Ваш вылет задерживается - Бэт Риклз
Я вспоминаю про видео в телефоне, и уверенность, что она это заслужила, крепнет.
Я буду на этой долбаной свадьбе, даже если сдохну.
О радость, о счастье, наконец-то повезло!
Только собираюсь пристроиться в хвост этой бесконечной – нет, серьезно, бесконечной – очереди, как слышу впереди знакомый голос, и сердце подскакивает. Узнаю эту лохматую кудрявую башку! Узнаю эту коренастую фигуру!
Леон препирается с девушкой на стойке регистрации, а рядом с ним – миниатюрная брюнетка, на лице которой застыла терпеливая и дружелюбная улыбка, для искренней слишком уж натянутая.
Я несусь мимо всей очереди прямо к ним, чемодан на колесиках послушно дребезжит сзади. И ору, прерывая их диалог:
– Леон, дорогой! Вот так встреча! Бонжур, бонжур!
Быстренько обнимаю его одной рукой – он не отвечает на объятие, – а когда отстраняюсь, он все еще хлопает глазами, ошарашенный моим появлением.
– Джемма… Ты здесь.
– Конечно здесь, глупенький! Мы, похоже, летели одним рейсом.
– Я думал, ты уже давно там. Наслаждаешься отдыхом.
Ага, разбежалась. Если бы номер не стоил как почка и если бы меня не кинули с отгулами…
– Ой, ну ты же знаешь, как это бывает! А ты разве не собирался прилететь еще утром, с родителями?
– Рейс был забит. – Он мотает головой, пытаясь собраться с мыслями. Стрессоустойчивость у бедняги нулевая. – Это, э-э-э…
Он делает какой-то вялый жест в сторону брюнетки, и та одаривает меня дежурной улыбкой-заготовкой – такой же потрепанной по краям, как та, что предназначалась персоналу.
– Я Франческа, – говорит она, – коллега Маркуса…
– О, ты та самая подруга Маркуса! «Офисная жена»![8] Дорогуша, безумно рада знакомству!
Обнимаю и ее тоже – хотя бы для того, чтобы скрыть шок, который наверняка написан у меня на лице.
Черт, «офисная жена». Божечки. Не могу. Просто не могу-у-у.
Правда, устраивать ей разнос прямо тут, посреди зала вылета, я не буду – нам же еще завтра весь день изображать милых подружек на свадьбе. Я, может, и стервоза порой, но не чудовище же.
В голове не укладывается, что Маркус ее пригласил. Что Кейли ему разрешила. И что она вообще приперлась. Эта девица вешается на него при любом удобном случае, сохнет по нему как школьница, вечно выдумывает какие-то убогие дебильные поводы, чтобы с ним пересечься…
Спорим, они переспали?
Хотя нет, эта лупоглазая фея совсем не в его вкусе. Но все-таки… Судя по тому, что я слышала о ней от Маркуса и Кейли… Не, точно переспали. В смысле… алло, кто тут заказывал секси-секретаршу? А в этой страшной мужской куртке она и вовсе вылитая киношная «энергичная девушка-фея из снов»[9] или как там ее.
Леон недовольно хрюкает – издает натуральное «хрюк», честно, – и мы обе оборачиваемся к нему. Челюсти у него сжаты, и об этой «офисной жене» он явно того же мнения, что и Кейли. Франческа, кстати, слегка розовеет. До противного хорошенькая. Очаровашка, и глазищи, и губки бантиком, и небось без всяких уколов красоты.
Ну да ладно. Сейчас есть дела поважнее.
Я поворачиваюсь к мужчине за стойкой, опираюсь на нее локтем и одариваю его улыбкой. Яркой, ослепительной и беспощадной.
– Бонжур, мсье. Ну сом…
– Я говорю по-английски, мадам, – сообщает он с бирмингемским акцентом.
– Ага. Ну, привет, – говорю я. – Я с ними. Мы все летим на одну свадьбу. Что там у нас? Нашелся новый рейс? Нам позарез нужно быть там сегодня вечером, понимаете? Вопрос жизни и смерти. Дел по горло! Я подружка невесты, – добавляю я и напускаю на себя самый важный вид.
Бедолага, он уже как выжатый лимон. И зыркает на меня укоризненно.
– Как я только что объяснял вашим друзьям, – даже он произносит это так, будто понимает, что мы едва знакомы, – большинство рейсов сейчас задерживаются из-за шторма. Ожидается, что через пару часов погода наладится, но…
– Так посадите нас на рейс через пару часов.
Клянусь, я прямо вижу, как он переосмысливает все свои жизненные решения и теряет волю к жизни. Кое-как, правда, маскирует закатывание глаз серией морганий.
– У нас все забито. Вы же понимаете, праздничные выходные. Большинство рейсов уже укомплектовано. С учетом задержек…
– А может… ну, не знаю, на автобусе как-нибудь? Когда поезд отменяют, всегда же есть автобус, – подает голос Франческа, и мы все смотрим на нее с таким неодобрением, что она заливается свекольным румянцем.
– Ну да, автобусы вместо поездов – это отличная идея, – бурчит Леон.
– Хотите, посадим вас на автобус до Испании? – спрашивает служащий, и я не виню его за этот откровенный сарказм. Франческа, похоже, мечтает, чтобы земля разверзлась и поглотила ее. – Не хотите. Так я и думал. Варианты такие: можем найти вам билеты на ближайший свободный рейс, который должен был вылететь сегодня вечером, но мы ничего не можем гарантировать – неизвестно, сколько продлится задержка из-за непогоды…
– Вы издеваетесь, что ли? – говорю я. – Мы не собираемся торчать тут всю ночь в надежде, может быть, куда-нибудь улететь!
– Или, если хотите, можем разместить вас в отеле на ночь. Думаю, смогу посадить вас на десятичасовой утренний рейс…
– Нет! – вопим мы хором и одновременно кидаемся к стойке. Парень испуганно шарахается, чуть не падает, и я бы расхохоталась, если бы все не было так адски хреново.
– Не пойдет, – говорит Леон, явно пытаясь держать себя в руках. – Церемония в десять тридцать.
– Тогда можете ждать следующего доступного рейса прямо здесь.
Леон фыркает и отходит, а «офисная жена» Франческа мечется туда-сюда как неприкаянная, и толку от нее ноль. Я упираюсь обеими руками в стойку и улыбаюсь нашему новому бирмингемскому другу, изо всех сил стараясь не испепелить его взглядом.
– Мне кажется, вы не понимаете всей серьезности ситуации. У нас свадьба. Моя лучшая подруга выходит замуж, и мне нужно быть на свадьбе. Ему нужно быть на свадьбе. Ей, – тыкаю пальцем в Франческу, – нужно быть на свадьбе. Что нам нужно сделать, чтобы туда попасть?
– Обратитесь к Зевсу, – невозмутимо отвечает он.
Леон опять хрюкает, и я оборачиваюсь к нему:
– Это типа менеджера?
– Это греческий бог грома. Ну, знаешь… «Геркулеса» диснеевского смотрели? Царь богов… Вы с Кейли друг друга стоите, честное слово.
Ну, спасибо за комплимент, стервец.
Мужчина за стойкой распечатывает нам посадочные талоны. Протягивает их, и я забираю все три.
– Пройдите на
