Скрывая себя - Мария Клепикова
Не теряя времени, пока заварка настаивалась, убрала в холодильник пироги (мама Никиты наготовила чуть ли не на роту) и пошла разбирать подарки. Как много милых вещиц: от коллекции фоторамок до вязаных варежек и носков. Ничего вычурного, всё по-домашнему, как я и люблю.
Я бережно раскладывала подаренное на столике и любовалась, причём настолько увлеклась, что не заметила, как сзади подкрался Никита. От неожиданного прикосновения к спине я даже вздрогнула, и в тоже время крепкие руки уверенно подняли меня с пуфика и развернули к себе:
— Я соскучился!
Словно изголодавшийся волк, Никита отбросил вязаную ажурную салфетку с продетыми контрастными бусинами и набросился ко мне с поцелуями — он покрывал всё моё лицо и особенно губы. Ох, вот это напор! У меня аж ноги подкосились, и парень подхватил меня на руки, перенося на диван.
— По-погоди… — я не успевала за его темпом.
Дыхание сбилось, и я обхватила его лицо руками, пытаясь отдышаться и хоть немного остановить.
— Нет.
Он завёл мои руки за спину, а очередная атака его губ буквально лишила меня разума. Я тоже соскучилась по его страстным объятиям, когда он ослабил хватку, пробежалась по крепким плечам и зарылась в густую шевелюру. Горячие руки парня блуждали по всему моему телу и прожигали даже сквозь одежду. В родительском доме мы вели себя сдержанно и целомудренно, да и побывать наедине почти не получалось — и то на какие-то мгновения. А теперь.
Похоже, Никита решил восполнить упущенное время, подминая меня под себя. Мы слились в едином дыхании. Весь мир сузился до нас двоих. Всё, что было важно — это прикосновения: чувственные, ненасытные. Никита скинул с себя джемпер, обнажая рельефный торс, и я поплыла.
Я чувствовала его возбуждённую плоть сквозь плотную ткань зимних джинс, упирающуюся мне в живот. Ого, похоже там тесно! Если бы не мои внутренние правила и ежемесячный цикл, я бы плюнула на всё и отдалась бы ему прямо сейчас безо всякого стыда!
Я почувствовала, как рука Никиты скользнула на мою талию и прокралась под одежду. От соприкосновения властных рук к голой коже, последняя просто горела! Вот его рука спустилась ниже и пробралась под юбку. Стоп!
— Никита, — на выдохе прошептала я так тихо, что даже сама себя не слышала. — Никита, погоди, не надо…
Говорить рваными фразами, когда чувства и эмоции перемешались в одну яркую картину под названием «страсть», было тяжело. Внизу живота ярким пламенем горело желание.
— У меня же эти самые…
— Я помню… я рядом… не бойся…
Парень тоже тяжело дышал, но в голосе всё же чувствовалось самообладание и это успокаивало, хотя как посмотреть. Он мял мою грудь и атаковал пупок, оставляя вокруг него мокрые дорожки. По коже пробежали мурашки влечения, и я, не выдержав, застонала.
«М-м-м», — это уже звуки моего любимого.
Никита неистово продолжал ласкать моё тело руками, и я отвечала ему тем же. Какая-то розовая пелена застилала мне глаза, и я, отдаваясь лишь ощущениям, прикрыла глаза. Такая опасная сладостная нега. Я утопала в ней и растворялась без остатка.
«Хочу, хочу тебя, Никита, всего, сейчас».
Я, наверное, сошла с ума.
Пока блаженствовала, на какое-то мгновение он остановился, и я взглянула в глаза напротив. Парень ещё несколько раз поцеловал меня, но того первоначального напора уже не было. Никита улыбнулся с присущей только ему одному хитрецой в глазах и щёлкнул меня по носу.
— Пора остановиться, — выдохнул он мне в губы и медленно отпрянул, а я не понимала.
Я видела, как парень тяжело дышал, впрочем и я тоже. Он сидел, облокотившись на спинку дивана, и с нескрываемым удовольствием разглядывал меня. Да, он прав — мы чуть не потеряли голову.
Чуть позже, уже умудрённая опытом, я поняла, как тяжело ему тогда было держать себя в руках. Но это потом, а сейчас я во всей красе прочувствовала ураганную силу гормонов. Маленькие тангалашки!
Никита чмокнул меня в последний раз и ушёл в ванную, а я так и осталась лежать на диване. Что это сейчас было?
Я медленно приходила в себя. Неужели та застенчивая девушка, которая вела себя сейчас так развратно — это я?
Я взволнованно дышала, прижимая ладони к щекам и груди. Сердце бешено колотилось. Ох, ещё бы чуть-чуть и мы могли бы дойти… Я слышала, что некоторых мужчин ничто не останавливает, даже «такое» — потому в какой-то момент всё же засомневалась в самоконтроле Никиты. Нет, лучше не думать об этом.
Пока парень был в душе, у меня было время привести себя в порядок, и я осмотрелась перед зеркалом в прихожей. На меня смотрела возбуждённая девушка с блестящими глазами, губы покраснели и припухли от напора мужских властных, волосы растрепались, а об одежде я вообще молчу. Срам-то какой!
Кофточка полностью расстегнулась, обнажая бюстгальтер, юбка перевернулась и задралась, на шее и в области декольте красовались яркие засосы. И когда только Никита успел это сделать со мной?
Мне было стыдно за свою распущенность и в то же время, не смотря ни на что, хотелось продолжения. Коварные гормоны всё ещё бушевали во мне, заставляя тело трепетать от воспоминаний. Да, нужно срочно привести себя в приличный вид!
Моё лицо продолжало гореть, и я поспешила на кухню умыться. Я обливала и обливала лицо холодной водой, но казалось всё тщетно. Многочисленные тонкие струйки стекали по шее на грудь, щекоча и ещё больше возбуждая. Ощущения сладкой истомы всё ещё не пропали.
М-м-м.
Я не сдержалась и выдала едва слышимый протяжный выдох. По телу пробежались мурашки, а соски затвердели как камешки. Я опять не услышала, как сзади подошёл Никита и уткнулся в мою макушку, застав меня врасплох:
— Ты как?
Я поторопилась вытереть оставшиеся капли, оставляя ладонь на груди, и откинула голову ему на плечо.
— Всё хорошо, — я прижалась лбом к его шее.
— Прости, что не сдержался, — парень склонил голову и поцеловал мои волосы.
— Не за что извиняться — сама во всём виновата, — я погладила его руку.
Конечно, я слышала, что парням трудно держать себя в руках, когда рядом желанная девушка. Но вот насколько трудно, я убедилась только сейчас. И, тем не менее, я благодарна Никите за терпение и заботу обо мне.
Я почувствовала, как его руки спустились по моим плечам на талию. Парень крепко прижал меня к себе и поцеловал
