Недоброе имя - Павел Алексеевич Астахов

– Я поузнаю, что смогу, – пообещал Говоров. – Аккуратно пошуршу, чтобы внимания не привлекать. Все, чем смогу, Костя. Рад был тебя видеть, а сейчас, прости, дела.

Таганцев сердечно распрощался с Говоровым и вернулся на работу. Из разговора с полковником юстиции он вынес твердое убеждение, что тот знает гораздо больше, чем говорит. И ради этого открытия стоило вернуться домой не на машине, а на метро. Причем Костя был внутренне убежден, что это открытие не последнее.

* * *

Петр Шкуратов сидел за столом в своем кабинете и выполнял дневную норму работы, распределяя новости по времени, в которое они должны появиться в канале. Это было удобно – отложенные новости. Петру они напоминали бомбу с часовым механизмом. Заложишь с утра взрывчатку, скрупулезно соблюдая все необходимые правила осторожности, а взорвется она спустя три часа, или пять, или семь, когда ты сам будешь уже в совершенно другом месте заниматься другим делом.

В планах Петра сегодня значился ужин в местном пабе. Он ездил туда два раза в неделю, и в этой повседневной рутинности для него заключался высший смысл. Он на свободе, он в Великобритании, ему ничего не грозит, он может заниматься привычным делом и получать за это неплохие деньги. Будущее представлялось если не прекрасным, то вполне сносным.

Сегодняшнее задание включало в себя два поста. Один на основе реального инсайда, который принес ему его таинственный то ли партнер, то ли покровитель. В самое ближайшее время ФСБ должна была задержать сотрудника генеральной прокуратуры за взятку в один миллион долларов.

Лежащая перед Шкуратовым рабочая информация носила гриф «Совершенно секретно» и гласила, что в поле зрения оперативников Федеральной службы безопасности попал сотрудник Главного управления кадров Генпрокуратуры РФ Михаил Бакулев, служащий в управлении служебных проверок и профилактики коррупционных и иных правонарушений. По версии следствия, он пытался повлиять на ход одного из уголовных дел, оставив подозреваемого в совершении тяжкого преступления на свободе за внушительную взятку.

В переговоры с прокурором вступил адвокат обвиняемого, имеющий связи в правоохранительных органах. Позже подследственный усомнился в возможностях Бакулева, а потому сам обратился в контрразведку, рассказав об обстоятельствах дела. В результате адвокат был задержан, активно сотрудничал со следствием в обмен на освобождение от уголовной ответственности, что совершенно законно в силу примечаний к статье УК РФ о взяточничестве.

Как результат, передача Бакулеву денег, помеченных специальным раствором, назначена на сегодня. Прокурора, пойманного с поличным, планировали задержать и отвезти в СИЗО. И именно эту сенсацию и надлежало опубликовать в канале «НКВД-КГБ» в течение ближайшего часа, пока задержание еще не стало реальностью, но уже после того, как состоится сама операция. Срывать ее ни Шкуратов, ни его патрон не собирались.

Петр ждал отмашки на то, чтобы опубликовать материал именно в тот момент, когда состоится передача меченых денег. Текст он уже написал и сейчас шлифовал неровности, чтобы пост получился отточенным, кратким, но хлестким, как он умел. По предоставленной ему информации, Михаил Бакулев начинал работать следователем в Смоленске, затем какое-то время служил специалистом-экспертом в Главном управлении военной полиции Минобороны, а после перешел в межрайонную прокуратуру Москвы. Пять лет назад его повысили, переведя в Центральный аппарат надзорного ведомства.

Сейчас Бакулеву вменяли в вину не получение взятки в особо крупном размере, а посредничество в ее передаче тому лицу, которое и вело дело против предложившего взятку бизнесмена. Правда, и это преступление относится к категории особо тяжких. За него Уголовным кодексом предусмотрено лишение свободы на срок от семи до двенадцати лет со штрафом в размере до семидесятикратной суммы взятки.

Шкуратов уже изрядно поднаторел в юридических тонкостях, а потому был уверен, что, согласно сложившейся практике, суды при таком обвинении, учитывая наличие связей у фигуранта в силовых ведомствах и опыта расследований, отправят Бакулева в СИЗО. Пикантности делу добавляло то обстоятельство, что у Бакулева имелась жена, работающая также в силовых структурах. Маргарита Бакулева являлась сотрудником Центрального аппарата Следственного комитета России, правда, в данный момент находилась в отпуске по уходу за ребенком.

Телефон пискнул, принеся ожидаемое сообщение. Оно пришло в том самом закрытом телеграм-чате, в котором Шкуратов и его патрон регулярно общались. Петр не просто не знал, кто этот человек. Даже имя его оставалось для него тайной. В переписке они использовали кодовые имена, так постановил патрон. Шкуратов был Шкурой, сгодилось его сначала школьное, а потом армейское прозвище, прилипшее к нему, как настоящая шкура. Так и преследовало по жизни.

Он же называл патрона Кит, что было сокращением от имени Кристофер. Так звали главного героя в известной компьютерной игре. Он был единственным выжившим в кровавом хоррор-квесте, его поступки на протяжении всей игры влияли на ее финал, и, в зависимости от решений игрока, он мог проявлять как эгоизм, так и альтруизм. С самого начала их отношений Кристофер объяснил свое имя именно так и велел звать его Китом, а Петр и не спорил. Ему-то какая разница.

В последнее время Петр все больше тяготился наличием патрона. Когда-то оказанная ему услуга казалась ему давно уже отработанной. А эксклюзивные новости регулярно поставлялись и из других налаженных источников. Шкуратов бы даже сказал, что-то действительно стоящее как раз поступало от Кита нечасто. По части выискивания жертв для шантажа с ним мало кто мог сравниться. Но вот все остальное, составляющее тело канала, его плоть и кровь и удерживающее читательскую аудиторию, как правило, Шкуратов добывал сам.

Да, в последнее время Кит был ему не нужен. Избавиться от него было просто – удалить чат, по которому они общались, и все. Ни места жительства Шкуратова, ни номера его телефона Кит не знал. Так что нет ничего проще, чем заблокировать пользователя в «телеге». Но идти на такие экстраординарные меры Петр опасался. Кто именно прячется под именем Кит, он не знал, а действовать вслепую не хотелось. Если это кто-то из «конторы», то неприятностей не оберешься. Эти и за границей достанут. Если захотят. Так что лучше отдавать оговоренный процент и не рыпаться. Как известно, велено делиться.

Прочитав сообщение, дающее отмашку на публикацию новости про Бакулева, Шкуратов одной кнопкой отправил уже готовый пост в телеграм-канал и широко улыбнулся, представляя реакцию большей части своей миллионной аудитории. Людей хлебом не корми, дай прочитать про какой-нибудь скандал, раскрывающий чужое несовершенство.

Человечество в массе своей вообще несовершенно. У каждого есть грехи или хотя бы грешки. Человек слаб и не может устоять перед искушением. Особенно если это искушение большими деньгами. Миллион долларов – достаточная сумма, чтобы