Штурм Бахмута. Разведвзвод. Том I - Александр Савицкий

— Поменяли Немезиду. Его Гонг оттянул, чтобы готовить уже заход в Иванград, а мы остались. Пока заходили, по нам танчик отработал. Два — двести. Но мы зашли. Закрепились. За пару дней все нормально оборудовали, — покачиваясь на кочках, рассказывал Обида.

Он, наверное, был немного под обезболами, поэтому рассказ его был спокойным и размеренным, как у военного блогера Подоляки, которого я несколько раз смотрел в лагере.

— Тогда, помнишь, дожди сильные пошли. Я с Евмаром был в соседних окопах. Дождь льет. Мы сидим, угол свой контролим. У Евмара в окопе воды по пояс, а я такие палочки поставил, натянул брезент и сижу. И что-то уже начал залипать от холода, даже приснилось что-то хорошее. Не помню, что, но точно хорошее. А палатка эта брезентовая воды набралась. Обрывается, и вся эта вода на меня! Сижу, пол окопа воды. Как Ихтиандр, только без жабр, — заулыбался Обида и тут же скривился от боли. — Вылазить наружу — не вариант, потому что там сейчас танк шлепнет, и все.

— По-моему, выход! Не слышал? — спросил я у Обиды и автоматически нажал на тормоз. Посидев несколько секунд в тишине, я тронулся и поехал дальше. — Показалось. Дальше-то что?

— Ну вот мы сидели. Дождь закончился. А на углу посадки, спереди, перед «сиськами» были Калипсо, Мага и Седьмой. Мага был министерский контрактник. Их в Клиновом к нам добавили. Он побыл с нами и попросился дальше штурмовать — не захотел возвращаться. Не помню, кто он по национальности? — немного улетел Обида в воспоминания. — Седьмой был черкес, а Мага то ли с Осетии, то ли откуда?..

— Да, осетин. А Калипсо конторский был. С Крыма.

— И я смотрю, Мага с Калипсо поползли — захотелось им трофеев. Выползают на открытку броники пособирать, — голосом шамана, читающего заклинание, продолжал Обида. — Короче, их спалили. Отработал по ним танк. Маге сразу голову оторвало, а Калипсо в окоп успел скатиться, но так там и остался. Ему сверху осколок зашел, и все в кучу собрал — позвоночник и все внутренности. Все в кучу. Мы когда заползали его забирать, он такой весь мягкий был, как желе. Броник такой, как кулек, а в нем — он.

— Мало им ПТУРа того было. Жаль пацанов. И жаль, что по глупости погибли. Мага совсем молодой.

— Вытащили, отправили. Только их отправили — опять по нам начинают с танка работать. Рядом с нами тоже там пацану… — Обида на секунду задумался. — Ямакаси, то ли Накомото… ему в бруствер танк попадает, кусок от ящика деревянного из-под патронов отрывается, и этим куском ему полжопы отрезает.

— То есть мышцы просто оборвало все?

— Да, на эвакуацию отправили, и остались втроем: Евмар, я и Мейдзу.

— Вы, типа, как триста спартанцев, — пошутил я.

— Ага. Только пару ноликов не хватает. Хорошо, что тогда хохлы не контратаковали. Совсем. Стреляют, оборону держат или отступают. Контратак не было. А вот в Иванграде они уже начали.

— Сейчас легче пойдет дорога, братва, но опаснее. Там вон, видите, уже асфальт и открытка. Но я там втоплю, так что держитесь, — предупредил я всех, подъезжая к повороту. — Кто-то из вас очень везучий. Ни одного колеса пока не пробили. Богом поцелованный. Дальше-то, что было? Рассказывай.

— Дальше? — очнулся Обида. — Дальше у нас были Штольни. Пещеры эти, откуда ты нас забирал.

— Здоровые внутри.

— Вот именно. Прям огромные. Местные говорят, что из них выход есть прямо в Бахмут, но там все заминировано. Вся земля тут шахтами и тоннелями изрыта.

— Зачистили там все?

— Да, насколько смогли. Со вторым взводом двигались. Хохлы тоже быстро откатились оттуда. Мин, растяжек наставили и ушли. Гонг там после лазил, все разминировал.

Мы выехали на асфальт, я вдавил педаль газа, и мы понеслись по прямой в сторону долины. Тут же, метрах в пятидесяти впереди, стали класть минометы.

— А затрехсотило-то тебя как?

— Зачистили левую сторону до кладбища в Иванграде. Передали все второму взводу. Они контролят. Попытались там что-то с нашими штурмовать, но не пошло по открытке. Я перескочил на правую сторону. Ну и со второго взвода выходит на меня их командир: «Там через тебя моя группа зайдет». Мы, получается, в Иванграде до своей контрольной точки дошли; дальше второй взвод должен двигаться. Я говорю ему: «Все, добро, давай». Приходит второй взвод, там их человек двадцать, а может чуть больше. Сказали, что утром штурмить пойдут. «Ну давайте!» — Обида развел руками, показывая свое недовольство. Утром заскочили они всей своей кучей в один подвал, а хохлы, не будь дураками, напротив поставили пулемет и никому выйти не дают. Нам говорят: «Давайте! Нужно помочь!»

— Да ну, нахер?!

— Война — войной, но должны же быть какие-то правила? — посмотрел он на меня, ища поддержки. — Какие-то приличия… Нет? — на секунду он замер и выдохнув, продолжил:

— Пришлось дальше нам идти штурмовать от своей контрольной точки. А все уже расслабились. Тяжелое было состояние. Хотелось вытащить их из подвала и сказать: «Какие вы там, блять, ушлепки! Нахер вы туда залезли?»

— Обидно! — вырвалось у меня.

— Вот и Обиде — обидно. Но второму взводу помогли… Поднялись, штурманули соседнее здание — того пулеметчика, что их держал. И в этот же день я вылез на улицу по рации поговорить, а тут накат, — развел Обида руками. — Я только вышел на улицу, и понеслось… такая еще там ванна чугунная… Я за нее спрятался и постреливаю. Пацаны еще прикалывались: надо было как в «Ну, погоди!» под нее залезть; типа, я броневик, — улыбнулся Обида через боль.

— Отработал, к подвалу прижимаюсь, чтобы по рации выйти АГС скорректировать. Только встаю — птичка сброс делает. И вот в лицевую часть осколки прилетели. Оставил Немезиду за старшего, а сам на эвакуацию.

— Приехали! — затормозил я у здания психдиспансера. — Быстро выходим и в подвал.

Через час ко мне подошел Гаврош, который приехал на своем Патриоте из Клинового.

— Абрек, мне тут Давлет сказал, что ты уже вовсю на машине гоняешь к пещерам?

— Типа того…

— А что же молчишь? Я там сижу, думаю, как бы дорогу туда пробить, а ты уже тут шоссе проложил целое! Показывай!

— Командир, может, не нужно? Там все не просто… — попытался отговорить я его от этой аферы.

— Заводи. Я за тобой! — убил мое сопротивление Гаврош.

— Патриот там не проедет. Только Хантер. Тут уж тебе нужно меня послушать. Садись ко мне.

Туда и обратно доехали без серьезных приключений. Когда мы приехали назад на «Веселую долину», он похлопал меня по плечу: