В паутине - Люси Мод Монтгомери
Наступившую тишину нарушил смех Стэнтона Гранди.
– Продано! – кратко выразился он.
– Кто попечитель? – хрипло спросил Уильям И. Он знал, кто должен быть попечителем.
– Денди Дарк. Он единственный из всех, кого я когда-либо знала, умеет хранить тайну. Поэтому я его и выбрала.
Все взоры обратились на Роберта Дарка. Оказавшись в центре внимания, тот смущенно заерзал на стуле. Его кандидатура ни у кого не вызвала одобрения. Денди Дарк был никем, его прозвище осталось с тех времен, когда он и правда был денди, но теперь никому бы и в голову не пришло назвать так толстого, неопрятного старика с двойным подбородком, нечесаными волосами и обрюзгшими, дряблыми щеками. Только маленькие, глубоко посаженные, похожие на черные бусинки глаза, казалось, оправдывали мнение тети Бекки о его умении хранить тайны.
– Денди назначается единственным исполнителем моей воли и хранителем кувшина до последнего дня октября следующего года, – повторила тетя Бекки. – Это все, что вам, всем прочим, положено об этом знать. Я не скажу, как вопрос решится потом. Возможно, я оставлю Денди запечатанный конверт с именем наследника. В таком случае Денди может знать имя, а может и нет. А возможно, что в том же конверте я оставлю указания, что наследник должен быть выбран с помощью жребия. Или же наделю Денди властью самому решать, кто получит кувшин, учитывая мое мнение и предрассудки по поводу тех или иных людей или вещей. На случай если я выберу последний вариант, вам всем стоит отныне следить за собой. Возможно, кувшин не достанется тому, кто старше определенного возраста, или тому, кто до сих пор холост, тогда как, по моему мнению, должен быть женат, или же тому, кто слишком часто женился. Возможно, он не достанется тому, чьи привычки мне не по душе. Или тому, кто слишком много ссорится или тратит время не пойми на что. Или тому, кто слишком любит сквернословить или пить. Или кому-то чересчур лживому, бесчестному или надменному. Всегда терпеть не могла, когда кто-то разбрасывался деньгами, даже если это не мои деньги. Может, кувшин не достанется тому, у кого совсем нет дурных привычек и кто никогда не совершал ничего постыдного… – Взгляд в сторону безупречного Уильяма И. – Не достанется он и тому, кто не доводит до конца ни одного начинания или пишет плохие стихи. С другой стороны, вероятно, ничего из вышеперечисленного никак не повлияет ни на мое решение, ни на решение Денди. Ну, а если все решит жребий, то, конечно, совсем не важно, что вы делаете и чего не делаете. В конце концов, кувшин может попасть к тому, кто вообще живет не на острове. Вот теперь вы знаете все, что вам положено узнать.
Тетя Бекки вновь откинулась на подушки, наслаждаясь произведенным эффектом. Никто и слова не смел сказать, но какие мысли роились в их головах! И как они смотрели друг на друга, будто говоря: «Ну, у вас-то никаких шансов. Вы слышали, что она сказала».
Все холостяки и старые девы размышляли о том, что, по сути, выбыли из игры. Тит Дарк и Утопленник Джон оказались в невыгодном положении из-за сквернословия. Крис Пенхаллоу, вдовец с причудами, который жил сам по себе и играл на скрипке, вместо того чтобы плотничать, задумался, сумеет ли он не прикасаться к скрипке почти полтора года. Том Дарк, в детстве стащивший горшочек варенья из тетушкиной кухни, размышлял, не его ли имела в виду тетя Бекки, говоря о бесчестных людях. Боже, как тяжело бывает порой искупить вину! Авель Дарк, четыре года назад установивший леса, чтобы покрасить дом, но покрасивший лишь малую часть, подумал, что надо бы поскорее вновь взяться за дело. Сим Дарк пытался определить, не на него ли посмотрела тетя Бекки, когда говорила о лжецах. Ее слова всегда были наполнены таким ядом. Что до Пенни Дарка, то ему вдруг пришла в голову мысль, что пора жениться.
Гомер Пенхаллоу и Палмер Дарк гадали, не стоит ли зарыть топор давней вражды. Они никогда не ладили, с тех пор как в школе банда мальчишек, подстрекаемая своим заводилой Гомером Пенхаллоу, сняла штаны с малыша Палмера Дарка и заставила его идти домой целую милю в одной рубашке. Но хотя эта рана не заживала годами, враждовать в открытую они стали только после того пресловутого дела с котятами. Кошка Гомера Пенхаллоу родила трех котят в амбаре Палмера Дарка, о чем хозяин узнал, только когда те подросли и стали бегать. Палмер Дарк, у которого в то время как раз не было кошки, заявил на них права. Они родились в его амбаре и кормились на его земле. Гомеру самому нужны были котята, но Палмер, уверенный в своих правах, лишь с презрением щелкнул пальцами в его сторону. И тут кошка Гомера совершила неблагодарный поступок – ушла домой и забрала с собой котят. Гомер открыто торжествовал. Так ему и надо, этому Палмеру! Палмер со зловещим терпением выждал время и однажды в воскресенье, когда Гомер с семьей ушли в церковь, пробрался в его амбар, поймал котят и унес к себе в мешке. На следующий день явилась кошка Гомера и ей удалось забрать только одного. Остальных Палмер держал взаперти, пока мать про них не забыла. Так что Палмер остался в выигрыше. Ему достались два красивых полосатых кота, а Гомеру – страшненький, маленький, пятнистый котенок, страдающий кашлем. Палмер рассказал эту историю всему клану, и с тех пор они с Гомером воевали в открытую. Вражда тянулась годами, хотя те кошки давным-давно отправились туда, куда уходят все добрые коты.
– Теперь вы знаете все, что вам положено, а потому можете уходить, – сказала тетя Бекки. – Непременно думайте о хорошем, а я дарую вам всем свое прощение. Я весело провела день. Не сомневаюсь, после такого Небеса покажутся немного скучными. Кстати, о Небесах, кто-нибудь из вас хотел бы, чтобы я выполнила какие-нибудь поручения там?
Что за вопрос! Никто не ответил, хотя Утопленник Джон хотел бы передать Тойнби Дарку, что тот так и не вернул ему три доллара, которые занял перед смертью. Но поскольку тетя Бекки никогда не говорила с Тойнби на земле, вряд ли она сделает это на Небесах, стало быть, просить ее – только время зря тратить. В любом случае уже слишком поздно. Тетя Бекки сказала:
– Амбросина, закрой двери.
Старая служанка закрыла раздвижные двери, скрыв из виду столик с кувшином и тетю Бекки.
