Трансатлантический @ роман, или Любовь на удалёнке - Валерий Михайлович Николаев
Про взрыв в московском метро пока не говорят, может, скажут вечером. Наташа сказала, он произошел на той ветке, где Автозаводская. Дом взрывается в спальном районе, метро взрывается в пролетарской части города – не странно ли? Конечно, могут сказать, что центр лучше охраняется, чем окраина. Однако это довод для дураков. Лучше по количеству ментов, но не по качеству их службы. Когда тетка взорвала себя у Националя (или тетку взорвали), это был самый центр, и никакая милиция никого не заметила и ничего не предотвратила.
Настроение целый день подавленное.
39 трупов и 130 раненых – смотрела в вечерних новостях (одна минута).
6 февраля
Бобышев в ответ на вопрос об отличии американских студентов от наших, сказал: наши горят энтузиазмом, если им что-то нравится, американские – холодно покупают товар, за который заплатили.
Я была у Бобышева в гостях в субботу 7 февраля, мы обедали и смотрели фильмы, которые прислала Мариша. К сожалению, все мимо. Опять лагерь, опять заключенные. Фильм Манского, составленный из бытового советского видео, симпатичен, но только за счет текста, понятного советским людям, а картинка сама по себе малоинтересна. Будет ли текст внятен американцам – вопрос.
Перед обедом, потирая руки в предвкушении, Дима предложил выпить по рюмке водки и закусить бутербродом с семгой. С радостью согласилась. На улице морозило, и вообще. Мне было полезно вылезти из моего заточения. Выпили и закусили. А после ели итальянский суп из грибов портобелло (похожих на шампиньоны) и какое-то мяско.
От выпитого и съеденного я разболталась, но не очень, следя за тем, чтобы и Дима по возможности не умолкал. Из ленинградской четверки я знакома только с двумя: Бобышевым и Рейном, с Бродским и Найманом судьба не свела. Поэтому (тактично!) лезла Диме в душу, выспрашивая то и се. Заканчивая обед, Дима сказал: ну вот, а если бы с нами был Найман, он потом все это описал бы. Подумаешь, подумала я, а я вот тоже возьму и опишу.
Так мы веселились несколько часов, пока не настал час ехать встречать Дашин поезд из Чикаго.
8 февраля
Милый, события в Москве развиваются по самому плохому сценарию – лукашенковскому. Пропал Рыбкин. Думаю, ты в Таиланде этого еще не знаешь. Не знала и я, хотя случилось, оказывается, еще в четверг 5 февраля. Наташа вычитала в Интернете.
9 февраля
Он
Любимая моя Кучушенька,
На часах 18:00. Только что наполовину разгреб накопившееся и привезенное, поэтому не было ни минуты прочесть твои письма.
Сделаю это дома, в спокойной обстановке, и напишу тебе ответ.
А сегодня ограничусь только давно тебе известным: без тебя настолько одиноко, даже не ожидал насколько. Быть может, Бог посылает людям такие испытания специально, чтобы поддерживать тонус чувств? Несколько садистски, но человека надо перманентно встряхивать. Вот Он меня и трясет, а для подслащения эффекта разнообразит фон одиночества и обостренной расстояниями любви.
До завтра, милая моя девчушка!
Дарье и Мальчонке – приветы!
Твой Валешка.
Она
Теперь слушай сюда, и как только очухаешься от поездки, пожалуйста, выполни то, что прошу.
1. Позвони Надежде Кузьминичне Касьяновой (ЭКСМО), спроси, разослали ли они книжки по списку, который я оставила.
2. Что сказал Абдрашитов?
3. Что Данилин?
4. И все другие тоже.
Матч вокруг плавательного пруда закончился не в мою пользу. Нотариус Тереса (по-нашему юрист, а по-ихнему Тереса, с ударением на первом слоге) вынесла вердикт, что я должна заплатить за membership (за семестр) около 100$. Не буду. Сумма не так велика, но если учесть, что за месяц мы потратили чистыми 2000$, как бы ни в чем себе не отказывая, но ни в чем и не излишествуя (сюда не входит оплата аренды квартиры (!), которую вычтут из зарплаты, которой я пока не видела), то я не знаю, как мы сведем концы с концами в конце. О том, чтобы заработать, как надеялась, не может быть и речи. Речь может идти, напротив, о крике SOS. Сегодня идем к Тересе (ударив на первый слог) подписывать какие-то формы насчет таксов, то бишь налогов, что тоже не добавляет покоя моей слегка истерзанной плохими новостями душе. Пришли хоть какую завалящую хорошую новостишку.
Целую.
10 февраля
Милый, вчера студентка Алисия Шимонек спросила, что я думаю об инциденте с Рыбкиным. А что я могла думать, когда знаю обрывки из отрывков, что он потерялся, нашелся, и все. Правда, Алисия же сказала, что он решил отказаться от борьбы за президентский пост (как будто он всерьез мог на что-то расчитывать), но опять-таки что послужило причиной: козни Путина или козни Березовского – из моего далека не видно. Жалею, что тратила нервы, испугавшись лукашенковского варианта, но что делать, если все принимаешь близко к сердцу, как ни учишь себя иному.
Он
Здравствуй, любимая Кучушенька,
получил очередную порцию кайфа от чтения твоих путевых замет. Судя по ним, твоя поездка незряшняя: новые знания о людях, их природе и бытовых механизмах – в твою писательскую копилку! Да и для лучшего понимания того, что в этом маленьком мире творится – тоже не лишнее. А эпопея с бассейном, так просто Шекспир в стакане!
Прочитал твои оценки путинской эпопеи. Во многом хотелось бы согласиться, но не получается… Внезапно пришла в башку мысль: а ведь вся путинщина не более, чем классическая попса, а Путин – это Пугачева/Сафронов/Церетели/… в сфере политики. То же эстетическое убожество свершений (большевистский гимн, серость у рулей, двуглавый орел, красный армейский стяг…). Шехерезада Степановна, ей-Богу! То же – все на потребу (в основном) семейства Брошкиных, коих в России, к сожалению, те самые 70 %. И никогда количество это не уменьшится, пока это выгодно такому качеству власти, какие бы правильные слова Вовик не произносил. А он-то прекрасно понимает им цену, подтвердив эту мысль прежде всего тем, что отказался (хотя обязан уже как порядочный и уважающий демократические принципы человек) от участия в предвыборных дебатах. Поскольку, во-первых, трус. Одно дело – вешать на уши лапшу через ТВ, совсем другое – полемизировать с таким великолепным и хорошо подготовленным бойцом, как Хакамадка, или таким же демагогом Глазьевым, рискуя быть загнанным в угол, поскольку крыть-то их критику особенно нечем. Ибо все, чем может похвалиться прошедшее четырехлетие, случилось скорее вопреки, а не по его делам. А во-вторых, он просто хам у власти, такой же, как и многие предыдущие, поскольку отказ от дебатов с равными себе по предвыборному статусу (а он в этот период – кандидат в президенты), это не столько презрение к ним, сколько к миллионам
