Штурм Бахмута. Разведвзвод. Том I - Александр Савицкий
— Куда дальше, командир? — спросил меня один из моих бойцов.
— Вон, видишь развалины, наверное, к ним. Там, под ними, должен быть большой бункер, как мне рассказывали. Наши там.
Дождь! Благословенный дождь, который прикрыл наш заход в Опытное от украинских птичек и минометов, по-прежнему моросил из низких рваных туч. Быстро преодолев последние несколько сот метров, мы ввалились в подвал под «Шкерой» и воссоединились с другими группами.
— Слушаем меня внимательно. Это «книжка», — поднял Гонг над головой что-то напоминающее планшет.
— Откуда он тут взялся? — удивленно зашептал мне на ухо Сибарит. — Только нас в Зайцево проводил, и уже тут.
— Так это же Гонг…
— Подходим ко мне для того, чтобы повторить то, что вы и так должны уже уметь, — мы сгрудились как цыплята вокруг Гонга. И он продолжил: — Вот перекресток. Дальше направо идет Артемовское шоссе на Бахмут. Тут, — он отбил точку, — находится укреп под названием «Трубы». По сведениям наших соседей из пятерки — там еще хохлы.
Нам, как настоящим командирам, раздали «книжки» и поставили задачи. Несколько групп, в том числе и моя, должны будут продвинуться вдоль шоссе в направлении Бахмута, занимая позиции и укрепы, которые встретятся нам на пути. А группы Флира, Ван Дамма и Аль Капоне должны двигаться правее и зачистить опорники и промзону перед входом в Опытное.
— «Шкера»… Что за название такое? — ворчал себе под нос Ван Дамм. — Как шкура, что ли?
— «Шкера» — от донбасского «шкериться», то есть прятаться. Схрон типа, — пояснил ему Гонг. — Что тут непонятного?
— А разве есть такой язык? Донбасский? — спросил кто-то сзади.
— Эх, шляпы… Тут, когда уголь стали разрабатывать при товарище Сталине, по всей стране ездили зазывалы-вербовщики. Приезжал такой человек, обязательно отлично одетый! Картуз там, сапоги яловые, лепень модный. В общем, весь из себя. Приходил в избу, где мужики по вечерам и парни собирались, и закуривал… А чтобы понт пустить в глаза, прикуривал от рублевой купюры и говорил, мол, на Донбассе зарплаты до неба. Вот сюда и перлись со всей страны люди за длинным рублем. Донбасские — это отдельная национальность. Тут, как в Одессе, перемешались сто двадцать девять национальностей. Интернационал! — поднял Гонг палец вверх.
— И что? Реально так платили тут?
— Да какой там… Голод страшный. Разруха. Но народ — как вы… Как зеки — неприхотливый, терпеливый и закаленный. Все вывез и в кратчайшие сроки и шахты построил, и заводы.
— Донбасс давал стране угля! Хоть мелкого, но до хуя! — вставил один из бойцов пословицу.
Смех снял немного напряжения и настроил нас на боевой лад.
— Лэд, Сибарит? Берите своих и выдвигайтесь вперед, забираете эти «Трубы», — отдал Гонг команду. — Остальным приготовиться.
— Вот, опять начинается, брат, — сказал я Сибариту и пожал ему руку.
Двумя группами мы дошли до перекрестка и аккуратно по посадке выдвинулись в сторону «Труб». Передвигались тройками, стараясь взять позицию в клещи. Метров за сто остановились и какое-то время наблюдали за движением. Я отправил одну тройку в штурм, и буквально через пятнадцать минут от них прибежал боец и доложил, что «на позиции хохлов нет, но полно всякого не нашего оружия и хавки».
«Трубы» представляли из себя огромное подземное помещение, которое находилось под дорогой. Один из углов этого помещения был завален западным вооружением. По неопытности мы стали хватать его и рассматривать.
— Смотри, как наш РПГ, только буквы английские.
— Да это, кажись, не английский. Чешский какой-то или румынский… Не разберешь.
— Гонг — Лэду? — вышел я на командира.
— На связи.
— «Трубы» взяли. Тут полно оружия иностранного!
— Ничего не трогайте! Оно, скорее всего, заминировано! — с испугом стал инструктировать нас Гонг.
— А мы уже… — посмотрел я на бойцов, которые замерли с выпученными глазами, держа оружие как ядовитых змей.
— Вот вы шляпы хуевы! Считай, что повезло вам, — с досадой в голосе, как отец, дети которого натворили дел, почти застонал Гонг. — Ничего не трогать до прихода саперов. Фишки выставили?
— С этим порядок. С обоих сторон.
— Особенно левую сторону смотрите. Там пару дней назад позиция пятерки была, но ее танком разобрали. Слева от вас наших нет.
22. Флир. 1.3. Штурм ангаров
По дороге в Клиновое у меня сильно разболелся зуб. Было страшно подходить с этим к Гонгу — не дай Бог подумает, что я хочу запятисотиться. Я терпел боль и даже успел поучаствовать в распределении групп и постановке задач для новоиспеченных командиров. Несмотря на то, что близился день «Д», я по-прежнему не подходил к Гонгу, боясь услышать от него: «У одного нога, у второго зуб — а воевать кто будет?» К счастью, приехал Гаврош, к которому мне подойти было проще.
— Давайте до штурма зуб мне вырвем? Я уже больше не могу терпеть эту боль.
— Давай прямо сейчас тогда. Передавай группу Круглому и, как вернешься, присоединишься к ним.
Мне повезло, что наступление задержалось, и я успел вернуться до того, как начался штурм. За час до выхода мы еще раз осмотрели и распределили БК. Проверили оружие, рации, провели инструктаж нашим штурмовым группам, выпили кофе и пошли. Мы с Ван Даммом решили двигаться первыми, а группа Аль Капоне должна была идти чуть позади нас и, в случае надобности, подпитывать нас бойцами и боеприпасами. Всего в наших группах было тридцать шесть бойцов, по двенадцать человек в каждой, хотя набрать мы должны были меньше.
С Ван Даммом, этим здоровым дядькой-кашником, у меня были прекрасные отношения еще с Иванграда. Когда я смотрел на него, часто думал: «Побольше бы таких удалых и веселых, и жилось бы нам лучше». Аль Капоне тоже был настоящим штурмовиком, на которого можно было положиться во всем. Я неоднократно видел и слышал, как в
