Штурм Бахмута. Разведвзвод. Том I - Александр Савицкий
Круглый после моего возвращения стал командовать своей группой и, после поворота на Бахмут перескочил дорогу и пошел слева от Артемовского шоссе параллельно с группами Сибарита и Лэда. Они заняли точку «Трубы», и, оставив там группу Лэда, пошли дальше слева вдоль шоссе. А мы с Ван Даммом и Аль Капоне в четыре утра выдвинулись вперед справа от шоссе по узкой посадке. Дошли до последних окопов пятерки, через которые мы должны были идти дальше. Пятерка брала «Шкеру» и оставшийся сзади перекресток. По решению нашего командования мы должны были вклиниться и забрать у них эти позиции, чтобы дать им возможность спокойно брать Клещеевку.
— Здорово, мужики! — поздоровались они, когда мы запрыгнули к ним в окопы.
— Как обстановка? — спросили мы с Ван Даммом их старшего.
— Тихо пока. Хохлы затаились, не дергаются.
— Ясно. Ну, мы тогда пошли их убивать? — сказал я, как будто спрашивая у него разрешения.
— Давайте. Я не против, — серьезно ответил он.
— Тогда мы пошли, — отчитался я и полез первым из окопа.
Ползать по заминированным посадкам ночью, когда даже луна не видна за тучами, было страшно до жути. Страшнее блеяния козы на позиции. Каждый шорох, каждая хрустнувшая под ногой ветка или, не дай Бог, падение бойца воспринималось как начало огневого контакта. Сердце подпрыгивало как баскетбольный мяч высоко вверх, билось об кадык и со скоростью аттракциона «Свободное падение» улетало в пятки. Мы замирали, выжидали полминуты и ползли дальше. В итоге, к открытке в тридцать метров, которая отделяла нас от первого объекта нашего штурма — ангаров, мы доползли к шести.
— Слышишь? — толкнул меня в плечо Ван Дамм.
— Да! — испуганно прошептал я.
Вдали в темноте был слышен звук тяжелой техники, который быстро приближался.
— Что-то большое едет! — констатировал факт Ван Дамм.
— Очень, — вглядываясь в ночь, ответил я и передал знак нашим бойцам приготовиться. — Смотри!
Прямо по шоссе на приличной скорости прямо на нас ехали две машины, заливая все светом своих фар. Одна из них была с огромной бочкой. «Накат!» — мелькнула мысль в голове. Не успел я опомниться, как они пронеслись мимо.
— Гаврош — Флиру? В вашу сторону движется две машины! Это наши?
— Откуда в Бахмуте наши? Наблюдайте.
Не успел Гаврош ответить мне, как сзади раздался взрыв, разметавший бензовоз и превративший его в движущийся факел. Затем началась стрелкотня и крики, которые за общей суматохой было трудно разобрать. Как нам было приказано, мы молча лежали и ждали, когда закончится это внезапное происшествие.
— Флир — Гаврошу? Все в порядке. Ребята украинские на бензовозе заблудились. Одного водилу в плен взяли. Ситуация случайная, так что двигаемся по плану.
— Принял, — ответил я Гаврошу и посмотрел с удивлением на Ван Дамма.
— Нихера себе кипиш! — тихо заржал он.
Мы разделили наших ребят. Одну часть оставили контролить ситуацию с левого фланга, где шла дорога, за которой была посадка и какое-то двухэтажное здание, неясно кем занятое. Вторая часть бойцов под нашим с Ван Даммом предводительством, растянувшись цепочкой наискосок, выдвинулась к торцу первого огромного ангара.
— Вот мы с тобой командиры… Нет, чтобы отправить кого-то вперед, так мы сами, — сквозь зубы процедил Ван Дамм.
— Так надежней, да и пацанов жалко.
Не успели мы добежать до торца здания, как из посадки, которая была впереди слева, начал работать пулеметчик. Нас спасло то, что мы резко упали, проползли последние метры по-пластунски и скрылись за углом ангара. Лежа, мы посовещались и приняли решение, как действовать дальше.
— Так, пацаны, мы с Ван Даммом ползем и подавляем пулемет, а вы заходите и осторожно зачищаете помещение.
— Ок, Флир. Приняли, — за всех ответил Бутса.
— Рация пусть тоже у тебя будет. Если что, вызывайте Аль Капоне, он вас поведет дальше. Я был уверен в Бутсе, Зине и Граце, как в себе самом, еще с лагеря, а совместная работа в Иванграде скрепила нас сваркой и болтами.
Мы ползком, как нас учили, очень медленно стали продвигаться в сторону пулеметного огня, который бил короткими очередями по ангару. Между дорогой и зданием ангара была выкопана большая противотанковая траншея, в которую мы и запрыгнули. Продвинувшись чуть дальше и понимая по звукам выстрела, что пулеметчик уже рядом, Ван Дамм стал прикрывать меня огнем, а я выполз из траншеи и продвинулся вперед на бросок гранаты. Время — странная субстанция… Оно может ускоряться и застывать, становиться густым, как патока, и растекаться, искажая реальность. Мое время стало четким как изображение на чертеже. Мои мысли в голове и действия стали очень хладнокровными и спокойными. Я лежал в траве с полным ощущением, что я переместился в Краснодар, в Парк Галицкого; что вокруг мир и мне ничего не угрожает. Оставалось только достать сигарету из кармана, прикурить и с наслаждением затянуться. Вместо этого я снял перчатки, достал две гранаты, ощущая их сцепление с кожей ладони, и положил их рядом с собой. В этот момент ко мне подполз Ван Дамм и затаился метрах в трех от меня. Дождавшись, когда пулемет выдал очередную очередь, я одну за другой закинул обе гранаты на звук выстрелов.
Когда замолк последний взрыв, наступила тишина. А вместе с тишиной пришел страх. Бешено заколотилось сердце, разогнанное приливом адреналина. Я повернул голову в сторону хохлов и увидел, как из окопа вылетела наша «эфка» и упала в траву метрах в десяти от нас. Ни мы, ни украинцы не издавали ни звука. Вжавшись в землю, мы с Ван Даммом зажмурились и услышали взрыв… Открыв глаза и увидев испуганный взгляд Ван Дамма, который ощупывал себя, я спросил его жестами: «Нормально?» В ответ он кивнул: «Нормально».
— Прикрывай, — очень тихим шепотом попросил я и закинул к хохлам еще две гранаты.
После того, как умолк звук взрыва, я поднял голову и стал вглядываться в эту непроглядную темноту. «Сколько их там?! А вдруг много?! Что тогда делать?» — успел подумать я и увидел, как из окопа вылетела еще одна граната бирюзового цвета и упала еще ближе к нам. «Лицом в землю!» — успел я сам себе подать команду. После взрыва мы молча обменялись с Ван Даммом знаками. Наше общение смешило меня, напоминая общение двух немых; я пару раз был этому
