Олег Новоселов - Женщина. Учебник для мужчин. 3-е издание.
Ознакомительная версия. Доступно 22 страниц из 146
Это эффективно, но только пока человек не увидел, что вблизи нет полицейского и не почувствовал безнаказанность. Когда вблизи нет угрозы – инстинкт самосохранения отключается. Чтобы он не отключался, в сбалансированных социумах угроза неотвратимого наказания исходит также и от всемогущего всевидящего бога. Есть другой путь подавить врожденный поведенческий элемент. Воспитание примером. Пока ребенок маленький, он впитывает и записывает информацию на уровне подкорки. Упал – больно, значит нужно учиться держаться на ногах. Взял без разрешения конфету – мама наказала, значит брать без разрешения нельзя. И все остальные взрослые с ней согласны. Формируется подсознательная неприемлемость кражи. Третий, новаторский путь предложил два тысячелетия назад Иисус из Назарета. Подавить животные эгоистичные инстинкты с помощью более молодого человеческого альтруистичного инстинкта заботы о соплеменнике – «любовь к ближнему» («Возлюби ближнего как самого себя»). То есть создать дополнительный психологический барьер. В самом деле, красть у того, кого любишь – как-то противоестественно. Тому, кого любишь, хочется наоборот, что-нибудь подарить. Этот метод оказался настолько эффективен, что привел к появлению и последующему расцвету христианской цивилизации. Поистине гениальная идея.
Пока люди жили в стаде, а инстинкты полностью соответствовали их бытию, никакой необходимости в воспитании не было вовсе. Например, кража или грабеж были нормой жизни, как и во всем животном мире. Вожак брал добычи и самок сколько хотел. Другие сильные самцы – тоже не голодали, отбирая добычу у слабых. А слабые – кому до них какое дело, это расходный материал эволюции, корм для тигров. Подавлять инстинкты, то есть воспитывать, было абсолютно бессмысленно и вредно. Детей воспитывала и обучала сама жизнь.
Как только появилось эффективное оружие, сразу же возникла острая необходимость в нейтрализации инстинктов, действие которых могло привести к вооруженным конфликтам внутри племени. Возникла система табу. Нельзя убивать соплеменников. Нельзя брать чужое. Нельзя прикасаться к чужой женщине. Нельзя спорить с шаманом и стариками. Иначе тебе отрубят руку, голову, ослепят, кастрируют, изгонят из племени, и т.п. Кроме того, Бог Грома покарает своей огненной стрелой, а духи предков не пустят на достойное место в своей иерархии после смерти. А что может быть страшнее для древнего высокопримативного человека, чем вечное необратимое положение низкорангового в иерархии? Самая страшная кара! Кроме того, по мере развития материальной культуры и технологий возникла необходимость в обучении мальчиков. А это значит, что они должны слушаться учителя, а не оспаривать его ранг. То есть прежде, чем обучить, у них нужно сбить ранговые амбиции, то есть, воспитать.
Теперь посмотрим, как это работало в сфере межполовых отношений. У мужчин, в соответствии с их сферой компетенции, нужно было подавить вредные проявления в основном иерархического инстинкта, и лишь до некоторой степени – полового. Вдов и женщин-одиночек тоже ведь кто-то должен осеменять и подкармливать. Поэтому половой инстинкт мужчины обычно сдерживался культурно-религиозной традицией лишь в пределах, необходимых для обеспечения нерушимости его собственной семьи и других семей.
Другое дело – женщины. Их биологическая сфера компетенции – отношения с мужчинами, выбор осеменителя и воспроизводство. Поэтому инстинктивные программы особенно сильно работают в этой сфере. Иерархический же инстинкт у них подавляется инстинктом самосохранения автоматически. Поэтому при воспитании девочек подавлялись прежде всего вредные для социума элементы поведения, диктуемые половым инстинктом. Например, во избежание изнасилований, а также убийств и увечий мужчин в конфликте из-за женщины, подавлялось стремление женщины к сексуальному рынку и сексуальной провокации (вплоть до запрета показывать лицо посторонним мужчинам): «женщина должна быть скромной». Подавлялось, как ведущее к матриархату и гибели социума, стремление к доминированию: «женщина должна быть покорной, мягкой, слушаться мужа и почитать его». То есть подавлялось среднеранговое и низкоранговое поведение и поощрялось высокоранговое.
В связи с этим абсолютным различием задач воспитания мальчиков и девочек и с принципиальной невозможностью решить эти задачи в едином воспитательном процессе во всех зрелых сбалансированных культурах мальчики и девочки с определенного возраста воспитывались раздельно.
