Я тоже так думаю. Он просто чудесный.
Она встала и обвела рукой комнату, в которой мы сидели.
– Посмотри, что он сделал из этой квартиры. Когда мы первый раз приехали ее посмотреть, это была развалина. Почти всю мебель отбирал Джордж. Он любит ходить на аукционы и делает хорошие покупки. Я только выбирала некоторые ткани и ковры.
– И вы добились потрясающего результата, Тесса, – сказал я.
Диваны кремового цвета и неяркие ковры резко контрастировали с зарослями тропических растений, которые заполняли дальний угол у окна. Светильники на потолке излучали розовый свет, заливающий комнату и не дающий теней. Все выглядело очень дорогим и в то же время строгим. И этого никак нельзя было ожидать от Джорджа, разодетого миллионера из лондонских кокни. Квартира была прекрасна и сияла, как разворот из журнала «Дом и сад». И при всем этом в ней недоставало жизни. Я жил в комнатах, которые носили отпечаток присутствия двух детей – пластиковые игрушки в ванной, разные башмаки в прихожей, пятна на ковре и царапины на стенах. Это просто трагедия, что у Джорджа и Тессы не было детей. Джордж так страстно хотел быть отцом, а Тесса просто обожала моих двух детей. Но вместо этого у них был спокойный респектабельный дом в престижном районе Лондона, в Мэйфэре. И я не уверен, что каждый из них был ему предан.
– Налей мне еще, – сказала Тесса.
У нее была нелепая идея, что шампанское – единственный алкогольный напиток, от которого она не толстеет. В некоторых вещах она была как малое дитя, и, хотя Джорджу нравились не все ее привычки, он прощал ей эти забавные вещи, потому что сам был виноват во всем том, что ему не нравилось в Тессе, сам создал это раздражительное существо.
Я не собирался задерживаться.
– Но Джордж будет с минуты на минуту. Он звонил из мастерской, сказал, что выезжает.
Я взял бутылку марочного «Боллинджера» из массивного серебряного ведерка и налил нам обоим.
– С автомобилем все в порядке?
– Да, спасибо.
– Джордж обязательно спросит меня, понравился ли тебе автомобиль. Он очень
