Роман Братный - Загонщик

Лишь теперь, перед наглым, бесстыдным лицом жизни, я осознал, что ее нет. Эти яблоки жили. Разная разность жила. У стены лежала табуретка с отломанной ножкой. Почему я не стащил ее раньше, до того как Помыванцев поехал со мной в березняк? Наверху что-то стукнуло. Наверно, переносили гроб. Я хотел было пойти туда, но вместо этого взял яблоки и выбросил их прямо в грязь. Почувствовал внезапный голод и выпил молоко.

Столько людей погибло. Отдавали жизнь за родину, за человечество. Она умерла за себя. И вдруг все во мне взбунтовалось. Смерть от руки человека, даже смерть на том заснеженном поле была естественной, А такая смерть – от воспаления легких или от чего-то еще – совершенно бессмысленна. Если бы ее убили – я мог бы понять, но не мог смириться с тем, что она умерла от болезни. Насильственная смерть все же естественна, понятна, она результат действий человека, пусть даже преступных. Это укладывалось а мои представления о жизни, а принять то, другое, я не был готов.

Я жевал оставленный мельником хлеб, когда во дворе зарокотал мотор. Тягач Помыванцева дрожал, как загнанный конь. Из кабины вылез шофер, его друг, с которым мы вместе те березы… и направился к дому, волоча что-то по земле.

– Здравствуйте, – сказал он, и бросил мне большой теплый полушубок. – Помыванцев, – пояснил он.

– Где Помыванцев? – спросил я.

– Помыванцев… Ему он больше не нужен.

Он постоял на пороге и повернул назад. Я двинулся за ним. О чем-то спрашивал, он что-то отвечал. В живот попало. Велел отвезти.

Тягач зафырчал и отъехал. Я помахал вдогонку рукой.

– Ему больше не нужен… И мне тоже ни к чему, – добавил я, обращаясь к полушубку, распростертому на полу. Я поднял его. Наверху послышались чьи-то шаги.

Таща за собой полушубок, я вышел во двор. На фоне подожженного закатом неба двигались один за другим темные силуэты с горбом на спине, с посохами карабинов, поднятыми к небу. Не оглянувшись на мельницу, я пошел к ним. В хвосте колонны, припадая на ногу, шел невысокий молодой солдат. Я выбрался на дорогу и медленно зашагал рядом. Мне послышалось, что на западе грохочет фронт.

Фон дем Бах – Бах-Желевский, гитлеровский генерал, руководивший подавлением Варшавского восстания в сентябре 1944 года. Предлагал гражданскому населению восставшего города сдаваться в плен.

Уполномоченный оккупационных властей, чиновник, ведающий сельским хозяйством округа.

Уполномоченный оккупационных властей, чиновник, ведающий сельским хозяйством района.

Лиса уже здесь (нем.).

Чертова баба спугнет лису (нем.).

Евреи! (нем.)

Вперед! (нем.)

Начальник военного округа (нем.).

Центральная часть оккупированной гитлеровцами Польши.