Если ты выберешь уйти - Мика Мисфор

коже тут же рассыпались мурашки, но он уже отвернулся и не заметил Сониного смятения.

– Слушай, я хотела спросить… – начала она, наблюдая за безукоризненными движениями, – ну как можно вешать глупые рождественские украшения, словно снимаешься на обложку модного журнала?

– М? – не отвлекаясь от своих действий, промычал он.

– Откуда ты так хорошо знаешь английский?

Киран опустил руки и встряхнул занывшими кистями, прежде чем вытянуть из охапки зеленую гирлянду с красными бантиками. Они перешли к стойке, но Соня не стала говорить, что все украшения вполне можно было положить на нее.

– Я самоучка, – сообщил он, нарезая скотч ровными прямоугольниками.

Соня недоверчиво посмотрела на него и без доли сомнений заявила:

– Ты врешь.

Киран обернулся, огорченно прижав ладонь к сердцу.

– Как ты можешь так не верить в меня! – Драматичности ему не хватило, и тон вышел абсолютно ровный.

– Дело не в вере, – объяснила Соня. – Просто выучить язык, конечно, можно и самому, но избавиться от акцента… Да и говоришь ты так, словно родом из старинной британской аристократической семьи.

Киран ошеломленно рассмеялся. Голос его был глубоким и обволакивающим, и смех звучал точно так же. Удивительно, как в человеке все могло быть настолько привлекательным. Это же совершенно несправедливо!

– Кажется, ты мне льстишь. – Соня на секунду перепугалась, что озвучила свои мысли, прежде чем вспомнила свою последнюю фразу. – Просто я очень старательный.

– Недавно мы решили, что ты ленивый.

– Это ты так решила. – С растерянной улыбкой Киран покачал головой.

– Но ты не отрицал! – воскликнула она.

Киран сделал шаг к ней, оказавшись почти вплотную, и, глядя прямо в глаза, вытянул из охапки, которая почему-то никак не уменьшалась, еще одну веточку омелы.

– Я позволил тебе сделать собственные выводы, – вкрадчиво произнес он и, прежде чем Соня успела покраснеть до кончиков ушей, отошел.

«Как же он играет с девушками!» – ошеломленно подумала она и встряхнула головой, чтобы прийти в себя.

– Все равно я уверена, что ты врешь, – кинула вдогонку, но Киран только пожал плечами, и интерпретировать этот жест можно было как угодно.

Какое-то время они работали молча. Точнее, работал Киран, а Соня ходила за ним хвостиком. Постепенно строгий холл, отделанный черно-белой плиткой, стилизованной под мрамор, преобразился, наполнившись темно-зелеными еловыми ветвями с висящими на них шариками серебристого цвета, пластмассовыми леденцами в красно-белую полоску, веточками омелы с бордовыми ягодами. Золотистые колокольчики, бантики на гирляндах, фигурки Санты… Создавалось впечатление, что кого-то стошнило Рождеством.

– Ты сам придумывал дизайн? – Соня с сомнением оглядывала результат.

– А что? – весело спросил Киран, наверняка прекрасно понимающий, насколько ужасно выглядит эта мешанина. – Тебе не нравится?

Соня растянула губы в самой фальшивой улыбке, которую только могла из себя выдавить.

– Ты что, все просто чудесно! – высоким голосом воскликнула она, и Киран рассмеялся.

– Ненавижу украшать помещения, – признался он, убирая остатки скотча. – Но это входит в мои обязанности, поэтому я беру от этого все.

– Так и не скажешь, что ты не любитель. Работа профессионала, – серьезно кивнула Соня, заставив его еще раз хохотнуть.

Теперь поводов задерживаться не было, ей пора идти. Видимо, Киран тоже так подумал и с теплотой произнес:

– Спасибо за помощь. Увидимся вечером.

– Всегда пожалуйста. – Кивнув, Соня махнула ему рукой и вышла.

Первым делом она направилась в магазин за кормом для Омлета. Шаги были легкими, пружинистыми, настроение поднялось. Так было всегда после встречи с Кираном. Будто внутри зажигали свечку, и она мирно горела целый день, ровным спокойным светом озаряя каждый угол ее души.

Она и забыла, что он так и не ответил честно на вопрос, как он все-таки выучил английский.

Хотя это не так уж важно.

Спустя почти полтора месяца со дня приезда до Сони дошло, что она ни разу не видела, чтобы Киран покидал свое рабочее место. Во сколько бы она ни вышла, он либо сидел на диване, глядя в телефон, либо находился за стойкой, просматривая камеры или разбирая документы.

Однажды она решила встретить рассвет на море и тихо выбралась из квартиры в четыре утра. Киран лежал на все том же диване, растянувшись во весь рост и подложив согнутую руку под голову. Волосы его разметались по жесткой подушке, губы были расслаблены, длинные ресницы плотно сомкнуты, и выглядел он самым настоящим ангелом, которого ей довелось увидеть по счастливой случайности.

Сердце едва не выскочило из груди, так быстро заколотилось. Она надеялась выйти, не разбудив его, но Киран приоткрыл глаза и сонно улыбнулся.

– Привет, Соня, – пробормотал хрипло, а она так разволновалась, что вылетела из холла на улицу, ничего не ответив. А когда вернулась позже, Киран изумленно уставился на нее. – Так ты в самом деле куда-то уходила? А я думал, ты мне приснилась.

В другой раз они с Джанией гуляли допоздна – подруга хотела сводить ее в один бар, открывавшийся только в семь вечера. Домой она вернулась ближе к часу ночи, а Киран опять был на месте. Увидев ее, устало улыбнулся, но ничего не сказал, и Соня тоже не решилась завести беседу.

Сегодня она проснулась рано, вышла за кофе около семи утра. Немного заспанный Киран сидел на диване, массируя шею; волосы смешно примялись с одной стороны, щека покраснела от подушки, но даже так он выглядел очаровательно.

В этот момент она и подумала, что ни разу не видела, чтобы он уходил.

Он поздоровался; низкий и хриплый после сна голос вновь пробрал Соню до мурашек. Видимо, это были его первые произнесенные слова сегодня.

– Ты только проснулся? – спросила она, и Киран кивнул, широко зевая и прикрывая рот запястьем. – Принести тебе кофе?

Глаза Кирана удивленно засияли.

– Я был бы благодарен, – мягко сказал он.

– А что-нибудь на завтрак? Ты ешь по утрам? – Киран остановил на ней задумчивый взгляд, и Соня подобралась. Когда он так пристально на нее смотрел, невозможно было понять, о чем он думает, и в ней моментально включался режим защиты. – Что? Деньги потом вернешь.

Киран добродушно усмехнулся и взъерошил волосы.

– Я буду сэндвич. С чем угодно, кроме индейки, пожалуйста.

Соня понятливо кивнула, но сначала покормила Омлета и минут пятнадцать почесывала его пузо. Котенок чуть подрос и выглядел упитанным, радуя Соню.

В ближайшей открытой кофейне она взяла Кирану американо со льдом и сэндвич с тунцом и авокадо, а себе – холодный латте с кокосовым сиропом и ореховый кекс.

Соня вернулась обратно и села на диван в холле рядом с Кираном, который, судя по всему, уже успел умыться и почистить зубы, потому что