Богословие истории как наука. Опыт исследования - Михаил Легеев
В конечном счёте, для святого Иринея подлинная цельность[206] и полнота (греч. «πλήρωμα») Бога[207] означает и полноту Его домостроительства, полноту Церкви, действующей в истории, наконец, – и полноту самой истории в замысле Божием[208].
2.3. Христос – стержень истории
Если троическая проблематика в её связи с историей ещё только приоткрывается в трудах святых рассматриваемого периода, да и то лишь ближе к его окончанию, то связь Христа и истории, мысль о христоцентричности истории пронизывает эти труды насквозь, составляет одну из центральных их тем.
2.3.1. Альфа и Омега
Сам Христос, как Богочеловек, победивший диавола, изображается мужами апостольскими как стоящий над противоречиями нашего земного мира, а значит – и над диалектикой истории (хотя и не вне её)[209]. Само Его земное служение исторично: оно оканчивается Крестом и Воскресением, подобно тому, как растение приносит свой плод; «от этого плода… и произошли мы (христиане)»[210], – говорит святой Игнатий Антиохийский[211]. Христос есть Источник и Образец для исторического совершенствования человека[212]. Он есть Господин всей истории[213], тогда как сатана – «начальник (лишь краткого) времени беззакония»[214], – указывает послание апостола Варнавы.
Особую силу приобретает учение о Христе и Его месте в истории, начиная с периода апологетов, особенно у святых малоазийской богословской школы, наследников учения апостола Иоанна Богослова, воспевшего Христа как «Альфу и Омегу» истории[215]. Так, согласно святителю Мелитону Сардийскому, Христос соединяет в Себе историю, её начало, середину и конец: «Христос, Который вместил в Себе всё», «Который есть всё», «через Которого было всё в древнем законе, но ещё более – в новом слове»[216]. Прошлое, настоящее и будущее связываются во Христе, обретают в Нём своё бытие, актуальность и смысл: «Сей есть Альфа и Омега. Сей есть начало и конец – начало неизъяснимое и конец непостижимый»[217]. В рамках такого богословия святым Мелитоном развивается учение об образе и реальности, составляющих ткань истории[218]. Так, Христос есть не только Воплотившийся в определённый исторический период; Он же – и «прообраз» Воплощения, Он же – и тайна будущего века.
Учение о Христе и истории святого Мелитона продолжается и развивается его учеником, священномучеником Иринеем Лионским. История, согласно святому Иринею, имеет «воспитательный и предуготовительный» характер к участию человека в славе Божией[219]. Её поступательный и законосообразный характер обусловлен постепенностью вызревания человека и его отношений с Богом; сообразно этой постепенности Сын Божий постепенно же открывает Себя человеку[220]. Сам воплотившийся Христос есть «плод» исторических взаимоотношений Бога и человека[221]; Он, «плод бессмертия» – плод исторического «созревания» человека[222].
С другой стороны, согласно святому Иринею, воплотившись, Христос придаёт истории своего рода обратный отсчёт: «Поэтому и Лука, начиная родословие Господне, возвёл его к Адаму, показывая, что не они (праотцы) Его, а Он возродил их в евангелие жизни»[223]. Его учение о рекапитуляции (греч. «ἀνακεφαλαίωσις», лат. – «recapitulatio», буквально – перевозглавление) Христом мира[224] также имеет исторический контекст: Христос перевозглавляет и собирает в одно целое не только человеческую природу, но и историю. Рекапитуляция в изображении святого Иринея представляется не просто одномоментным совершившимся фактом, но вызревающим в истории процессом, простирающимся от Адама до Христа – от образов до реальности[225]. «Возглавляя (ἀνακεφαλαιώσασθαι) всяческая» (Еф. 1:10) в Себе Самом, Христос исполняет историю, задаёт генеральный вектор её дальнейшему завершению и окончанию, ставит предельную задачу человечеству перед лицом мира[226].
Христос есть стержень истории, «совершая всё от начала до конца»[227].
2.3.2. Пути истории
Уже у мужей апостольских история так неизменно оказывается «привязана» ко Христу, что все происходящие в ней процессы обретают свой вектор движения, исходя из отношения к Нему. Прежде всего, эта «привязка» связана с тематикой «двух путей» истории: со Христом и без Христа. Они – пути как истории всеобщей, так и отдельного человека. Впрочем, именно путь отдельного человека занимает, прежде всего, катехизическое по своему основному импульсу, внимание мужей апостольских. Перед каждым человеком стоит исторический выбор – по какому пути пойти; и ключевая задача мужей апостольских – помочь человеку сделать правильный выбор[228].
Два пути истории мужей апостольских прообразуют тематику двух исторических векторов у апологетов. Так, согласно апологетам, движением ко Христу или от Христа измеряется всякий исторический процесс, протекающий в мире; хотя, как покажет время, реальность истории окажется более многомерна[229]. Центростремительный и центробежный (по отношению ко Христу) векторы исторического движения представляют внецерковные социумы[230] и, соответственно, развитие (в ту или другую сторону) их неполноценного и даже искажённого исторического опыта богообщения. Сама же векторность того или иного пути свидетельствует о приближении или, напротив, удалении представляющих его социумов по отношению ко Христу. «Лучше сосед вблизи, чем брат вдали…»[231], – эти слова Климента Александрийского, подводящего итог ушедшему периоду апологетов в III веке, кратко и образно представляют тематику «двух векторов» исторического движения мира: мир язычников приближается ко Христу (даже сам ещё того не подозревая), тогда как мир отколотого христианства (ересей, расколов и самочинных сборищ[232]) – удаляется от Него[233].
Возвещённый апологетами центробежный путь истории, путь ересей и расколов, в богословии священномученика Иринея Лионского приобретает ещё более определённые черты. В злом подражании вызревающей в истории и наконец осуществившейся с Боговоплощением рекапитуляции Христа, уже после Его прихода, в истории начинает совершаться альтернативный процесс – исторического вызревания «перевозглавления» и «совозглавления» мира под властью антихриста[234]. К такой альтернативной рекапитуляции ведёт путь ересей и расколов, прообразующих в себе дело антихриста и подготовляющих его приход: они «сходятся в одном и том же богохульном намерении… – учат богохульству против Бога… и подрывают спасение человека»[235]. Этот процесс завершится временной и условной рекапитуляцией мира антихристом.
2.4. Историзм Церкви: личность и кафоличность
Следующая область взглядов мужей апостольских и апологетов на историю касается исторического бытия Церкви, а вслед за ней и мира, сам смысл существования и исторического развития которого оказывается обусловлен бытием Церкви.
Для сознания церковного человека той эпохи опыт личного и кафоличного бытия (и одновременно личной и кафоличной истории) оказывается нерасчленённым, единым, подобным тому, как младенец воспринимает
