Если ты выберешь уйти - Мика Мисфор
И он тотчас озвучил свои мысли, выдохнув ей в губы:
– Как же ты красива…
Соня затрепетала – то ли от слов, то ли от приятной тяжести тела, вжимающего ее в постель, то ли от мягкого дыхания, ласкающего кожу.
У них не было секса, Киран никогда об этом не заговаривал, не делал никаких намеков, не приставал к ней. Соня знала: если сейчас она совсем легонько надавит на его плечи, он тут же отстранится, ляжет рядом, крепко обнимет ее – и все закончится. Наверное, если бы он и вправду хотел только секса, давно бы мог его получить – не от нее, так от кого-то другого. Да Соня, по правде, и не боялась, что он воспользуется ею. В ее голове и без этого был целый ворох глупых мыслей, для такой не осталось места.
Просто Соня никогда ни с кем не спала, и ее одолевал банальный стыд. Она стыдилась своего тела и того, что была девственницей; переживала, что увидит на лице Кирана отпечаток отвращения – если бы это произошло, она бы умерла в ту же секунду. Но это не значило, что ей не хотелось. Киран за несколько месяцев стал для нее самым желанным мужчиной на свете, и она хотела его. И сейчас, под проникновенным взглядом, искренним и наполненным такой бесконечной любовью, все ее страхи вдруг перестали иметь значение.
Он как будто все понял по ее глазам. Что-то изменилось в его лице, между бровями пролегла легкая недоуменная складка, но он не успел задать вопрос, потому что Соня обвила его шею руками и притянула к себе, решительно прошептав в приоткрытый рот:
– Нет… не хочу останавливаться.
Киран сократил оставшееся расстояние, целуя ее с неожиданной нежностью, от которой пальцы на ногах поджимались, прохрипел:
– Тогда я не буду останавливаться. – И Соня расслабилась окончательно.
Когда он раздевал ее, когда целовал обнаженное тело, в ней не было ни капли неуверенности или сомнений. Он прикасался к ней и смотрел на нее так, словно она была его любимым произведением искусства.
И Соня чувствовала себя по-настоящему прекрасной. Киран не просто занимался с ней любовью, он купал ее в своей любви. Любви было много, и она была яркой, пронизывавшей все тело. В какой-то момент Соня даже испугалась, что сердце ее не выдержит и разорвется.
Киран не знал, что это ее первый раз, но все равно был так ласков и осторожен, что боли почти не было, а в тот момент, когда появились неприятные ощущения, он тут же отвлек ее глубоким поцелуем.
Соня испытывала такое наслаждение, что это было практически невыносимо. Оно длилось целую вечность, и в то же время закончилось так быстро, что Соня даже не успела осознать, что вообще произошло.
Это был Киран. Все наслаждение было связано с тем, что это был Киран. Его сильное гибкое тело, и его запах, и низкий голос, проникающий под кожу. И его предельная внимательность, и бесконечная нежность, и всеобъемлющая любовь… Ничего лучше быть не могло. Она разделила свой первый раз с человеком, которого так сильно полюбила, и ничего лучше быть не могло.
– Соня, – позвал он, и она повернула голову и медленно моргнула, пытаясь прийти в себя. Киран улыбался, глядя на ее порозовевшее расслабленное лицо; протянув руку, убрал влажные пряди с ее взмокшей шеи. – Ты в порядке?
Она так же медленно кивнула и промямлила:
– В порядке.
– Ну хорошо. – Киран прижал ее к себе, поглаживая по оголенному плечу. Немного помолчав, добавил: – Соня, я люблю тебя.
Она подняла на него подернутые дымкой эйфории глаза.
– И я тебя люблю, – легко ответила она.
Киран приподнял уголки губ в ленивой полуулыбке и прикрыл глаза. Воцарилась глубокая, умиротворенная тишина. Соня так расслабилась, что ее начало клонить в сон. За окном уже стемнело, с улицы доносился шум, громкие голоса тайцев из ресторана неподалеку, рев проезжающих под окном байков.
– Как ты тут спишь? – хмыкнул Киран, голос его звучал хрипло. – Так шумно…
– Мне нравится, – пробормотала она, – под шум легче засыпать.
– Ты засыпаешь, что ли? – Киран заглянул в ее лицо. – Соня, нельзя спать. Нужно помыться.
– Нет, – захныкала Соня, зарываясь носом в его плечо. – Не-е-ет, не хочу…
Киран рассмеялся, но безжалостно разорвал объятия, поднимаясь. Соня вцепилась в подушки, когда он обхватил ее лодыжки, притягивая к краю кровати, но это ей не помогло, только подушки оказались на полу. Ее принудительно тащили в душ, пока Соня вяло пыталась отмахнуться и заползти обратно в постель.
После душа состояние стало пободрее, а когда она вышла, обнаружила, что Киран за это время успел поменять постельное белье.
– Хочешь лечь? – спросил он.
Соня потянулась, глядя на часы. Время едва перевалило за восемь, слишком рано для сна. Если она уснет сейчас, то проснется посреди ночи, и ее режим пойдет коту под хвост. С другой стороны, особой энергии у нее тоже не было, и ничего делать не хотелось. Она подошла к Кирану и уткнулась лбом в его плечо. Он мягко погладил ее по спине, терпеливо дожидаясь ответа.
– Ты не ляжешь? – без особой надежды поинтересовалась она.
Киран хохотнул.
– Да я не устал.
Соня закатила глаза, отстраняясь и стараясь не думать о том, что только что произошло между ними, чтобы не сгореть от смущения, а Киран выглядел довольным, как объевшийся сметаны кот.
Никакой неловкости, которой Соня так опасалась, между ними не возникло, наоборот, они будто стали еще ближе друг к другу.
– Тогда я за кофе схожу, – сердито объявила она.
У самой двери Киран перехватил ее за талию, смазанно целуя в шею.
– Подожди, – пробормотал он, и горячее дыхание обожгло нежную кожу, – у меня есть кое-что для тебя. – Соня развернулась, вопросительно глядя, и он вытащил что-то из кармана штанов. – Дай руку, – попросил, и она вытянула ладонь, с любопытством наблюдая, как Киран обхватил ее и накрыл своей.
Пальцы дрогнули, когда он нерешительно убрал руку, не решаясь прямо взглянуть ей в лицо. На ладони лежал маленький изящный кулон в форме капли, голубой камушек был обрамлен тонкой серебряной каймой.
Соня вскинула удивленный взгляд:
– Это мне?
Киран кивнул, скулы едва заметно порозовели. Соня впервые видела, чтобы он был так сильно смущен.
– Я хотел подарить его на Рождество, но…