В сегодняшнем разбалансированном матриархальном мире осуществляется совместное воспитание и обучение детей разных полов практически исключительно женщинами.
Мальчик при матриархате, оказавшись уже с раннего детства среди доминирующих над ним женщин (мать, воспитательница в яслях, детском саду, учительницы), часто вообще без отца и примеров мужского поведения, постоянно подвергается женским унижениям и издевательствам, постепенно убивающим его мужскую сущность и активность. Он лишается половой самоидентификации. Мы так к этому привыкли, что даже не замечаем. «Что ты носишься, как ненормальный, вон посмотри на девочек, они сидят тихонько и играют в дом с куклами. Они хорошие, а ты плохой.» Цель и общества, и окружающих мальчика женщин одна – сделать мужчину удобным в управлении. То есть, задавить природные инстинкты активного охотника и воина, подавить личность. При этом неизбежно подавляются жизненная активность, инициативность, сексуальность и прочие проявления общей самцовой жизнеспособности. Мальчик просто уродуется, если называть вещи своими именами. Непомерная плата за управляемость. Кроме того, матриархальные женщины неизбежно вымещают на мальчике свою ненависть к мужчинам и сексуальную неудовлетворенность. В итоге такого «воспитания», средний современный мужчина становится «социальным». То есть пассивным самцом с искусственно пониженным рангом, низкоранговым согласно биологической классификации. И когда он вырастает, женщины в полном соответствии с их инстинктивной половой программой, не воспринимают его как полноценного мужчину. Он становится сексуально непривлекательным. Естественно, у него снижается самооценка и развиваются комплекс неполноценности. И даже если в процессе жизни такая задавленная личность окажется настолько сильной, что распрямится и пробьет часть виртуальных барьеров, созданных «воспитательницами», то оставшиеся с молодости комплексы и привычная манера поведения все равно оставят его сексуальную привлекательность заниженной. Мальчики же с сильными самцовыми инстинктами, ранговый потенциал которых трудно задавить, называются «трудновоспитуемыми». Некомпетентные истеричные женщины учителя с точки зрения иерархического инстинкта «трудновоспитуемого» в принципе не могут являться для него авторитетом. Поэтому матриархальная школа оказывается не способна обучить их, и они не получают качественного образования. Зато сохраняют сексуальную привлекательность для женщин. Как-то раз в одной компании я был очевидцем бурного спора двух мужчин об отношениях с женщинами. Интересно, что оба они вели их с противоположных, инвертированных, противоестественных позиций. Один из них реально высокоранговый мужчина с активным инстинктом вожака, успешный бизнесмен, умен, богат, опытный руководитель, умеющий принимать и продавливать правильные решения. Но его внешность и манеры – воспитанного, то есть низкорангового. Он производит впечатление неуверенного в себе человека. И второй – лоботряс, вечно на мели, но при этом очень уверенный в себе внешне. Обычно второй является свитой первого. Первый не пользуется успехом у женщин, второй – пользуется на все сто. В итоге реально высокоранговый находится на позиции низкорангового, и его сектор сексуального рынка – проститутки, и обычные, и бытовые. Он убежден, что женщин нужно добиваться и дарить им подарки. А неудачник, но с внешними проявлениями высокорангового – купается в женской любви и бесплатном сексе. И он никак не мог понять, зачем дарить подарки и добиваться женщин, если они и так на него вешаются. То есть, современная система воспитания лишает мужчин сексуальной привлекательности. Уродует их. По сути, так воспитывать мальчиков – это все равно, что уродовать в детском саду девочкам лицо.
При совмещенном воспитании мальчиков и девочек женщинами происходит моделирование и закрепление в детском сознании матриархальной структуры социума. Мальчик находится постоянно в ситуации подчинения женщине. Дома он слушается маму и бабушку. В детсаду и школе – воспитательницу и учительницу. В случае любого конфликта девочки жалуются воспитательнице или учительнице, а та не разбираясь, наказывает мальчиков даже в тех случаях, когда виноваты девочки. Таким образом, в детском сознании формируется привычка к презумпции подчиненности и виновности мальчиков и соответственно главенства и безнаказанности девочек. Девочки позиционируются как высшие существа. Мальчики – как низшие. Учительница играет роль карающего мужчин матриархального государства. Во взрослую жизнь подросшее поколение выходит уже с въевшейся в сознание матриархальной моделью понимания устройства иерархии человеческого социума. Совмещенная система воспитания целенаправленно готовит из мальчиков низкоранговых рабов. Сырье для фарша из перемолотых матриархатом мужских судеб.
Ознакомительная версия. Доступно 22 страниц из 146
