Дембель неизбежен. Том 3 - Константин Федотов
Дальше все пошло как по маслу, прапор спал, а мы с Семеном ехали, слушая радио, во время остановки мы немного его починили, почистив окислившиеся провода, что были прикручены к динамикам, и поправив антенну. А еще у меня на телефоне было много музыки и функция FM-тюнера, то есть я выставлял частоту и транслировал в нее музыку, а радио ее воспроизводило.
Проезжая сквозь небольшое поселение, мы остановились на светофоре и, как положено, по сигналу зеленого света стартанули вперед. Впереди нас ждал достаточно резкий подъем, о котором нас заранее предупредил комбат по рации, и мы достаточно агрессивно стартанули с места, как и остальные. Перед нами ехал ЗИЛ, тот, что КШМ, и, проехав метров тридцать, резко затормозил. Из-за большого веса и достаточно узких колес тормозной путь у наших машин как у паровоза. И так как наш ЗИЛ тяжелее, он несколько больше, чем у впереди идущего. Степан с криками про чью-то там мать двумя ногами вжал педаль тормоза в пол, и мы со скрипом резины начали замедляться. И все бы ничего, остановились буквально в паре сантиметров, как тут же нам в зад влетела «шишига», водитель которой просто заболтался с пассажиром и не успел затормозить. От удара мы, разумеется, сдвинулись вперед и ударились в КШМ.
Причиной такой резкой остановки стал старый дед на «Ниве», что по какой-то причине решил проигнорировать правила дорожного движения и въехал на перекресток на красный свет. Если бы водитель КШМ не начал экстренно тормозить, то дед бы отправился сейчас на встречу с апостолом Петром, все же маленькая «Нива» при столкновении с здоровенным ЗИЛом превратится в небольшой кусок металлолома.
Что спереди, что сзади у машин стоят мощные бамперы, так что повреждений удалось избежать, разве что у «шишиги» бампер слегка помялся, а в остальном только краска поцарапалась, но это не проблема. Комбат, конечно, немного поворчал, но в целом к ситуации отнесся с пониманием, разве что водителю «шишиги» немного досталось.
На этом все интересное по пути домой завершилось, ехали мы долго и под конец даже скучно. В часть колонна вернулась только в четыре часа утра. Мы въехали в автопарк и загнали технику в боксы, а после всех отпустили на отдых.
В казарме нас встречал Тема, что стоял дежурным по роте, весь такой чистенький и довольный, как поросеночек. Ему было скучно, и он с порога начал расспрашивать нас о том, о сем, но мы лишь отмахнулись от него и, быстро помывшись под холодной водой, завалились спать и сообщили распоряжение комбата до обеда нас не будить.
До обеда мы, конечно же, поспать не смогли, так уж вышло, что с утра пораньше в казарму заявился старшина. Настроение у него было крайне скверным, и в такие моменты ему под руку лучше не попадаться. Как назло, Тема в этот момент был в туалете, а дневальный затупил и не рассказал старшине о том, что мы вернулись из командировки. С момента подъема уже прошло полчаса, и какого же было изумление на лице прапора, когда он наткнулся на расправленную постель, в которой кто-то спит. На такие ситуации у него только одна реакция: он отставил табуретку от кровати и, взяв ее за дужку, со всей своей силушкой богатырской поднял кровать вверх и начал резко ее шатать из стороны в сторону, в армии это называется «самосвал».
В этой кровати спал Степан, что, мягко говоря, пришел в замешательство от происходящего. Слетев с кровати на пол, сверху на него упал еще и матрас, Степан, несколько растерявшись, подскочил на ноги и раздраженно посмотрел на старшину.
– О, Степка, а ты че тут делаешь? – недоумевая спросил у него прапор, почесав затылок.
– Так это, служу я тут. – помявшись ответил ему Степан.
– Шутник, #ля! – фыркнул прапор и, посмотрев во все кубрики, обнаружил еще три расправленных кровати. – Вы когда вернуться-то успели? – уточнил он.
– Сегодня, в четыре утра. Комбат дал добро поспать до обеда. – ответил ему боец.
– Ну ты это… спи тогда, чего вскочил-то? Время еще есть. – улыбнувшись ответил ему старшина и пошел к тумбочке дневального. – Дежурного по роте сюда быстро! – прорычал он, как разъяренный зверь.
– Как хорошо, что не моя кровать крайняя! – хохотнул я, протирая глаза.
– Ага, блин, такой сон обломал! Темыч, сука, не предупредил старого! Мне вообще на секунду показалось, что я за рулем уснул и мы сейчас в кювет летим, испугался пипец как! – покачав головой, сказал Степка.
– Бывает, простынку тебе новую принести? – рассмеявшись спросил я.
– Ага, блин, очень смешно! – недовольно фыркнул Степка и лег обратно в кровать.
Глава 17
Со дня нашего возвращения из командировки прошла неделя. Жизнь вернулась в привычное русло, и каждый день вновь стал похож на предыдущий, разве что теперь дежурства на КПП стали для меня нормой, только я начал ходить туда в роли дежурного, а не помощника.
Зима, мягко говоря, уже одолела, очередные снегопады сокращали количество драгоценных часов отдыха, с неба уже третьи сутки сыплет снег, а мы героически с ним сражаемся. Скребки, ломы и лопаты уже многим стали как родные, так как люди выпускают их только на прием пищи и непродолжительный отдых. Местные контрактники говорят, что впервые видят такую щедрую на снег зиму за столько лет.
Сегодня понедельник, мы только поднялись в казарму после утреннего развода и сейчас сидели в каптерке, попивая горячий растворимый кофе с молоком и ели засохшие пряники, что Тема притащил со столовой. Это у нас было этакое празднество, а повод был и еще какой. Комбат оказался человеком слова, и когда сказал, что родина нас не забудет, так и было. На утреннем разводе Степану вручили новые лычки, и у нас стало на одного младшего сержанта больше. Аникяну также вручили лычку, и он теперь у нас ефрейтор. Захарову объявили благодарность и вдобавок отправят благодарственное письмо на родину его родителям, что, как по мне, вполне приятный бонус за то, что он исправно заливал солярку в отопители и помогал на кухне. Про меня тоже не забыли и
