Грязное золото - Джеймс Уиллард Шульц
Следы лошадей беглецов теперь были совсем свежими. Три Бизона и Ахкайя спешились, чтобы получше их рассмотреть, и немного времени спустя сказали, что оставлены они совсем недавно, так что теперь мы должны двигаться осторожнее. Немного позже мы въехали в лес, который спускался к долине от восточного края перевала, и уже в сумерках, пересекая небольшой ручей, мы заметили, что вода, плеснувшаяся на берег, когда лошади беглецов выходили на берег, еще не высохла: было ясно, что они совсем недалеко впереди нас. Мы остановились, чтобы дать лошадям напиться, и обдумали, что нужно сделать, чтобы окончить затянувшуюся погоню; мы были уверены в том, что беглецы остановятся на ночь где-то тут, на краю равнины. Мы не должны были рисковать: не стоит терять жизнь кого-то из нас ради этих двух негодяев, сказал Картер. Они не должны были знать, что мы преследуем их, иначе они сразу спрыгнут с лошадей, спрячутся в лесу и убьют кого-то из нас прежде, чем мы сможем с ними покончить.
– Бобрёнок, – сказал Три Бизона, – ты прав: они не должны, никак не должны обнаружить, что мы идем по их следу. Так что сделаем вот что: позаботимся о том, чтобы они нас не увидели. Потом, когда они будут сидеть у костра, мы подкрадемся поближе и убьём их прежде, чем они схватят свои ружья.
– Нет, так мы делать не станем, – ответил Картер. – Мы хотим вернуть свой жёлтый песок. Они очень хитры; я не сомневаюсь, что они, ложась спать, прячут его где-то рядом. Так что мы должны напасть на них неожиданно, и, если они спрятали дорогой песок, мы должны заставить их отдать его нам.
– Но это будет очень опасно: мы не сможем догнать их и отнять их ружья прежде, чем они выстрелят в нас, – сказал Ахкайя.
– Значит, нужно сделать так, как делают белые, – ответил Картер. – Подползем к ним поближе, и я крикну: «Руки вверх! Поднимите рук, или мы вас убьем!» Они услышат это, поймут, что мы держим их на прицеле, и повинуются, потому что будут знать, что другого им не остается.
– И что потом?
– Ну, там посмотрим…
– Да, посмотрим, – произнес Три Бизона с хмурой улыбкой.
Мы медленно двинулись дальше, часто оглядываясь, как делали весь этот день и предыдущий, высматривая трех негодяев. Если они появятся сейчас, когда мы почти догнали двух похитителей золота, как это будет плохо для нас, сказал мне Картер
Настала ночь, и мы отправили Ахкайю, пешего, пройти вперед на разведку, а сами ехали еще медленнее, часто останавливаясь, чтобы осмотреться и прислушаться. Небо было пасмурным, предвещая снегопад. В лесу было очень темно. Все это навевало плохие предчувствия. Я боятся того, что ждет нас впереди, и ненавидел себя за то, что не мог, подобно моим товарищам, заставить Беллари и Берда расплатиться за то зло, что они причинили нам. Я был, как часто замечал Картер, слишком мягкосердечным.
И тут, слишком быстро на мой взгляд, мы услышали топот обутых в мокасины ног, к нам торопливо подбежал Ахкайя и прошептал:
– О, как я бежал, боялся, что вы слишком близко подъедете к ним верхом. Я видел эти пёсьи морды, ясно их видел, они сидели у костра. Они в большом овраге, поросшем лесом, с густым кустарником. Мы можем подобраться к ним вплотную.
– Ах! – воскликнул Три Бизона. – Наконец-то мы закончим эту долгую погоню. Сердце моё радуется! Я хочу петь! Хорошо, спешимся. – И добавил, когда мы спешились и привязали лошадей: – Бобрёнок, меня беспокоит то, что ты хочешь поступить так, как принято у белых. Это может пройти неудачно – одного из нас могут ранить. Ты ведь хорошо знаешь, что эти пёсьи морды умеют очень быстро обращаться с ружьями.
– А еще ты знаешь, что мы должны забрать у них жёлтый песок. Ты сам поклялся принести его в жертву Верхним Людям. Так что оставь это мне, друг мой; дай мне самому разобраться с этими ворами.
– Ну ладно, как скажешь…
– Вот что мы сделаем, – прервал его Картер. – Когда я крикну, и они поднимут руки, а мы подбежим к ним, Одинокий Человек схватит их ружья, пока мы трое будем держать их на прицеле и будем готовы убить их, если они только шевельнутся. Пошли. Ахкайя, веди.
Мы быстро прошли по тропе примерно четверть мили, оказавшись на краю оврага, в котором остановились беглецы. Густая хвоя на сосновых ветках не давала нам ясно их увидеть, но мы могли разглядеть силуэты, сидевшие по обе стороны от маленького костра, меньше чем в ста ярдах от склона оврага. Некоторое время мы стояли и смотрели на них. Потом Картер прошептал:
– Я пойду вперед. Держитесь прямо за мной, и старайтесь не наступать на сухие ветки.
Мы начали спускаться. Три Бизона шел прямо за Картером, за ним Ахкайя, прямо за ним я. Двигались мы очень медленно, нащупывая ступнями место, куда можно было поставить ногу. Подлесок бесшумно скользил по нашей кожаной или шерстяной одежде; как часто говорил потом Три Бизона, Верхние Люди хорошо нам помогли. Как раз когда мы добрались до дна оврага, Беллари затянул одну из своих французских песен, да еще аккомпанируя на своем хриплом аккордеоне! Я удивился, где он купил его или украл – в Сильвер Сити или в ущелье Последнего Шанса? Теперь можно было не бояться, что эти двое услышат наше приближение. Мы пошли чуть быстрее, и остановились, когда Берд прервал его песню, крикнув:
– Прекрати ты бога ради этот кошачий вой! Раз уж хочешь петь, пой американские песни, которые может понять любой лесоруб!
– Что до меня, так я люблю французские chansons; они возвращают меня на Труа Ривьерс, где я родился и куда вернусь, когда придёт весна.
– А, опять ты про свои Три Реки; на-ка вот лучше выпей, а потом завернись в одеяло, как я, – пробурчал Берд, дотянулся до бочонка и поднес его ко рту.
– Еще одну chanson, и потом выпью; два-три глотка, и можно спать, сказал Беллари и снова запел.
Мы тем временем на четвереньках подползали ближе, пока Картер не остановил нас, примерно в двадцати футах от них. Со своего места в кустах я ясно видел их обоих – Беллари, с диким взглядом и трясущейся головой пел, терзая аккордеон; Берд, сидевший напротив него, сидел, согнувшись, на своей постели, безразлично глядя в огонь. Но я не мог увидеть того, что было для
